Опасные игры с тенями. Том 1. Пустые тела

– Посмотри на эту жуть! – со сквозящим отчаянием в голосе вклинился Кайл. – Выглядит вообще безнадёжно. Даже безотносительно к нашей ситуации, мне всё это дико не нравится. В таких условиях не только заключённую, но и заражённых‑то держать не следует. Я уж не говорю – работать… Ирвин. До полной чистки и дезинфекции помещения здесь вообще не стоит находиться никому. А лучше будет закопать всё это вместе с трупами.

– Если "трупы" раньше не вырвутся. – мрачно заметил Ирвин, неодобрительно покачав головой. – Да, порядочные укрепили клетки… Но и испытывающих на прочность внутри каждой поприбавилось. Мы в самом деле напрасно здесь находимся. Во всех смыслах. Но идти нам теперь некуда. Верно, Кайл?

– Идти всегда есть куда, Ирвин. – стоически выдержал подколку старший. – Вначале к омилльским. Потом – в Прайм. Печально только то, что без вещей мы остались. Но это ненадолго. Я вышлю тебе их в продезинфицированном виде, когда… дом освободится.

– Ну… нет уж. – сурово стиснул зубы лаборант. – Я виноват перед этими бедолагами. И я никуда не уйду раньше, чем исправлю свою ошибку. Я, правда, ещё не знаю как, но я исправлю…

Он вновь опустил угрюмый взгляд на таблички. Сандра подала неопределённый знак бровями Кайлу.

– Смертность всё ещё полная, Ирвин?

– Да, полная. – подтвердил тот ровным голосом.

– Значит, без вариантов… Ну что ж. – развернулась она к Кайлу. – Как я вижу, делать нечего… Кому‑то придётся всё‑таки принять это болотное решение. Я‑то наивно надеялась, что сейсвет мне не придётся никого убивать. Ни, тем более, принимать решения… Но, такова, видно, моя жизнь.

Вояка обвела праймцев тяжёлым, как это самое решение, взглядом. Те внимательно смотрели на неё в ответ.

– …эта мутеверть больше не может продолжаться… Эти люди в самом деле не заслужили такого, и неуважительно и безответственно будет по отношению к тем, кем они были до этого, просто тянуть время и дальше…

Она сделала паузу, собираясь с мыслями.

– Я уже много думал об этом… – прервал не отрывавший глаз от своей писанины Ирвин. – Ну… как‑то… уберём мы этих. И что? Набегут новые. И их разместят так же…

– Нет. Мы говорили со Старостой о том, чтобы больше не делать "вот так же". – отрицательно мотнула головой Сандра. – Но дело это небыстрое, да… Но всё возможно.

– Мы же не можем пока запретить заражённым прибегать в Кантин, пока у нас не будут готовы "правильные" помещения? – он поднял на омилльку вопросительный взгляд. – Что мы сделаем? Повесим у старого северного тракта табличку "Простите, мест в наших тюрьмах больше нет. Приходите позже."?

– Я бы тогда повесила сразу "Пожиракам вход воспрещён. Администрация.". Или "Кантинским запрещается быть укушенными до оборудования специальных карантинных помещений. Штраф – жизнь." – усмехнулась Сандра. – Нет, конечно, мы не сможем… пока не сможем ограничить им вход. Но можем ныне активнее поспособствовать тому, чтобы последующие содержались в лучших условиях. Или устранялись сразу после трансформации… И никак иначе. Назад из этого состояния пока пути нет, как нет на данный момент и подходящих помещений. В будущем всё изменится, сменим и стратегию. А пока… Посмотри на это. Это недопустимо.

– Я… даже смотреть не хочу! – раздосадовано помотал головой Ирвин. – Уже нагляделся всласть…

– Я о том же. – сделала согласный жест старшая храмовница. – Это не просто материал исследований и набора статистических данных. Полагаю, Староста согласится с моими доводами… достаточно лишь продемонстрировать ему то, что видим сеймомент мы сами. Это издевательство над жизнью в любых её формах всё должно быть устранено немедленно. Даже если мы не собираемся помещать сюда нашу северянку.

Ирвин устало согласно кивнул.

– Придётся отложить до завтра, рабочий свет Администрации уже закончился. – тревожно поцокал он языком.

– Тогда я иду за ним в его котти… У нас мало времени. – Сандра решительно хлопнула кулаком по ладони. – Кайл. Ты со мной?

– Всегда.

– Знаешь, где этот высокопоставленный болотник проживает?

– Спросим у служак наверху.

Расспросив порядочных и покинув Управление, они отправились на поиски обиталища чиновника. Сандра в мрачной задумчивости, Кайл – практически в неизменном для последних светов спокойствии.

Довольно быстро они наши искомое. Староста жил в большом котти неподалёку от Администрации. Очень удобно.

Добиться аудиенции у него в жилище было едва ли не сложнее, чем добраться до него на рабочем месте. Несколько раз разъяснив причину беспокойства всем любопытствовавшим родным, Сандра принялась объяснять её ещё раз целевому персонажу.

Лицо Старосты медленно изменяло своё выражение от недовольного к озадаченному. Конечно, ведь обладающая даром убеждения взбудораженная и решительно настроенная увиденным и услышанным Сандра постаралась расписать всё в самых реалистично мрачных красках.

От заманчивого предложения прогуляться лицезреть этим прекрасным вечером жуть в тюрьмах Управления высокопоставленный кантинец отказался, неохотно соглашаясь с предложенными Сандрой доводами, решениями и мерами, заверил в актуальности плана поиска или возведения новой точки для содержания заражённых, где за теми смогут ухаживать родственники и персонал храмовых лечебных служб.

Отлично… Это прогресс. Итак… перейдём к главному.

– …сперва мы должны получить разрешение родных. – заметил Староста. – Мы не можем… закончить всё вот так. Без их ведома.

– Смертность полная. – напомнила Сандра. – Эти люди уже мертвы по факту. И посмотрите на условия, в которых содержатся эти… тела. Это кощунственно. Приводите родных… хотя, нет. Им лучше не видеть этого.

– Вероятно, потому они, мягко говоря, не так часто заходят. – веско добавил Кайл. – С заражёнными находимся преимущественно я или Ирвин. И мы в шоке от зрелища.

– То, что от них осталось, агонизирует в ненужных мучениях. – поддержала служивая. – А так же подвергает опасности весь город. Для такого количества голодных клетки хлипковаты и они уже почти прогрызли отремонтированные прутья. Если угодно, конечно, можно собрать близких этих людей посмотреть на всё это и на то, что от тех осталось. Но это ныне даже попросту опасно.

– Как‑то это всё… негуманно. Со своими‑то, с родными, близкими и соседствующими. – возразил главный кантинец. – Мы уже забыли времена, когда были зарегистрированы последние насильственные смерти. Ну… не считая вот этих бешеных. Но тут мы подчиняемся суровой необходимости, сами понимаете… Это как сорняки выпалывать… Или мы – или они… До амнезий значительных происшествий вообще не было. Я опасаюсь, всё это всколыхнёт волну народных недовольств. Люди и так на пределе…