Попаданцы. Мир Таларея. Книга 3

– Конечно расскажу, о чём договорились, – улыбнулся он. – Только вот наставница твоя, да и моя тоже, убедила, что тебе, как вернёмся, до самого Нового года ни о чём ином, кроме как о предстоящих балах, думать не следует. Она права, Уля, у тебя ведь совсем личной жизни нет. Замучил я тебя. Отдохни хоть немного. С дворянами молодыми познакомься, с аристократами. Не тогда, когда они к тебе на аудиенцию с просьбами или жалобами приходят, а просто потанцуй, повеселись. Ну, сама понимаешь. Поверь, не все из них бестолочи или ищут твоей протекции. Впрочем, такие тоже есть. Да, ещё гости с Алернии будут. Может, среди них найдутся интересные люди.

– Я ведь не против, Олег, – пожала Уля плечами, сдержав грустный вздох. – Но мы ещё не вернулись с Аргона, так что можем говорить о делах, не обманывая ожиданий нашей наставницы.

Государь с её доводом согласился и рассказал в подробностях ход и результат достигнутых с маркизом ни Ловеном и графом ри Щонгом договорённостей. Понятно, соглашение было предварительным, Божественная и Сертин должны их ещё одобрить и сообщить об этом голубиной почтой.

В том, что решение императрицы Хадона и короля Аргона будет положительным, сомневаться не приходилось. Им просто некуда деваться, у Олега очень выгодная позиция, и это они зависят от него, а не он от них.

Псковский император согласился оказывать союзу, в который, помимо Хадона и Аргонского королевства, вошли Отан и Герония, поддержку, но весьма ограниченную, как и те условия Олега, что в данный момент союзники принимают.

У брата есть время. Как только Агния и её Совет согласятся передать ему контроль над Геронией или хотя бы северными провинциями этого королевства, где проходит одна из рельсовых дорог, так и помощь от Пскова станет полноценной, включая военный поход против гостей с Валании.

– Ты поэтому приютил Олу ре Литоль? – Уля не отказалась от принесённого стюардом любимого угощения в виде орехов с мёдом и ждала ответа от брата, уже закинув пару ядрышек себе в рот. – Хочешь не только восстановить её в правах на герцогство, но и дать нечто повыше?

– А простое сочувствие к несчастной сиротке в моём сердце возникнуть не могло? – хмыкнул Олег. – Эх, Уля. Даже ты так обо мне думаешь, будто бы я во всём ищу лишь выгоду. Нет. Не хочу я ре Литоль двигать к трону. Она хорошая девушка, но пуста и ленива. Меня и нынешний монарх Геронии устраивает. Тем более что я его бил, и он это хорошо помнит.

– Чек готовит армию к походу, – произнесла Уля с вопросительными нотками в голосе.

– Да. Я не допущу поражения Хадонского союза. Даже если Агния упрётся совсем насчёт Геронийского королевства, мне всё одно придётся её выручать. Впрочем, я надеюсь, она проявит благоразумие. Пока же я по просьбе Сертина введу свои войска в Тигольскую, северо‑западную провинцию его королевства. Закрою для бронзовокожих путь в аргонскую житницу. Если валанийцы решат атаковать мою армию, что же, тем хуже для них.

– Всё равно наши союзники долго против южан не продержатся, – убеждённо сказала королева Саарона. – Порталы многое изменили. Сейчас ведь подкрепления с Валании могут пойти потоком.

– Думаю, уже идут, – согласился брат. – Только и союз может ими пользоваться. В Отане тоже есть портал, а в Геронии целых два. Хадонским войскам теперь не нужно проделывать долгие марши. А вообще, конечно, с открывшейся возможностью пространственного перемещения рисунок войн сильно поменяется. Это ещё надо будет обдумать. Как‑нибудь отдельно соберёмся по данному вопросу с нашими военными стратегами. Пока же, мы, собственно, для того сейчас и летим к аргонскому порталу, чтобы испортить валанийцам прилив воодушевления от заработавших порталов. Царька парсанского мы с тобой сделали. Теперь вот и пространственную площадку, захваченную нашими южными друзьями, потревожим. Будут воевать с оглядкой. Так что не всё так однозначно предстоит, Уля, в сражениях на аргонских полях.

