Плата за грехи

– Он сам родом из тех мест. Отец его ещё там живёт. Вероятно, приехал в гости, там его и сосватали.

– Может быть, может быть. Присмотрись к нему.

–А, по‑моему, они вам не конкуренты. У них и денег‑то, кот наплакал.

– Посмотрим, может мы его там директором и оставим, если местные ему доверяют. Нам же легче будет.

– С этой стороны вы правы, Илья Николаевич.

– Ещё что есть?

– Ещё Калмык сообщил, у него с одного района вся сеть за один день пропала без следа.

– Что, и трупов даже нет?

– Чисто. Как будто испарились.

– Эдуард, что‑то в этом городе в последнее время чудес слишком много происходит, а?

– Мы ищем, Илья Николаевич, ищем.

– Ещё что?

– Пока всё. Остальное, как всегда.

– Наши солнечные мальчики проблем не создают?

– Девчонка забеспокоилась. Её бывшие начальники на связь не выходят.

– Вы смотрите, из лагеря её не выпускайте ни под каким предлогом. Нам не хватало, чтобы она тут ещё под ногами болталась. Расскажи ей, что случилось с господами Хо и Хваном, но так, как будто узнал случайно. И посмотри на реакцию. Если будет рваться мстить, остуди. Скажи, что мы сами ищем виновного. А вот, как найдём, её и позовём, не обидим. Ещё есть что?

– Пока всё.

– Иди, работай, Эдуард. Чёрт, что там со светом? – он снова взял трубку.

– Максим, что со светом? Нет на месте электрика? Чёрт, за что я плачу вам деньги? Когда надо что‑то срочно сделать, обязательно у вас проблемы. – Он с яростью швырнул трубку на место.

Эдуард, взяв свою папку с бумагами, направился к двери. Он уже открыл дверь, когда директор спросил:

– Эдуард, а вы китайский бордель нашли?

– Нет ещё, Илья Николаевич, ищем.

– Ну, ну, ищите. Кстати, ребят Стивенса кто встречает?

– Я хотел сам, Илья Николаевич.

– Нет, тебе не стоит перед ними светиться. Пошли кого‑нибудь из своих, потолковей. Где ты их поселить планировал?

– В гостинице Иваницкого.

– Надеюсь, номер – не люкс?

– Обижаете, шеф, что ж мы, совсем тупые. Простой номер, тридцать пятый, рядом пожарный выход.

– Молодцы, – усмехнулся директор. – Ладно, иди, работай.

Эдуард вышел. Директор, посидев немного, тоже вышел в коридор и, держась за стенку, направился к лестнице. Виктор, выскользнув за директором, подошёл к щитку и, включив свет, вернулся в кабинет директора, оставив дверь полуоткрытой. Секретарши почему‑то на месте не было. Виктор оглядел кабинет, проверил ящики стола. Просмотрел лежащие там бумаги. Не найдя ничего интересного, подошёл к книжному шкафу. В приёмной послышался звук шагов. Секретарша с хозяйственными свечами в руках заглянула в открытую дверь:

– Илья Николаевич, вы здесь? – получив в ответ тишину, прикрыла дверь.

Виктор стал проверять нижние отделы шкафа.

– Света, вы, где были? – раздался голос директора и звук закрывающейся двери.

– За свечками вниз бегала, Илья Николаевич. А то вот свет выключили, а у нас ничего нет.

– Молодец, хозяйственная вы наша. Только об этом раньше надо было подумать, а не когда свет выключили, – он вошёл в кабинет.

Зацепившись за край лежащего на полу ковра, чертыхнулся и направился к книжному шкафу. Открыв одну из дверок, достал бутылку и бокал. Налив грамм сто, выпил одним махом и, занюхав рукавом, налил ещё полбокала. Поставив бутылку на место, взял с полки тарелку с порезанным лимоном, бокал и сел за свой стол. Поставив перед собой принесённое, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

– Крепким орешком оказались эти немцы, чёрт возьми, – проговорил директор вдруг вслух и, открыв глаза, взял бокал.

– Но надо что‑то с ними делать, они мне мешают, – он задумчиво сделал несколько глотков. Потом достал сотовый телефон и набрал номер.

– Зайди ко мне, – велел он отозвавшемуся абоненту, – и захвати папку по немцам.

Минут через пять, стукнув в дверь, вошёл высокий, плечистый атлет.

– Вызывали, Илья Николаевич?

– Проходи, садись. Пить не предлагаю, тебя ждёт работа, срочная. Дайка мне расклад по личному составу фирмы, – он протянул руку.

Вошедший, открыв папку, протянул три листка бумаги, скреплённых канцелярской скрепкой. Схватив листы, директор углубился в чтение. Минут десять он, что‑то мурлыкая, читал бумаги.

– Вот, Георг, вот эту, – директор, схватив ручку, поставил галочку на полях. – У неё тринадцатилетняя дочь, это тот возраст, когда совет подруги воспринимается быстрее, чем совет мамы. Узнай, есть ли у неё друг? Годится ли он для разработки, если нет, подставьте своего парня. Посадите его или её на наркотики. Короче, продумайте всё, и чтобы через два дня её маме потребовалась крупная сумма денег, которую мы ей и дадим за сотрудничество с нами. – Директор продолжил читать.

– И вот этот ещё, – он опять поставил галочку. – У него сын ездит на своей машине. Сделайте ему аварию, можно с жертвами. Но тогда где‑нибудь на неприметной улице и подсуньте своих милицейских. Короче, тоже поставьте парня на крупные деньги. Папаша, естественно, бросится помогать, и тут мы. – Он дочитал списки.

– Берите этих двоих в разработку немедленно, у нас времени уже нет. Два дня вам на всё, про всё. Понятно?

– Да, шеф, понятно, – Георг взял списки, – можно идти?

– Иди, Георг, иди.

Атлет покинул кабинет. Виктор выключил диктофон. Директор посидел немного, допил содержимое бокала. Поднявшись, он подошёл к висевшей на стене картине и снял её. Под картиной оказалась дверца встроенного в стену сейфа. Директор, подумав, набрал комбинацию цифр. Виктор, взяв листик и ручку на столе директора, записал. Открыв сейф, директор достал какую‑то коробку, похожую на полевой телефон. Виктор видел такой в кино. Поставив коробку на стол, он достал ещё непонятный предмет, и, развернув его в мини антенну, поставил на подоконник. Соединив шнуром оба предмета, директор открыл коробку. Это, и правда, оказался телефон.

– Спутниковая связь, что ли? – догадался Виктор.

Директор набрал на диске комбинацию цифр и поднял трубку.

– Хэллоо, Майкл, .......