Попаданцы. Мир Таларея. Книга 3

Землячка взяла с него клятву, что он найдёт возможность в ближайшие пару месяцев нанести ответный визит. Сказала, что удивить ей особо его нечем, и пошутила строками своего обожаемого Пушкина: «В глуши, в деревне всё вам скучно, а мы, ничем мы не блестим, хоть вам и рады простодушно», но пообещала встретить с любовью и лаской. А что ему ещё надо от Вики? Ничего. Только её саму – лучшую и желанную женщину на свете.

Однажды Вика его спросила: вот это их явное родство душ смогло бы проявиться, встреться они не в Таларее, а на Земле? Олег уверенно ответил, что да, хотя на самом деле сильно в этом сомневался. Очень уж разные у них были тогда интересы. Значит, надо поблагодарить судьбу за всё произошедшее с ними обоими. Почему‑то он был уверен, что без встречи с Викой по‑настоящему не смог бы стать счастливым никогда.

– Весь дворец приведён в порядок, – доложила государю стоявшая в императорском кабинете баронесса Чеппин. – Прилегающая территория – ещё нет.

Олег отвернулся от окна, через которое наблюдал, как разбирают ледяной город на глыбы и отвозят к канализационным сливам подальше – пусть там тают, чтобы не устраивать огромную лужу посреди дворцовой площади.

– Вижу, что работы не завершились, но это уже не твоя забота, дорогая баронесса, – попаданец увидел, как сильно вымоталась первая статс‑дама, и наложил на неё «Исцеление». – Спасибо тебе. Отдохни хоть немного.

– Позже, – улыбнулась Чеппин. – Я сегодня соберу наших провинциалок, пока они не разъехались, и расскажу, как они опозорились перед алернийскими гостями, лузгая орехи во время бала в императорском дворце. Госпожа Вика была права, когда сказала, что такие манеры больше подошли бы невоспитанным простолюдинкам.

Землячка легко завоевала сердце суровой дворцовой распорядительницы тем, что очень хвалила её примитивные стишки и попросила сделать дарственную надпись на купленном сборнике. С подачи Вики, сама того не подозревая, баронесса стала в Таларее родоначальницей традиции автографов.

Повелительница Ордена сказала Олегу чуть позже, что стихи Чеппин хоть и близко не сравнятся с поэзией какой‑нибудь Анны Ахматовой, зато станут толчком для появления в их новом мире других поэтесс и поэтов. Заявила это без всякой иронии и выкидывать книжку в ближайшую же помойку не собиралась.

– А я уж думал наладить выпуск щелкунчиков для орехов, – пошутил попаданец. – Но перевоспитание и избавление от дурных привычек, в самом деле, всё‑таки лучше. Иди.

Он снова посмотрел на дворцовую площадь, украшения и светильники с сосны уже сняли. Олег первоначально хотел, чтобы всё праздничное убранство сохранялось до четырнадцатого числа, но было бы трудно объяснять соратникам, что такое старый Новый год, да и вчерашний – третьего января – отъезд землячки отбил у попаданца желание веселиться. Погуляли, и будет. Полно дел впереди.

Словно подтверждая его последнюю мысль, в кабинет вошёл премьер‑министр Клейн сразу с тремя помощниками, притащившими ворох бумаг.

Олег давно избавился от заблуждений своей юности, что управлять государством – это легкое дело, знай, сиди себе в кресле, отдавай хорошие распоряжения, наказывай негодных исполнителей и поощряй добросовестных. Реальность же, с которой он столкнулся, оказалась совсем иной. Главное, что слишком часто при принятии решений приходилось выбирать не между хорошим и плохим вариантами, а между плохим, очень плохим и совсем негодным. На это ещё накладывалось отсутствие идеальных исполнителей. Он и сам столько грубых ляпов допустил за прошедшие годы, что сбился со счёта.