Брат уже предупредил её, что в парсанском дворце Вика выдавала себя за королеву Саарона, и все должны считать это правдой. Только врать Уле вовсе не требовалось. Олег сказал: ты лишь молчи на эту тему и загадочно улыбайся. А ведь ей очень хотелось, чтобы она действительно в тот день находилась рядом с императором. Жаль, что так не сложилось.

Они разговаривали почти до самого обеда. Олег пытался ей объяснить про новую электрическую магию, которую он с её участием собирается принести в Псковскую империю, но Уля почти ничего не поняла, хотя словами брат говорил знакомыми. Уяснила только, что это будет нечто по‑настоящему великое, во что она легко поверила – от Олега другого ждать и не приходилось.

Ещё, по его словам, новой магией смогут пользоваться и люди неодарённые. Как некоторыми артефактами. Только не надо будет что‑нибудь разламывать, а просто нажать на кнопку, и появится свет, или потечёт вода, или подует ветер, или ящичек заговорит человеческим голосом.

Последнее Уле показалось совсем необычным, но и тут она полностью доверилась брату.

После обеда император погрузился в чтение очередного историко‑географического фолианта, доставленного ему в лагерь Гортензией и извлечённого им сейчас из пространственного кармана, а молодая королева, в очередной раз пожалев, что у неё так и не получается изучить заклинание для создания столь удивительного хранилища, вынула из сумки книги про Незнайку – перечитать ещё раз, и детские рассказы, которые открыла первыми.

Друзья и соратники государя, прекрасно осведомлённые, кто на самом деле скрывается под именем автора книг Мистер Икс, ничуть не удивлялись столь большому количеству постоянно издававшихся новых произведений.

Хитрый и мудрый правитель Пскова хоть и был загружен множеством государственных дел, собрал команду из шести грамотеев‑выдумщиков – пяти молодых мужчин и одной пожилой женщины, – которых назвал странным словом литнегры. Олег рассказывал им сюжет, те с его слов делали более подробное описание событий, затем император проверял, вносил правки и отдавал в издательство. Так он почти не тратил своего драгоценного времени, а людей радовали всё новые и новые книжные истории.

Читая очередной рассказ, королева временами отворачивалась к иллюминатору, чтобы не отвлекать брата видом своих слёз. Только в этот раз она плакала от смеха. Повествование про двух мальчишек, решивших в отсутствие взрослых сварить себе кашу и переборщивших с количеством крупы, соли, времени готовки, было простым, но таким смешным, что Уля даже почувствовала колики в животе.

– Да не крутись ты как на иголках, – усмехнулся Олег, посмотрев на неё поверх фолианта. – Знаешь же про моё обострённое восприятие. Не скроешь ничего.

Она кивнула и, закрыв лицо руками, засмеялась в полный голос.

– Прости, не могу сдержаться, – отсмеявшись, сказала она. – Наверное, мне надо что‑нибудь серьёзное почитать.

– Зачем? Гортензии с нами нет. Читай, что тебе интереснее. – Брат взглянул в иллюминатор, захлопнул свою книгу и обернулся к голове салона, где молодые, этого года выпуска, ниндзя прильнули носами к стёклам. – Сержант Дирн, – позвал он не командира пятёрки охраны, а находившегося там же стюарда. Воздухоплавание относилось к очень важной части армейской службы, и на дирижаблях даже стюарды, по сути слуги, имели унтер‑офицерские звания. – Позови сюда штурмана. Мы, кажется, уже подлетаем к цели.

За бортом на земле в различных местах, чуть ближе к дирижаблю или совсем далеко, виднелись дымы от пожаров. Уля уже достаточно повидала штурмов, осад и захватов городов, поселений или крепостей, чтобы ясно представлять, что сейчас происходит на тех пожарах.

Да, псковская армия, которую Олег приучил к жёсткой дисциплине, своевольными грабежами и мародёрством не занималась, однако Уля видела и последствия действий других войск.