Подменыш. Красавец и уродина

Саломея коротко ахнула и закрыла лицо руками. Реррик нежно обнял жену и принялся шептать ей что‑то на ухо. Советник коротко кивнул:

– Что ж, если вы так решили… Это достойный поступок, юноша, и в сложившихся условиях он не будет лишним. Горжусь вами и надеюсь, что вы не пожалеете о своем решении… впоследствии.

– Извините меня! – звонко выкрикнула Вета, видя, что Эвалонг уже поворачивается к ней спиной, выглядывает в траве свою шляпу. – Но с нами был еще один мальчик. Может ли он также вернуться домой, в свой мир?

– Нет, – немедленно, как о чем‑то давно решенном, ответил советник Эвалонг. – Это невозможно. Все, что мы можем для тебя сделать, милая, – это пока оставить мальчика у нас. После вашего возвращения мы определимся, как с ним поступить. Возможно, всплывут некоторые подробности… и вообще, это решать не нам, а представителям того племени, к которому он принадлежит. Мы, кстати, их уже оповестили.

И, привстав на цыпочки, замахал над головой руками. Видимо, это был знак, что Совет закончен. Тролли начали неспешно расходиться, многие с сочувствием и тревогой поглядывали на ребят.

Вета подбежала к Саломее и успела увидеть, как та торопливо утирает рукавом плаща слезинки.

– Простите! – взмолилась девочка. – Я вовсе не просила Борю отправиться со мной. Он сам решил. Но я могу попробовать его отговорить…

– Ну что ты! – мужественно улыбнулась ей Саломея. – Я плачу… от гордости. Наш сын только так и мог поступить. И я уверена, что вы скоро снова будете дома.

– Наверное, – пожала плечами Вета. – То есть даже наверняка. Не думаю, что за несколько дней с нами может что‑то плохое случиться в нашем городке. Я имею в виду, что мы там по шестнадцать лет прожили – и ничего, без происшествий.

Саломея вдруг ухватила ее за руку и увлекла прочь с тропинки, туда, где лес был гуще, за усыпанный красными ягодами развесистый кустарник. И зашептала девочке в ухо:

– Послушай меня, Веточка! Я тоже, как и ты, выросла среди людей. И я была одной из немногих, кто впоследствии еще раз возвращался в их мир. Может, когда‑нибудь я расскажу тебе об этом. Так вот, я не знаю, с какими трудностями вы столкнетесь там. Я ведь вижу, у вас всех так и чешутся руки найти пропавшую девочку, а это может быть опасным делом… А хуже то, что уже завтра вам покажется, будто все это – она обвела рукой вокруг себя – все это только лишь сон, наваждение. И сама мысль вернуться сюда покажется странной, нелепой. Конечно, для Арлана этот мир останется самым реальным еще долгое время. И он умеет многое, чему вас мы еще не успели научить. Если будете держаться его, не пропадете. Но самое плохое – это то, что в том мире вы – ты, Боря, Арлан – можете стать врагами…

– Что вы?! – ахнула Вета. – Уж это точно никогда не случится!

Саломея только вздохнула.

– Постарайся вернуться, Веточка. И проследи, чтобы Боря вернулся с тобой. Мы не готовы его потерять.

– Господи, конечно, Саломея! – воскликнула девочка. – Мы вернемся, и все будет хорошо! Но я тоже хочу вас спросить… Скажите, с Артуром за это время ничего не случится?

– Ничего, – с готовностью заверила ее женщина. – Кстати, советник очень доволен, что Артур пока остается у нас. Он надеется, что хотя бы ради него ты захочешь сюда вернуться. Что ты его не забудешь… Но не обольщайся, милая, – печально добавила Саломея. – Ты не многим сможешь ему помочь. Судьба этого мальчика печальна.

– Да что такого сделал Артур?! – завопила Вета, не имея больше сил держать себя в руках. – Ну, подумаешь, прошел по туннелю без билета! Не такое уж большое преступление, между прочим. В чем же проблема?

