Новые кроманьонцы. Воспоминания о будущем. Книга 2
– Ага. Никто со мной не иглает. А што это у тебя пузо такое? Как у тёти Лены. Ты што, тоже албуз плоглотила?
– Нет, я дыню съела.
– А я дыни ел и ничего…
На крыльцо вышла мать Юли, Людмила Александровна. Всплеснула руками и запричитала.
– Доченька, ты ли это?! Господи, да что ж это такое?! Зимой была ещё стройная, а теперь? Господи, да что же вы не по‑людски то всё делаете? Ну, как можно без свадьбы такое сотворить?
Юля подошла к матери, обняла её. Та отвернулась, закрыв лицо руками.
– Ну что ты, ма? Что тут такого? Ведь мы поженились. Всё законно.
– Законно?! Ни отца, ни мать на свадьбу не пригласили! Стыд‑то какой! Будто враги мы вам! Будто вы безродные какие! Соседи, знакомые спрашивают, а я и сказать что не знаю. Последней узнала, что дочка замуж вышла и ребёнка ожидает! Разве это дело?! Разве матери не обидно? И чего скрывать то, чего прятаться? Ведь всё можно было по‑человечески, честь по чести сделать! Это всё басурман твой тебя запутал. Сама бы ты так не поступила!
– Тише, мама, Сергей услышит.
– А пусть слышит, я правду говорю, – причитала Людмила Александровна сквозь слёзы.
– Ну ладно, ну успокойся, ма. Я тебе всё объясню. Так получилось. Так надо было.
– Чего мне объяснять? Порядочные люди так не поступают!
Со стороны свинофермы к ним приближались брат Юрий со соей женой Леной. Та тоже была в просторном халате и двигалась осторожно, донашивая последние дни своего третьего ребёнка.
Они поздоровались с Юлей и Юрий, оглядев сестру, присвистнул.
– Фью, сестрёнка! Ты даёшь! Эк, тебя раздуло! Зимой ещё худенькой была, а сейчас… Скоро выдашь‑то?
– Скоро, – ответила Юля. – После твоей Лены.
– Ну и правильно. Дети – дело хорошее, полезное.
– Помолчал бы лучше, – перебила его Людмила Александровна. – Чего уж тут хорошего?!
– Да брось ты, ма, сырость тут разводить! Пора ей уже детей нянчить. Время подошло – не удержишь. Природа у них такая, женская.
– Да я разве против детей? Я же хочу, чтобы всё по‑человечески, по‑людски было!
– А у них и так по‑человечески. Мужик у неё законный, всё в норме. С мужем‑то познакомь, – обратился он к Юле.
Юля взглянула на своего, стоявшего поодаль, супруга, о котором все позабыли, и поняла, что он на пределе. Сергей стоял, нервно покусывая губу, и всё что он думал, отражалось на его лице. А думал он, что сейчас плюнет на всё, бросит саквояж и уедет прочь от этих незнакомых и враждебных ему людей.
– Сергей! Ну что ты там стоишь? Иди, познакомься, – позвала Юля.
– Стоит ли? – вызывающе произнёс студент, еле сдерживая себя. – По‑моему, я здесь лишний.
– Да ты не обижайся, свояк, – произнёс Юрий, подходя к Сергею. – Предки у нас старомодные, но не вредные. Приспособятся.
– Это для вас они хорошие, – пробурчал Сергей.
– Ладно, кончай, мать, причитать! – прикрикнул Пётр Антонович. – Так гостей не встречают. Что толку от твоих слёз?! Что сделано, то сделано, по‑другому уже не будет. А гостя уважить надо. Чай родственники теперь. Какой ни есть, а законный муж. Иди, познакомься, зятёк, подойди к матери.
Сергей нерешительно подошёл к Людмиле Александровне. Та оглядела его с ног до головы, вздохнула, и, показав рукой на дверь, произнесла:
– Ну что ж, входите, молодой человек, гостем будете. Вы уж извините, ежели что не так, ежели не угодила чем. Только и вы меня понять должны. Я своей дочери зла не желаю.
– Выходит, я желаю зла Юле! – взорвался Сергей.
– Да кто вас разберёт, молодых то. Испортил девку, а что дальше будет одному богу известно.
– Мама, перестань! Никто меня не портил! Я сама всё решила. Я уже взрослая женщина!
– Да какая ты взрослая?! Давно ли, как Костя, без штанов по двору бегала!
– Эк куда хватила, старая! – не выдержал Пётр Антонович. – То, считай, двадцать лет назад было!
Сергей и Юля вошли в дом, сняли обувь.
– Проходите наверх, там вам всё приготовлено. Отдыхайте с дороги, – сказала тёща. – А я пойду на стол соберу. Как‑никак, а событие. Отметить надо. Чтобы всё как у людей было.
Свадьба №2
Сергей и Юля поднялись наверх и оказались в просторной чистой комнате. Она напоминала номер в общежитии. Сергей поставил саквояж в шкаф и облегчённо вздохнул. Наконец‑то кончилась эта пытка – знакомство с Юлиными родителями. Он плюхнулся на кровать слева, Юля присела на соседнюю.
– Ты не обращай внимания на моих предков. Это всё пройдёт. Обиделись они, что мы сделали всё без них.
– Пусть и дальше обижаются. Мне с ними не жить. Завтра же уедем от сюда!
– Ну что ты так сразу «уедем»? Надо же погостить немного.
– Кому надо? Тебе? Вот ты и гости! А я уеду к своим предкам.
– Но нельзя же так, неудобно. Мы ведь тоже с тобой виноваты, что так поступили с ними.
– Ты уже раскаиваешься, что вышла за меня?
– Я не в этом раскаиваюсь. Плохо, что всё получилось не так, как мы планировали.
– Можно всё переиграть. Сперва развестись, а потом опять пожениться, но уже в присутствии твоих родителей. С их, так сказать, благословения!
– Не говори глупости. Я всё улажу. Ты побудь здесь, а я пойду, поговорю с родителями.
– Оправдываться будешь? Доказывать, что я не верблюд?
– Просто я им всё объясню. Ведь они ничего не знают о тебе!
– Во, во! Расскажи им, что я сидел в тюрьме, и за что сидел! Расскажи, что тебя изнасиловали! Что я был женат и у меня есть ребёнок. Это сразу их успокоит.
– Ну, зачем ты так?!..
Юля заплакала.
Сергей с минуту сидел набычившись, потом подошёл к ней, сел рядом, обнял за плечи.
– Прости, малыш. Давай уедем отсюда пока не поздно. Пока мы окончательно не поссорились. Не нужны нам ни чьи родители. Поедем в Найск! Можно погостить ещё с недельку у Раковских, забрать Сашку и в Найск! Мне же надо готовиться к экзаменам. Уже середина августа.
– Ну, пойми ты! Не могу я сразу вот так взять и уехать! Возьми себя в руки, пожалуйста! Мы столько с тобой пережили. Неужели мы поссоримся из‑за такой мелочи?! Я всё улажу. Поверь мне.
Сергей молчал, нервно теребя брючный ремень.
Юля вышла из комнаты и спустилась вниз. Прошло не более десяти минут, а Сергей уже не находил себе места. Он то садился, то вставал с кровати, ходил по комнате, смотрел в окно. В душе у него всё кипело.
