Ребелиум. Цена свободы

– Но мы читали краткий доклад, – Флойд улыбнулся, однако его улыбка никого бы не обманула. Холодная и безэмоциональная. Улыбка человека, что отключил чувства по роду службы. – И он нам понравился.

– Приятно слышать.

– Собственно, поэтому мы и здесь, – он переглянулся с товарищем. – Интеллектуальные способности вашего уровня нельзя прятать в пределах здешних задрипанных стен. Для них тут слишком тесно. Уверен, вашим знаниям нашлось бы применение среди лучших умов Навеля.

Браун заметила, как скривилось лицо начальника. Ещё бы, назвать «астрономическую башню» задрипанной! Такое могли позволить себе только те, кто имел редкую наглость и, что ещё более грустно, безоговорочную власть.

– Навеля? – переспросила она на всякий случай. – Что вы имеете в виду?

– Я предлагаю вам место в секретном разведывательном корпусе, мисс Браун, – Флойд был сама вежливость и учтивость. – Дело за малым: проверить ваши способности на практике, но с этим вы справитесь, нисколько не сомневаюсь. Только представьте, в двадцать два года – и такие успехи. Кто ещё может похвастаться подобным?

Никто. Никто не мог похвастаться, Эрика это и так знала. Проблема в другом – она не хотела работать в ЦСРК. Её мечта – Индастрил, и только он. Здесь она имела возможность творить, а там… В главном секретном управлении Навеля ей светило лишь стать обычным штатным сотрудником. Этакой девочкой на побегушках.

И что самое противное, пришедшее ей вчера письмо не солгало. Она не могла отказаться. То, что сейчас выставлялось как деловое предложение, на самом деле точка невозврата. За неё уже всё решили. И не сейчас, а когда впервые выставили её личное дело на рассмотрение и выбрали среди других кандидатов. Если те вообще были.

То, что решается в Навеле, решается непосредственно через главу страны. Всегда всё решается президентом или его советниками. И раз выбрали её, значит, Рейнольд Олдан лично это одобрил. А ему нельзя отказать. Иначе это будет расцениваться как скрытое неподчинение и повлечёт последствия. Те, у кого хватило ума в своё время не обрадоваться подобным «предложениям», быстро теряли привилегии и из учёных по щелчку скатывались до дворников. В качестве наказания.

Эрика с горечью вздохнула. Мысленно.

Ну почему так? Почему если ты хуже других – никогда ничего не добьёшься, а если превосходишь – твоя жизнь перестаёт тебе принадлежать? Где же она, та золотая середина – чтобы стать кем‑то успешным, но при этом остаться собой?

Оррелл Флойд же ждал ответа.

– Ну, что скажете, мисс Браун?

А что она могла сказать? Ничего. Одна надежда – вдруг испытательный срок покажет, что она им не подходит? Маловероятно, конечно, но…

– Скажу, что это огромная честь.

Кто не знал её, на самом деле подумал бы, что она рада. Но на деле Браун лишь сохраняла спокойствие, чтобы никому и в голову не пришло, насколько у неё внутри всё сдавливало от горечи и обиды.

– Прекрасно, – расцвел всё в той же ледяной улыбке Флойд. – Машина будет ждать завтра. Ровно в час дня. Надеюсь, вам хватит времени, чтобы собрать вещи?

Эрика не задавала лишних вопросов. Только по делу.

– С собой что‑нибудь брать?

– Лишь ваш острый ум. Ну и необходимые для личных нужд вещи.

– Я поняла.

– Прекрасно, – повторил тот. Его спутник, всё такой же молчаливо пугающий, встал с дивана. Оба направились к дверям, но на половине пути Флойд снова повернулся к собеседнице. – До встречи в Навеле, мисс Браун, – он на прощание кивнул хозяину кабинета, который стоял всё это время как бесполезная ваза для декора, и мужчины вышли.

Эрика грустно посмотрела на начальника. Тот прекрасно понимал её настроение, всё же они не первый год работали вместе, но разве воспротивишься? Приказ есть приказ, это он тоже понимал, так что лишь ободряюще улыбнулся уже бывшей работнице.

– Поздравляю, мисс Браун, – сказал он. – Более вас не задерживаю. Можете идти домой. Собираться.

– Есть, сэр, – кивнула она и, последний раз взглянув на него, вышла, едва сдерживая слёзы.

«Астрономическая башня» давно стала ей родной, а тут такое. С завтрашнего дня её жизнь кардинально изменится. Что её ждёт, кто знает? Для какой такой работы им понадобились её знания? Наверное, завтра она это узнает, а сейчас нужно подумать, что взять в дорогу.

Разумеется, наработки и лабораторные экспериментальные исследования. А из одежды… ну, она возьмёт небольшой чемодан на колёсах. Её любимые платья и несколько пар туфель туда уместятся без проблем. И электронную книгу. А вот богатую бумажную библиотеку придётся оставить. Как и родительский дом.

Сморгнув всё‑таки проступившие слёзы, Эрика заставила себя встряхнуться. Никакой паники. Никаких истерик. Она выше быта и привязанностей. Отец учил её без сожаления расставаться с тем, что не имело значимости. Зависимый от имущества человек превращается в суетливую курицу‑наседку. Вещи служат человеку, а не человек вещам.

Это старая отцовская наука помогла ей успокоиться. Что ж, раз так – пускай. Для неё грядут перемены. Разве не об этом предупреждал конверт? Пока что он попал в точку: предложение, от которого она не могла отказаться, сделано. Теперь осталось понять, кому она должна помочь и какими последствиями ей это грозит.

 

Глава пятая. Встреча

 

 

Арэй, Северо‑Западный округ Ребелиума

 

Робин не знала, куда податься. Времени до того, как военная часть встанет на уши и отправит людей на поиски дезертира, оставалось всё меньше. А она при этом далеко не продвинулась. Всё, что успела за ночь, – ближайшим автобусом перебраться в соседний город. Но и там было небезопасно.

В каждом городе Арэя имелась своя военная база, которая, однако, тесно была переплетена с остальными. Дадут тревогу в одной части, остальные получат её автоматически, а рыжеволосая девушка в военной форме ну очень уж привлекала внимание.

Делать нечего – пришлось переодеваться в купленные в ближайшем магазине шмотки: самое дебильное в мире платье в чёрно‑белую полоску и непонятные туфли без каблука. Хотелось плеваться от собственного вида, но лучше так, чем чёрный спортивный топ, штаны цвета хаки и берцы, которые она с трудом утрамбовала в рюкзак.

Недалеко от магазина нашёлся и недорогой мотель возле заправки, где она обосновалась на пару дней. Постояльцев в этом богом забытом месте почти не было – то, что нужно, чтобы на время затаиться и подумать, что делать дальше. Правда, вывод напрашивался не самый радужный: либо вернуться в часть и молить о прощении, либо сидеть тут, ожидая, когда нравная судьба предоставит варианты.