– Сметы я смотреть не стану, – первую порцию документов Олег отодвинул от себя. – Раз Армин подписал, значит, всё в порядке. Пусть секретарь моё факсимиле проштампует, скажешь, я велел. – Возможность замены личной подписи её резиново‑штамповочным аналогом попаданец подсмотрел в деканате института, в котором обучался в своей прошлой жизни, но на важные бумаги, конечно, накладывал резолюции сам, а наиболее значимые заверял ещё и Знаком Сфорца. – Покажи, что у нас по сверке с законами королевств.

Издание новых распорядительных указаний, касающихся порядка в Сфорце, императорском домене, никаких проблем не вызывало. А вот принятие законов, которые должны действовать на всей территории Псковского государства, осложнялось тем, что часто они вступали в прямое противоречие с существующими в королевствах и Растине.

Поначалу попаданец разрешил возникшую ситуацию весьма просто. Помня, что на его родине любой акт, противоречащий конституции страны, прекращает своё действие, Олег и здесь приказал отменять любые правила, если они не соответствуют тем, которые устанавливает император. Но вскоре он понял, что принятое решение было слишком поспешным и его отменил. Теперь специальный отдел канцелярии премьер‑министра находил несостыковки в законах и докладывал государю для его решения.

Мысль создать парламент землянин не отверг, а отложил в долгий ящик. Нужно сперва обучить людей, которые не только разбирались бы в законотворчестве, но и понимали, как правильно реагировать на изменяющиеся в государстве условия жизни. Так что Олегу пока приходилось самому тащить лямку представительного органа власти.

– Клейн, вот это, так уж и быть, из моего указа убираем, – попаданец пером подчеркнул один пункт своего декабрьского распоряжения, касающегося стандартизации ширины колеи транспортных средств. – А это оставляем. Пусть Совет дожей внесёт изменения в их правила. Ещё что у тебя?

Разгрести накопившиеся документы императору удалось только к обеду. Мона накрыла в небольшой комнате отдыха при кабинете стол, компанию за которым государю составил только граф ри Неров. Остальные соратники разъехались выполнять поручения Олега или вернулись к своим обязанностям.

– Чем Нечай так озадачен? – поинтересовался Лешик, втягивая ноздрями запах мантов, готовившихся по рецепту государя. – Мне он показался расстроенным. Или ты ему нагоняй устроил?

– Ругать его нет повода. – Олег кивком поблагодарил девушку, поставившую перед ним горячее. – В Глаторе он всё очень ловко устроил. И имперскую власть напрямую никак не свяжешь с чередой странных смертей некоторых владетелей, и страх в душах смутьянов поселился. Злятся, интригуют, шепчутся по углам крысы, но хвосты поджали. Да и в остальном контрразведка пока на высоте. А хмурится, потому что я велел ему выделить ниндзя для решения новой задачи. При его‑то кадровом голоде, сам понимаешь, радости ему это не принесло.

– Я могу узнать, что за задача?

– Ну, напрямую она тебя не касается, однако и скрывать не вижу смысла. Я велел в течение недели сформировать четыре поисковых отряда, численностью до пятидесяти человек каждый, для поиска полезных порталов из тех, что пока никем не используются. Егеря, ниндзя и по паре магов в отряде. Можно слабосилков – полчаса даже самый хилый одарённый сможет держать переход открытым, а этого с большим избытком хватит. Присвоим себе эти площадки. Дело нужное. Тот же каучук для резины на колёса проще и выгоднее самим добывать, чем у кого‑то покупать.

– Кажется, я догадываюсь, кто тебе эту идею подсказал, – ухмыльнулся Лешик. – А Вика не может тебе помочь, выделив на это дело своих ассасинов?

– Да понимаешь, порталы‑то больше нам нужны, чем ей.

– Уверен? Она тоже в накладе не будет. Точно. Так ведь? Помню, ты как‑то говорил: была бы шея, а хомут найдётся. Вот и на твою нашлась. Нет, шеф, я не против. О такой императрице, пусть и негласной, можно было только мечтать. Красивая, умная, сильная, а главное, справедливая – умеет отличать тех, кто добросовестно служит, и щедрая к ним.