Приор. Путь странника

– Итак, давайте подытожим. Что мы имеем? – Алекс Рохас еле заметно расправил и без того ровные плечи и, чуть наклонив голову, уставился на меня в упор. – Согласно проведенным медицинским тестам, вы человек. Ни биотехнологических усовершенствований, ни нанитов или иных дополнений ваше тело не содержит. Физиологические отклонения, болезни и мутации, которые удалось обнаружить, вполне согласуются с вашей легендой о том, что вы родились и жили в очень далеком для нас прошлом, – его голос был спокойным, ритмичным, убаюкивающим. В какой‑то момент мне показалось, что по его словам я могла подняться, как по идеально ровным ступеням. Наверняка это был его трюк, гипнотический эффект, во власти которого я никогда не хотела оказаться. – И мерцание вашего энергетического тела серьезно отклоняется от жителей нашего века. Вы же понимаете меня?

Я не сразу поняла, что он ждет от меня ответа. Вздрогнув, как от резкого пробуждения, я забегала глазами по комнате. И через секунду поняла, насколько жалки были мои надежды на то, что я умею контролировать свои реакции. Мне следовало научиться за двадцать пять лет хоть немного держать себя в руках.

– Да, полковник, – кивнула я и откашлялась в кулак: глупая попытка восстановить ослабевший голос. Посмотрела на Рохаса в надежде, что он не ждет от меня развернутого ответа. Но не прокатило. – То, о чем в мое время говорили только эзотерики и колдуны, в будущем имеет научное объяснение. Весь материальный мир лишь уплотненные сгустки энергии. И каждая клетка или атом мерцают с очень высокой скоростью. Ну, или вибрируют. Не знаю, как правильнее, – я смущенно отвела взгляд и глупо улыбнулась. Говорить о вещах, за которые в мое время могли чуть ли не на костре сжечь, вот так серьезно было странно. – В общем, вибрации моего времени и вашего отличаются частотой… Видимо, – последнее слово я прошептала больше для себя, чтобы хоть как‑то успокоить свой разум. Уж слишком противоестественно для меня было говорить о вещах, которые существовали лишь в фантастических фильмах и книгах. Так же, как и общаться с героями такой фантастической истории, как эта. – Да, все верно.

Наконец, Рохас перехватил инициативу:

– Увы, но сравнить частоту ваших вибраций, чтобы подтвердить или опровергнуть вашу временную принадлежность, нам не с чем. Как вы уже отметили, в XXI веке никто их не замерял. Телепата на борту тоже нет, чтобы хотя бы поверхностно просканировать ваш разум.

Он замолчал. А я все ждала, что он продолжит перечислять невозможные варианты проверки моей истории или хотя бы моей природы. Тишина повисла между нашими взглядами, как натянутая через весь стол струна. Дышу ли я, моргаю ли, я не знала.

– Есть еще один, – неожиданно произнес полковник, прервав затянувшуюся паузу. – И частота его вибраций совпадает с вашими. Хотя это тоже не доказывает, что они соответствуют тому времени, из которого, по вашим словам, вы прибыли.

Мои брови удивленно взметнулись вверх, а приоткрытые губы застыли в невысказанном вопросе, и он пояснил:

– Еще один такой же человек, как и вы. Он появился почти сразу же после вас. Его зовут Эрик.

– Неожиданно, – все, что я могла сказать. Мои глаза округлились, я чувствовала это, но была не в силах контролировать.

– Он находится на осмотре у доктора Хайса. Вам тоже стоит к нему зайти.

Я кивнула в ответ и поняла, что это намек, что разговор окончен.

– Я провожу вас, – вызвалась Хлоя.

На мгновение я замерла, скользнув взглядом по брюнетке. Я боялась ее. Боялась инстинктивно: как человек опасается большого бурого медведя, которого видит на картинке. Он вроде и понимает, что опасности нет, но вид зверя вызывает первобытную тревогу. От Хлои исходили волны опасности, как от того же нарисованного медведя. Если бы я не знала, на что она способна, насколько хорошо подготовлена для руководства службой внутренней безопасности корабля, наверное, никогда бы не догадалась об этом по ее внешнему виду. Но, увы, я знала и о ее способностях виртуозно манипулировать вопросами, вытягивая все самое важное из человека, и о том, как тонко она чувствует любую недосказанность и даже то, что ты скрываешь сама от себя.

Я осторожно поднялась со стула, стараясь совладать с дрожью в ногах. Все, что я говорила до этого, не было мной продумано. Никакой стратегии, никакого плана или видения того, какое впечатление я хочу создать. Я лишь выдавала то, что казалось мне рациональным, и пыталась дозировать информацию. И лишь о том, что я сама смогла осмыслить и хоть немного принять как реальность. Мы шли по длинному коридору, соединяющему центр управления и резиденции высшего офицерского состава с транспортным шлюзом. Брусничные стены Приора, опутанные проводами и оборудованием людей, словно состояли из маленьких деталей разной формы, соединенных особым материалом, вызывали у меня непреодолимое желание прикоснуться к ним, почувствовать их тепло, ощутить корабль, который еще спал, но должен был вот‑вот проснуться.

– Вы действительно ждете, что кто‑то поверит в вашу историю? – вдруг начала говорить Хлоя. – К тому же вы не спешите доказывать, что говорите правду… Вы оперируете лишь собственными утверждениями и беспокойством о сохранности будущего. Если вы не офицер или представитель власти с достаточным уровнем доступа, откуда вам все это может быть известно?

Ее проницательный взгляд и ритмичные шаги меня завораживали, погружая в некое подобие транса. Она шла медленно, подстраиваясь под мою скорость. А я поймала себя на мысли, что мои ноги сами выбирают направление, знают, куда мне нужно было попасть.

– Понимаю, как и то, что информация о Приоре находится под особой защитой, аналога которой нет, – стараясь не задерживаться с ответом, сказала я.

– «Плазма» – это даже не система безопасности. Это палач для тех, кто посмел покуситься на «самое сокровенное». Доступ есть лишь у одного человека, и он сам по себе является ловушкой.

Я знала, для чего она подняла эту тему. Хотела проверить меня, упустив одну незначительную деталь, которую я поймала. Наверное, мне не стоило вступать с Хлоей в полемику, да еще и в таком вопросе. Плазма – система безопасности, разработанная инопланетным разумом и реализованная подразделением телепатической полиции ЭКРАН, сама по себе являлась тайной, не говоря уже о том, что в ней хранилось.

– Не будем называть имена, капитан, но технически он не один, и он… он не человек.

Видимо, проверка удалась. Боковым зрением я заметила, как уголки губ моего конвоира чуть растянулись в стороны, а взгляд, устремленный вперед, стал каким‑то довольным.

– Вы не можете этого знать. Даже самый сильный Псионик сгорел бы еще до того, как проник в мысленный карман, – не глядя на меня, продолжила Хлоя все тем же равнодушным тоном.

– Псионик не смог бы. Но, как я сказала, я получила эту информацию откуда‑то извне.

Хлоя понимающе кивнула, явно понимая, что на Земле нет людей, способных достать эту информацию, да и за пределами Земли тоже.

Итак, первый экзамен был пройден. Она сознательно затронула очень скользкую тему. Все вопросы до этого не предполагали реальности моей истории. Она пошла по иному пути, дав мне фору. И Хлоя была достойным соперником.