Право на жизнь

Позавтракав, вышли на улицу. В трапезной покойников уже не было. Там за столами поглощали кашу посетители. Мешок с казной Изи Виктор нёс сам. Они дошли до центра. Поглазели на церковь. Спросив дорогу, направились на торжище. Было ещё рано, но возы уже подтягивались, открывались лавки. Разминали голоса глашатаи. Не спеша, стали обходить ряды. Виктор спрашивал цены на одежду, оружие, обувь, продукты питания.

– Богомил, вот так торговать сможешь? –усмехнувшись, Виктор кивнул на торчащих в лавках купцов.

– Подучиться б надо, – почесал парень затылок.

– Ну, так учись, пока ходим, присматривайся, как они торгуют. У нас одежды много, обуви. Откроем лавку, будешь торговать. Не отдавать же её за бесценок кому‑то. К ценам присматривайся. Запоминай, что‑почём. Деян, ты тоже присматривайся, помогать будешь Богомилу потом.

Получив задание, парни не ходили уже праздно разинув рты. Они стали ворошить товар в лавках. Спрашивать цены. Разговаривать с купцами.

– Ну вот, другое дело, – усмехнулся Виктор, глядя на активность спутников, – а то празднуют тут бар, понимаешь ли. – По торжищу они ходили полдня. Пообедав в первом попавшемся трактире, вышли туда опять.

– Внимание! Внимание! – заорал неподалёку глашатай. – Продаётся большое поместье в хорошем состоянии, в пригороде, по Ладожской дороге. Можно вместе с хозяевами. За долги! Начальная цена, такая‑то.

Призыв заинтересовал Виктора, и он протиснулся сквозь толпу к высокому помосту на краю площади. На помосте стоял глашатай. Рядом сидел на колоде одетый в шубу горбоносый мужик, чем‑то похожий на Изю. Сзади и сбоку стоял в зипуне мужик. Возле него, обняв троих детей, жалась женщина.

– Эй, – Виктор подошёл к помосту, – а усадьба большая?

– Большая, большая, – поморщился мужик в шубе, – бери не пожалеешь. И стоит удобно, дорога рядом.

– А как бы её посмотреть?

– А чего там смотреть, – лицо продавца стало, как после лимона. – Если деньги есть, бери и всё. Если боишься обмана, воеводе на меня пожалуешься.

– Нет, уважаемый, – Виктор покачал головой. – Деньги у меня есть. Но я хочу сначала посмотреть, что беру.

– Вот Фома не верующий, – заворчал продавец и, осмотрев площадь, и не увидев больше желающих, поднялся. – Ладно, поехали, посмотришь.

Сани продавца стояли на въезде на торговую площадь. К ним он и направился.

– А этих с собой возьмём? – Виктор кивнул на бывших хозяев усадьбы.

– Тебе нужны, ты и бери, – пожал плечами продавец и потопал себе.

– Эй, мужик, забирай семью, поехали, – позвал Виктор тех, стоявших безмолвно на помосте.

– Зачем мы тебе? – равнодушно отозвался мужчина.

– Раз, зову, значит, нужен, – махнул рукой Виктор, – поехали.

Продавец ждал Виктора, развалясь на своих санях. Оглядевшись, он подошёл к стоящим неподалёку пустым. – Хозяин, отвезёшь за город?

– Тебя, что ли? – поднял голову дремлющий в сене мужик.

– Нет, вот их, ‑Виктор кивнул на семью бывшего владельца усадьбы и своих спутников.

– Многовато что‑то, – прищурился хитро мужик.

– Так и не весна ж, – засмеялся Виктор, доставая горсть монет. – Отсчитывай, сколько тебе, – он протянул ладонь мужику.

– Ну, это другой разговор, – мужик сразу подобрался и, наклонившись, смахнул с ладони несколько монет. – Хватит, садитесь.

Семья мужика и Богомил с пацаном забрались в сани. Виктор сел к продавцу. Тот, поморщившись, ткнул возничего в спину кулаком, – пошёл!

Ехали с час и выехали на хорошо укатанную дорогу. Отдельные подводы и целые обозы заполняли её плотно. Немного отъехав, сани свернули и упёрлись в деревянные ворота. За ними тявкнула собака. Высунулся сторож и, увидев продавца, открыл ворота. Въехали во двор. Нанятый мужик ссадил своих пассажиров у ворот и тут же укатил обратно.

– Ну что, теперь вижу, усадьба приличная, – вылезший из саней Виктор потянулся. Обойдя вокруг дом и поглядев на занесённый снегом огород, он вернулся к продавцу.

– Ну, и сколько ты хочешь с меня содрать, мил‑человек?

– По‑божески, по‑божески, – засуетился тот, называя цифру расчёта. Стоявшая неподалёку женщина ахнула, прикрыв рот ладонью. Продавец зыркнул в её сторону злым глазом.

– Это окончательная цена, или поторгуемся? – прищурился Виктор.

– А что тут торговаться, что торговаться, – забеспокоился продавец, – нормальная цена. Зима сейчас на дворе, вот и цена зимняя.

– Ну, я ж не спорю, – усмехнувшись, Виктор поставил на сани свой мешок и развязал. Отсчитав нужную сумму, завязал обратно. Продавец, как увидел у парня целый мешок денег, так чуть не подавился слюной. Глаза его запылали алчностью.

– Как бы пакость какую не подстроил, – заметив это, хмыкнул Виктор. Подозвав Богомила, он отдал ему мешок и велел ждать его в этом доме, заодно и с хозяевами познакомиться.

– Мы что, жить здесь будем? – шепотом спросил он.

– Ну, ты ж видел, что я его купил, – усмехнулся Виктор. – Но ты хозяев не обижай, они нам ещё нужны будут. Понял?

– Понял, понял, – Богомил подхватил мешок и направился к дому.

– Уважаемый, вы меня обратно до города не подвезёте? – Виктор подошёл к укладывающему в мешок деньги продавцу. – А то у меня там ещё дела.

– Подвезу, чего ж не подвести хорошего человека, – оскалился продавец.

– Тогда я сейчас своим людям указания выдам и поедем.

Виктор подошёл к всё ещё стоявшим у ворот бывшим хозяевам и обратился к мужику.

– Уважаемый, я усадеб раньше не покупал, бумаги какие продавец должен мне отдать?

– Нашу долговую расписку и грамоту на усадьбу переписать на твоё имя, – буркнул мужик.

– А, вот хорошо, что сказали, а то б этот жук мог опять её в дело пустить, я таких знаю.

– Нам куда, хозяин? – всхлипнула женщина.

– Да, никуда, – Виктор пожал плечами. – Живите, как жили. Считайте, что этот дом опять ваш, ‑парень улыбнулся. – Но об этом потолкуем, когда я вернусь. Ладно? А сейчас мне ещё с этим гусем разобраться надо, и в городе кое‑какие дела остались. Моих ребят приютите пока. Да и чужих гоните, если кто есть. – Улыбнувшись, Виктор потрепал вихры крайнему пацану. Махнув рукой, он вернулся к саням продавца.

– Ну что, поехали? – поднял глаза тот на Виктора.

– Минутку, а бумаги?

– Какие бумаги? – сделал удивлённое лицо продавец.

– Ну, как же, грамоту на усадьбу и долговой вексель.