Подменыш. Красавец и уродина
Глава 7. Что же случилось в парке?
Вдруг Лариса вскрикнула и застыла на месте. Схватилась обеими руками за свои почти белые, раскиданные по плечам пряди волос. И задергалась так странно, будто кто‑то тащил ее за эти прядки в разные стороны. Вета обернулась: в дверях стоял Арлан. Мальчик не шевелился, только в глазах его словно плясали сумасшедшие огоньки.
Вот вскрикнул кто‑то из парней, блокирующих Вету, отскочил к стене класса, держась за скулу. Другой сложился пополам, словно получил под дых. Почувствовав свободу, Вета выскочила из класса и побежала в сторону лестнице. Наконец она смогла заплакать, и теперь бежала, не видя толком ничего вокруг.
Через секунду ее догнал Арлан, взял под руку и помог спуститься по ступеням. Борис все еще был у раздевалок, он сразу подскочил к ним и начал орать на воспитанника троллей:
– Что ты с ней такое сделал? Почему она рыдает?
– В‑все в‑в‑в порядке, – с трудом выговорила Громова. – Он не виноват. В классе все набросились на меня, как будто это я своими руками убила Артура. А Арлан меня выручил.
Она села на подоконник и усилием воли заставила слезы остановиться. Насухо вытерла лицо рукавом школьного пиджака и спросила Арлана:
– Не слишком круто ты с ними? Мне теперь в классе вообще показываться нельзя, точно решат, что я ведьма.
– А что, нужно было смотреть, как они над тобой издеваются? – огрызнулся воспитанник.
– Ничего, перетерпела бы, не в первый раз. У нас говорят: «Что меня не убивает, то делает сильнее».
– А что меня не убивает – допускает смертельную ошибку! – заорал парень, но потом резко снизил тон. – Да ладно, если быстро найдем Ингу, то можешь в классе вообще не появляться больше.
– Я‑то могу, – согласилась Вета. – А другая девочка, которая меня… ну, заменит? Как насчет нее?
– А за нее точно можешь не беспокоиться. Вот уж кто сумеет себя правильно поставить!
– Такими же приемчиками, как и ты? Это неправильно, Арлан. Тебе с ними еще два года вместе учиться. А ты их уже ненавидишь. Что же дальше будет?
Напрасно Вета в таком состоянии взялась еще поучать других. Если до этого парень ухитрялся держать себя в руках, то теперь лицо его исказилось горечью и злобой, и он завопил, не забывая молотить кулаком по стене после каждой фразы:
– А вот так и будет, как ты видела! Кто мне запретит?! Насмотрелся я на этих… людишек! – с невероятным презрением выплюнул он. – Кажется, по‑другому с ними не договориться!
– А ты сам‑то кто?! – подпрыгнул от возмущения Шварц и едва удержал на носу очки. – Не человек, что ли?! А если что‑то не нравится, то можешь уматывать обратно, в свои волшебные леса! А мне, например, и здесь хорошо. У меня все планы в этом мире, а там – ну что я там буду делать?! Я, между прочим, вовсе не просил меня подменять!
Вета хотела остановить ребят, но с ужасом поняла, что в душе согласна с Борькой. Зачем ей возвращаться в тот мир? Артуру уже не помочь, здесь его вот‑вот похоронят. И в мире троллей все равно не оставят. А без него – не все ли равно ей, где жить? Но тут хотя бы есть родители, которые честно растили ее и считали своей настоящей дочкой. А не те, еще незнакомые, которые равнодушно выбросили младенца в чужой мир на целых шестнадцать лет.
– А я просил? – свистящим шепотом спросил Арлан. – Знаете, когда я был еще маленьким, мы часто играли в одну игру. Ведущий кричал: «Люди, люди идут!» И тогда девочки немедленно прятались, а мальчики готовились защищать наших животных и растения. Когда я узнал, что я сам – человек… да я даже не могу передать, что со мной случилось. Мне хотелось умереть. Да лучше попасть в Мертвое воинство, чем в мир этих истребителей всего живого, безжалостных убийц!
