Опекун для высшей расы

– Не первый раз с человеками разговаривать буду, разберусь, – фыркнул оборотень, оборачиваясь в огромного черного волка. Старик тоже обернулся в черного с очень заметной сединой на морде. Седых волос везде хватало, но морде досталось больше всего.

Толпу людей с факелами, шумно топающую по лесу, нашли быстро. Регнум при виде них даже в волчьем облике умудрился рассмеяться. Только по тропинке валяться не стал и лапами дрыгать.

Аките даже стыдно стало за людскую глупость. Ну кто так на оборотней охотится?!

Правда, приглядевшись, девушка заметила, что Тау Кетонен с небольшой группой вооруженных мужчин идут особняком, постоянно оглядываясь. Их ждут, похоже.

И точно – приотстали, остановились, подождали.

– Остальные пусть по лесу ходят, – пояснил городничий свою задумку. – Я у них парочку ребят умных за главных оставил. Они потом толпу еще раз поделят – баб и мужиков шебутных в одну сторону поведут, а тех, кто с вилами и топорами – постараются кругом выстроить вокруг логова. Только помогите нам его найти.

Регнум фыркнул, только уже одобрительно. И помчался в сторону. Седой – за ним. Значит, взяли уже след, раз так уверенно побежали.

Керан дернулся за ними, потом сообразил, что красться верхом не получится – спугнут.

– Отведи коней к таверне, – попросил он Акиту ласково, даже улыбнулся. – А я пойду… – и спрыгнул на землю.

– Я с тобой! – напряглась девушка и тоже с Каурого слезла. Глазами сверкнула возмущенно. Но потом от стыда вспыхнула, одумалась.

Толку‑то от ее присутствия не будет, только мешаться мужчинам станет да отвлекать их. Но отпускать Кера одного на бой страшно, хоть плачь и на шею кидайся, как дурочка…

Эльф подождал, пока его лисичка успокоится, прижал к себе, поцеловал крепко‑крепко, словно в последний раз… Да, на самом деле, кто знает, как оно там все пойдет? Может, и в последний.

– Скачи давай и спрячься! Жди, пока не вернусь!..

И Акита послушно помчалась на Кауром обратно в город, держа за поводья Фина. В «Серую гавань» ее запустили, слова не сказав. Даже еду какой‑то мальчишка на стол поставил. Только девушке кусок в горло не лез… Так и сидела, кончик косы на палец наматывала и переживала. То за Кера, то за то, что ж она Нинору скажет, если вдруг…

А потом и переживать сил не осталось, только глаза Керана вспоминались, вкус его губ, тепло его рук и голос. Вот все бы отдала, только бы обратно вернулся!

* * *

Кер, подождав, пока девушка скроется из виду, побежал вслед за оборотнями и группой вооруженных людей. Они попетляли по лесу почти с четверть часа, но вдруг Регнум остановился, обернулся человеком и произнес:

– Они близко – я их чую. Хотите захватить – окружайте. Потопаете всей толпой – никого не найдете.

Мужчины принялись тихо перешептываться, обсуждать, как действовать дальше. Об оборотнях они словно забыли, к тому же те вроде бы пошли обратно. Туда, откуда только что пришли.

Только эльфийское зрение более острое, а эльфийский слух более чуткий, чем человеческие. И Керан помнил слова Регнума об альфе чужаков, которую надо захватить.

Поэтому он внимательно следил за уходящими оборотнями и заметил, как те свернули в сторону.

Эльфы умеют ходить очень бесшумно. Почти неслышно. Нет, вплотную подкрасться к людозверю ни у кого не получится, но Кер и не хотел остаться совсем уж незаметным.

– Какого рожна ты за нами крадешься, ушастый?! – напрямую этот вопрос Регнум задавать не стал, так как был в облике волка, но весь его вид просто излучал возмущенное недоумение.

Керану на недоумения оборотня было положить шишек воз и маленькую тележку. Так что дальше они покрались втроем…

Стая серебряных оборотней выглядела издали совсем не опасной. Лежат себе спокойно пятнадцать‑двадцать волков…

Хотя не так уж и спокойно они лежат – заметно, что принюхиваются, прислушиваются. И самое странное – волчица среди них только одна. Значит, настоящее логово у них не здесь, в другом месте. А сюда они с какой‑то целью пришли и, судя по тому, что на людей в деревне напали, цель эта не совсем хорошая.

Вот волчица первой и определила, что опасность вокруг. Подскочила, рыкнула, огляделась и помчалась прямо на Керана. Заметила эльфа, ощерилась злобно, зарычала… и прыгнула!..

Кер, увидев, как на него летит самый страшный его кошмар последних нескольких месяцев, застыл лишь на доли секунды. А потом выхватил арбалет и выстрелил!..

Только попал не в волчицу, а в черного молодого волка, прыгнувшего твари наперерез. И стрела с тяжелым острым наконечником, в котором верхний слой стальной краски скрывал от глаз настоящее серебро, убийственное для оборотней, вошла ему прямо в бок. Волчок даже заскулил от боли, и из пасти у него полилась тонкая красная струйка.

А из раны кровь не текла. Серебро растворялось внутри тела, убивая глупого молодого самца, пожертвовавшего собой ради альфы чужой стаи.

Старый волк подбежал к мальчишке, тоскливо завыл, затем зарычал на Керана.

Но тут на них налетело несколько волков. Стая разбегалась врассыпную, в разные стороны. Только ее плотно окружали люди с топорами, кольями и вилами в руках. Настоящее оружие мало у кого было. Да и самих людей не так уж и много оказалось…

И Керан, разрубивший мечом напавшего на него волка, потом, в пылу азарта, пришел на помощь сначала одному человеку, потом второму… затем третьему…

Он рубил головы. Втыкал меч в живот, если оборотень прыгал на него с оскаленной пастью. Втыкал меч в спину, подбегая сзади…

Эльф дрался отчаянно, уже забыв о своем старом кошмаре, потому что теперь у него был новый – он убил ни в чем не повинного парня. Пусть и не нарочно, пусть глупый людозверь сам ринулся под стрелу… все равно!

Оборотни закончились как‑то слишком быстро. Кер только разошелся, только вошел в состояние, когда в голове стало совершенно легко и пусто. Когда только руки и инстинкты и больше ничего. И вот… Ни одного живого оборотня!

То есть трое осталось – умирающий молодой волк, понуро сидящий рядом с ним старый и еще один, злющий. Регнум.

Глядя на недовольную морду последнего, сразу становилось ясно – не догнал он самку‑альфу и не желал смириться со случившимся.

– Надо добить! – Тау Кетонен подошел к Керану и кивнул на волчонка, до сих пор не обернувшегося в человека. Старый волк зарычал, оскалился и потом завыл… И у Кера внутри что‑то сжалось. Он понял, что не сможет, хотя Регнум, судя по выражению его морды, был согласен с предложением бородатого городничего.

Но Керан помотал головой, и люди, которым он помог отомстить, молча сделали по‑быстрому из подвернувшегося под руку носилки, аккуратно закинули на них надсадно дышащего волка, захлебывающегося кровью. И понесли в город…

Глава 14