Ребелиум. Цена свободы

Помимо него, в замкнутом пространстве находилось ещё трое: мужчины в белых халатах. Один совсем старик, второй – Хамфри, а третий… ну, разумеется, Флойд.

– Уверен, вы удивлены, мисс Браун, – обратился он к ней. – Но вы должны сразу уяснить, мы не Индастрил. Мы воздействуем, а не наблюдаем. Обеспечение безопасности всего Ребелиума – вот наша главная задача.

Та лишь кивнула. О том, что такое ЦСРК, она и так знала. И спору нет, вероятно эти люди действительно делали благое дело для всей страны, однако лично она быть причастной к таким вещам не хотела. Она учёный, а не палач. Она создаёт, а не пытает! От неё не должны зависеть судьбы людей. Это просто‑напросто не её компетенция.

Её взгляд невольно зацепил металлический столик, прибитый к стене, на котором покоилась маленькая деревянная коробка, заставленная флаконами, ватой и шприцами.

Что не укрылось от Оррелла Флойда.

– Ваша задача, мисс Браун, вколоть подопытному необходимую дозу тиопентала натрия, чтобы наш гость стал более сговорчив. Далее вы пройдёте в заднюю дверь, где вашим непосредственным заданием станет отслеживание показаний монитора. Ну и устный отчёт о проделанной работе по завершении. Это понятно?

Эрика внутренне вся сжалась, чувствуя, как задрожали её руки. Ей ужасно хотелось отказаться, но… Работа здесь – это выполнение приказов, любых, даже самых абсурдных. Отказываешься подчиняться – превращаешься в помеху.

Так что она без тени сомнения ответила:

– Да, сэр.

– Замечательно. Тогда прошу приступать.

На налившихся свинцом ногах Браун подошла к столику. Нужный флакон нашёлся без проблем, вот только… Её всё ещё раздирали сомнения. Повернуться к прикованному парню она не могла, чтобы не вызвать подозрений, зато отлично запомнила его глаза, когда проходила мимо.

Он не боялся. Нисколько. Скорее ждал чего‑то. От нее.

Неловкое движение и задетый локтем раскрытый саквояж, оставленный на краю, полетел на пол. Из нутра посыпались личные принадлежности, включая изумрудный конверт. У Эрики аж сердце ушло в пятки, да так там и осталось.

– Ох, простите, – воскликнула она, поспешно падая на колени и хаотично сгребая всё в кучу, пытаясь главным образом прикрыть яркий кусок бумаги. Небрежно запихнув всё обратно и закрыв саквояж на застежки, Браун поднялась с пола и испуганно повернулась к мужчинам. – Прошу простить меня за неловкость. Этого больше не повторится.

– Ничего страшного, мисс Браун. Такое случается, – благосклонности Флойда не было границ.

Фух, кажется, не заметили. С другой стороны, а что такого? Откуда им знать, что там, в этом конверте? Может, любовное послание? Всё, пора приступать к работе. И так уже опозорилась дальше некуда.

Мысленно просчитав в голове формулу для дозы, зависящую от комплекции и телосложения человека, Эрика набрала в шприц необходимое количество. Легонько встряхнула и нажала на поршень со штоком, чтобы проверить наличие пузырей. Тонкая струйка вылетела из острой иглы. Хорошо. Спасибо урокам первой помощи от матери. Уколы ставить она умела с детства.

Взяв кусочек ваты и смочив его антисептиком, Браун подошла к креслу. Она не поднимала глаз, но чувствовала затылком, как мужчины в халатах пристально следили за каждым её движением. Её же собственное внимание было приковано к парню. В момент, когда она уже протёрла вену на его руке и была готова воткнуть иглу, тот снова поднял на неё взгляд.

Он не сказал ни слова, но…

– Когда препарат начнёт действовать, ты почувствуешь небольшое жжение, – решившись, оповестила она и, вставив иглу под кожу, вдавила поршень до упора. Закончила, отошла и выжидающе повернулась к своим «экзаменаторам».

– Прошу пройти за мониторы, мисс Браун, – мистер Флойд указал ей на неприметную, почти слившуюся по цвету со стеной дверь.

Она кивнула, отложила пустой шприц с мокрой ватой обратно на стол и отправилась в крохотный закуток, большую часть пространства которого съедала техника. Включённый монитор выдавал волнообразные диаграммы на экране – показания, что идут от проводов, подсоединённых к парню. Пока спокойные.

Что ж, остаётся надеяться, что парень не дурак и поймёт намёк. Потому что жжения не будет. И если он начнёт грубить, отвечать невпопад или же что‑то в том же духе… Тогда они оба пропали. Она так точно, так как вся сыворотка осталась на многострадальной вате, когда Эрика незаметно вытащила ногтем колпачок иглы и вылила всё содержимое мимо.

Как уже упоминалось ранее, профессиональным хакером Браун не была, но знала некоторые полезные «фишки». И кажется, ей вот‑вот предстояло воспользоваться одной из них, чтобы обмануть систему. Ведь раз начала, нужно закончить работу.

Ох, сейчас такое начнётся…

 

Глава седьмая. Бондс глазами новичка

 

 

Бондс, Юго‑Западный округ Ребелиума

 

Как‑то так получилось, что Робин проторчала в баре до самого рассвета, а выпивка за счёт заведения не только несколько раз дублировалась, но и переросла в какой‑то момент в крепкий кофе.

Алекс нечасто занимался благотворительностью, однако в этот раз готов был предоставить новой знакомой всю барную карту за свой счёт, только бы та не уходила. На его памяти это была первая девушка, что мало того, что вот так запросто разгуливала по улице с тесаком, так ещё и столь виртуозно умела им пользоваться. И это было… занимательно.

– Да ты засыпаешь, – он перегнулся через стойку, всматриваясь в неё. – До дома далеко?

– Даже не представляешь, как, – устало потёрла лицо Блэк. Последние четверть часа её и правда начало морить. Сказывалось спиртное и моральная измотанность последних суток. – Но дома меня уже не ждут.

– То есть ночевать негде?

– Почему же негде? Я присмотрела себе отличную лавку. Надеюсь, дождь уже закончился.

– Не надо лавок. Есть идея получше.

Хантер проворно перепрыгнул через стойку и, поймав её за кисть, настойчиво потянул за собой. Растерянная Робин едва успела подхватить с пола рюкзак.

Миновав самых стойких горе‑тусовщиков, они свернули мимо дверей туалета и подошли к другой, с табличкой «служебное помещение», где Алекс быстро набрал четырёхзначный код. Даже полусонная, Блэк криво усмехнулась. «4554», ну что за нелепость? Еще бы «1111» сделал.

За дверью скрывалась подсобка, куда едва вмещался в длину потрёпанный годами диван. С подушкой и пледом. На стуле небрежной горой валялись вещи. В другом углу приютились ведро и швабра. И какая‑то коробка.