Опасные игры с тенями. Том 1. Пустые тела

– А на осмотр по их исполнению тебя пусть носят. Прямо с лежаком.

Служаки дружно хохотнули.

– Хорошо бы… – досадливо вздохнула Главная Храмовница. – Да кто этим заниматься будет!.. Это все городские службы скорее на мне ездить норовят.

– Ну, покатались, теперь твоя очередь. – предположил осдшник.

– Дождёшься от них, как же, ага… Не пришли бы в очередной раз с жалобами на всё подряд – и на том спасибо.

– Заскучаешь.

Служивая недоверчиво хмыкнула.

– Ну да. Работа у меня такая весёлая… Сиди, таблички разбирай и удивляйся, сколько новых проблем люди могут придумать после того, как решены старые… Даже там. У злоумышляющих. И почему никак спокойно не живётся? Зачем… вот это всё? Все эти нападения… Накусывания… Кому от этого… веселее? А? Мне вот ни разу не весело… Я бы охотно поскучала.

Агентъ легкомысленно отмахнулся.

– Это ты вот сеймомент так говоришь… Потому что "наелась" активностью. А помести тебя в спокойном месте сидеть ровно на какое‑то время… Надолго тебя бы хватило? Думаю – нет. Если никаких злодеяний не произошло бы – ты сама бы их со скуки придумала и принялась реализовывать.

– Да лаааадно! – состроила гримаску храмовница. – Хотя…

– Ага! Да так и было бы. – ехидно прищурился отягощенный следовательским опытом осдшник. – Начала бы… улучшать мир. А я бы тебе помогал. Тоже со скуки.

– Прям‑таки… злодеяниях? – недоверчиво подняла бровь Сандра.

Кайл нерешительно скривил губы.

– Ну, ладно… Про злодеяния я, скажем, приврал немного… Я же сказал – "усовершенствования". Даже если и до этого всё прекрасно работало, и даже лучше, чем до наших "модификаций". Но всё равно на месте не сидели бы… Надо же чем‑то заниматься. Мы все беспокойные и чисто физически не можем долго ничего не делать. Вот и "стараемся" все в меру своих способностей и наклонностей… Так всё в мире постоянно и происходит.

Омиллька вновь устало вздохнула.

– Ой. Вот, "остановите мир, я сойду"… Мне от него отдохнуть надо. И тебе не помешает.

– Всем надо. И всё не так просто… Но мы всегда можем остановиться сами. Как говорится в классике "будь тем изменением, которое хочешь видеть в мире". Выпьем сока. Это мы можем сделать. Да, в целом инициатива ныне не за нами… Мы разгребаем кем‑то уже "улучшенное". "Наулучшали" они немало… Потому торопиться нам некуда. За раз всё равно не разгребём… Нападения мимо нас в этой части города всё равно не пройдут, основные события мы не пропустим, даже если захотим.

– Оптимистично!

Храмовница усмехнулась. Она посмотрела в прекрасное небо, одно из светил которого начинало потихоньку закатываться за горизонт… Ветры, тучи, светила… Всё в мире без устали куда‑то зачем‑то движется. И она – тоже часть этого непонятного для неё бессмысленного движения, одного большого фрагмента чего‑то ещё большего…

Чего‑то, для чего не имеет значения, будут ли они жить дальше или будут съедены этой ночью, продолжив движение уже в качестве питательных веществ в чьих‑то других куда‑то движущихся организмах, что перемещаются под этим небом с никогда не останавливающимися светилами и звёздами…

Всё движется. И ей никогда не понять, куда и зачем. Да и не нужно.

А ныне она останавливается на сеймомент в уютной забегаловке, чтобы разжиться парой сумок сока, расслабиться, с удовольствием потягивая вкусный напиток в хорошей компании.

 

XI. Ход людей. Герой Кайл.

 

Кайл неспешно шёл рядом с уже переставшей помоментно вздыхать и шаркать ногами Сандрой, целеустремлённо сокращавшей расстояние до таверны с соком. Насколько легче и продуктивнее становишься, когда у тебя есть конкретная цель. Домой омиллька наверняка и вовсе будет собираться с невероятной скоростью.

Бедолага. Явно жаждет вернуться в Омилл. Тем не менее, всё ещё здесь, чтобы помочь Кантину… и ему лично. Это так… мило. Если не сказать большего. Бесценно.

Потому как впервые за долгое время не только мысли о неминуемой надвигающейся опасности и смерти гуляли вместе с агентом. Их потеснило живое существо. На какое‑то время они остались одни где‑то посреди кантинских улиц. А Кайлу стало значительно легче без них.

Несмотря на внутреннее сопротивление, агентъ изрядно расслабился, и его проблемы уже не казались ему такими уж подавляюще большими и практически неразрешимыми. В них вновь не было смысла. Улицы ими не загородить. Может, только половину… Однако, под тяжестью настигшей его депрессии, он потерял способность уходить от тревог прошлого и будущего в дела и заботы настоящего. В одиночку он не смог бы выбраться из возникшей под действием хронической усталости и неудач безнадёги, но ныне можно было надеяться, что Кайла накопившиеся проблемы уже не придавят. Они всё ещё были тяжёлыми, но вес был распределён между ним, верой и правдой служившим ему до этого Ирвиным и спасительными омилльскими.

Праймец охотно покинет это место. Уйдёт со своими старыми близкими. Ему отрадно осознать, что и он больше не приклеен к Кантину. И к своим проблемам. Ныне происходящее ‑последнее напряжение перед отдыхом. С кофе и тёплым общением.

Отогрев душу, ему следует всё же отправиться в Прайм. И, обедав в лучшем ресторане, серьёзно приняться за работу по распространению критически важной информации. Он станет капать по поводу происходящего в Кантине на мозги начальству. Лично наблюдать за актуальным состоянием дел по донесениям от профильных научных и силовых служб и контролировать опасное положение… но уже из дома, из своего уютного кабинета с прекрасным видом в агентстве. Он будет продолжать спасать материк. Но уже не истощая себя пребыванием в некомфортных условиях. Он любит полевую работу… но ныне с него достаточно.

Оставалось надеяться, что осдшное начальство будет посговорчивее местного управления. Они же… не перекроют ему доступ к информации? Не отстранят его от дела, едва он покинет Кантин? Это было бы крайне нежелательно.

Едва ли это произойдёт. К кому им ещё обратиться за консультацией? Никто не знает о местных проблемах столько, сколько он. Даже если забыть об очень узком круге осведомлённых о последних странных делах, так уж получилось, что он уже практически эксперт по Кантину… Один из немногих. Мало желающих работать в этих прекрасных, но недружелюбных местах. Которые ныне… ещё убавили в дружелюбности.

Даже несясь с Начальницей омилльских Храмов за едой и питьём, и сеймомент просто глазея по сторонам как обычный пришлый зевака, агентъ чисто автоматически краем глаза невольно подмечал весь попадающийся им по дороге острый инструмент с длинными ручками… Профессиональная деформация?

Впрочем, он более чем уверен, что и у Сандры в голове так же не останавливался рабочий процесс…