Он развернулся и побрел к выходу из школы.
– Ну и попросись обратно, если тебе тут так противно! – крикнул ему вслед Борис. – И нечего соваться в мой дом! С таким настроем ты еще моих родителей поубиваешь!
Тут Вета словно очнулась от вязкого дурмана и закричала:
– Борька, замолчи! Неужели ты не понимаешь, что нам нельзя ссориться, нельзя превращаться во врагов? Об этом предупреждала твоя мать, Саломея!
– Моя мать! – на ходу развернулся и рыкнул Арлан. Через секунду он исчез за дверью школы. И в тот же миг Борис, напротив, кинулся в глубь здания, пробежал, громко топая, через вестибюль и помчался по лестнице наверх. Вета осталась в одиночестве стоять перед дверью в раздевалку, лицом к страшному объявлению на стенде.
Через пять минут ей удалось окончательно взять себя в руки. Итак, предсказание Саломеи сбылось: они, может, еще не стали врагами, но уже рассорились и разбежались в разные стороны. И что же теперь делать ей?
«Искать Ингу, – сказала себе Вета. – Да, Артур не сможет вернуться в этот мир. Но есть множество других миров… наверное. Я же знаю, что он пока жив! Но если я не помогу ему, с ним может случиться что‑то ужасное, на что намекали Реррик и Саломея. А значит, и думать тут не о чем. И как это я только поддалась такой ужасной слабости?»
Она еще раз протерла ладонями лицо и решительно зашагала к выходу из школы, через пять минут уже была в парке. Бродила по дорожкам вдоль озера и лихорадочно прикидывала, что делать дальше.
Когда что‑то случается, всегда ищут свидетелей. Кто мог видеть вчера в парке десятиклассницу, которая сперва потеряла пригласительный билет, а потом исчезла сама? И кто может что‑то рассказать об этом? Ответ очевиден: люди, которые бывают в парке каждый день, примерно в одинаковое время.
Громова пошарила глазами по сторонам – и сердце ее радостно забилось. По аллее неспешно шла молодая женщина в теплой куртке и толкала пред собой светло‑голубую коляску. Наверняка это была одна из мамочек, которая проживает неподалеку и каждый день гуляет с малышом в парке. Выглядела женщина какой‑то настороженной, непрерывно оглядывалась по сторонам и временами как будто принюхивалась. Вета решилась подойти к ней.
– Здравствуйте, – сказала девочка, приближаясь к женщине и по привычке заглядывая в коляску – она обожала малышей и всегда жалела, что у нее не было младших братьев или сестер.
– Здравствуй, – замороженным голосом ответила женщина и немного ускорила шаг.
– Извините, – бросилась за ней вдогонку Вета. – Скажите, вы вчера не гуляли в парке приблизительно в это время?
– Гуляла, – сказала женщина и теперь уже замерла на месте, подтянула коляску поближе. – А что?
– А вы случайно не видели в парке ничего странного, необычного?
– И почему ты спрашиваешь об этом? – спросила женщина таким тоном, что сразу стало ясно – еще как видела.
– Ну, кое‑что плохое случилось… с близким мне человеком, – расплывчато сообщила девочка.
– Но ведь этим полиция должна заниматься, разве нет?
– Чем – этим?!
– Ладно, я тебе расскажу, – вздохнула женщина. – Не знаю, имеет ли это отношения к твоему близкому человеку, надеюсь, что нет… Вчера мы действительно гуляли, только не здесь, а по соседней аллее, которая ближе к озеру. Теперь, наверное, долго туда не пойду… В общем, я вдруг услышала жуткие крики и увидела девочку примерно твоего возраста. Она бежала прямо на меня. Подбежала и попыталась спрятаться за мою спину, едва не опрокинула коляску. Я закричала, чтобы она уходила, и только потом заметила, что за ней гонится парень…