– Ты узнаешь это, когда окажешься в мире людей, – снова вздохнула женщина.

– А как ему помочь? Мне вчера показалось, ваш муж…

– Да, я знаю, – кивнула Саломея. – Реррик поделился со мной своими соображениями. Но, думаю, он поторопился и только напрасно обнадежил тебя. Мы не знали, что все так худо, что девочка пропала.

– И что изменилось?

– Понимаешь, дело в том, что назад вам с Борей придется возвращаться самим. А это совсем не так просто, как пройти через специально подготовленный нами туннель и проплыть на лодке. Вот Реррик и подумал: если бы тебе удалось вернуться благополучно и привести с собой потерявшуюся девочку, то тебе бы полагалась награда от Совета. Медалей и грамот у нас не дают, но зато у тебя было бы право на одну Заветную Просьбу. Эту Просьбу старейшины обязаны будут выполнить, даже если им придется прибегнуть к самой древней магии на земле. Хотя я не уверена, что даже это в силах помочь в данном случае. А теперь и вовсе…

– Спасибо, госпожа Саломея, – прошептала Вета. Горло ее перехватило от волнения. Вот теперь она точно знала, что сама найдет эту девчонку, Ингу, и пригонит сюда хоть пинками. Ведь это единственный, пусть и призрачный шанс спасти Артура.

 

Глава 6. Страшное известие

 

В полдень настало время расставания. С мокрыми глазами наблюдала Вета, как семьи прощаются со своими воспитанниками, отправляя их в новую жизнь. Какие печальные лица были у мальчиков и девочек, которым предстояло навсегда покинуть тот единственный мир, который они знали и любили! И какими мужественными и твердыми в то же самое время! Наверное, они с самого раннего детства привыкали к мысли, что однажды им придется уйти.

С горечью подумала Вета о том, каково ей будет снова увидеть своих родителей, зная, что через несколько дней или недель она расстанется с ними навеки. А ведь она и вполовину не обладает таким мужеством, как все эти ребята, что собрались в самый последний раз на большой поляне.

Советник Эвалонг подпрыгивал на камне и толкал какую‑то речь, но его, конечно, никто не слушал. И вдруг наступила полная тишина. Вета толком не поняла, что случилось, но, кажется, в этот миг затих даже ветер. Кстати, местный ветер вообще отличался переменчивым характером и не дул, как положено, а день напролет гонялся за местными птицами, тоже призрачными, но очень звонкими.

– Пора! – воскликнул крошечный советник.

Ребята моментально сбились в кучку, бросили последний взгляд на свои семьи и торопливо двинулись в сторону пролеска сразу за поляной. Вета и Борис схватились за руки и бросились за ними вдогонку.

Пролесок быстро превратился в березовый лес, насквозь пронизанным солнечными лучами, легкопроходимый и вроде бы совсем невеликий. Но это только так казалось. Через пять минут Вета убедилась, что лесок совсем не маленький и совершенно нехоженый. Никаких тропинок здесь не было и в помине, но идти по высокой изумрудной траве было приятно. Даже захотелось сбросить ботинки и шагать босиком.

Странный это был лес. Птицы здесь не пели, зато каждый листик, трепыхаясь без всякого дуновения ветра, словно выводил свою негромкую и очень славную мелодию. Вете немедленно захотелось лечь на травку и немного послушать. Она, конечно, этого не сделала, зато на ходу прикрыла глаза, и вся отдалась этому дивному звучанию.

Вдруг ей почудилось, что она, совсем еще кроха, приехала погостить к бабушке в деревню. Старушка с круглым добрым лицом спешит ей навстречу, гладит по голове и приговаривает, сияя глазами:

«Ах ты, моя красавица! (у бабушки тогда уже было неважно со зрением). Пойдем скорее, пироги как раз поспели!»