Приор. Путь странника

Первая встреча с Айрин стала кульминацией всего этого безумия. Девушка сначала равнодушно слушала его домыслы, предположения и фантазии о том, что происходит. Пока он с выпученными глазами и пылающим румянцем на щеках размахивал руками, выдавая очередное безумное предположение о том, где и как они оказались, на ее губах играла плохо скрываемая улыбка. Его версии действительно звучали безумно, но не безумнее того, что оказалось реальностью. И лишь когда он исчерпал слова и силы, она тихо и как‑то равнодушно произнесла: «Эрик. Мы в будущем. На космическом корабле Приор. Сейчас 2303 год, и мы находимся на краю изученного космоса». Все, что было сказано после этих слов, в мозг Эрика просто не поместилось. Информации было немного, но она была такой неподъемной для него, что попросту туда не влезла.

А ее спокойствие, ее ровный голос, такой обыденный тон сводил его с ума сильнее, чем то, что она говорила. Не мог человек так безразлично относиться к перемещениям во времени, к космическим кораблям и прочему идиотизму, который Эрик встречал только в фильмах и книгах. «Это тот же мир, который ты хорошо знаешь, только спустя двести девяносто лет», – произнесла девушка и улыбнулась так, будто только что сообщила прогноз погоды на завтра: сухо, просто и коротко.

И все те странные вещи, что он видел, начиная от формы команды и заканчивая оборудованием, мебелью, приборами и медицинскими приспособлениями, совершенно не помогали признать этот мир «тем же, что он хорошо знал, только спустя двести девяносто лет».

Для него эта планета мало чем отличалась от самого корабля. Странного в ней было не меньше. Начиная хотя бы с совершенно не живой равнины, на которой он теперь находился. Эрику приходилось бывать в пустынях, и он видел в них гораздо больше жизни, чем в этом месте. Практически ровное плато, по которому они шли, без камней, растений, живности, смущало его сознание с самого его первого шага по нему. Земля под ногами была больше похожа на залитую бетоном поверхность, чуть припорошенную песком. Слишком ровная, слишком твердая и неживая. Да и внешний вид Нил Кури поражал своей схожестью с людьми. Чуть более высокий рост и менее пропорциональное тело с короткими по отношению к торсу ногами и руками, крупные коленные суставы и практически полное отсутствие шеи – вот то немногое, что заметил Эрик, разглядывая снующих мимо их группы аборигенов в длинных балахонах. Остальное, даже мимика, во многом повторяла человеческую. Отправь одного из них на Землю, и он вполне бы сошел за человека с небольшими физическими отклонениями. И еще одно бросилось вдруг в глаза: лицо у всех обитателей деревни было одно и то же. Лица отличались по возрасту, по выражению, по мимике, но само лицо было одно на всех. Не так он представлял себе инопланетян и не на такой планете желал бы оказаться, если бы эта мысль пришла ему однажды в голову.

От этих наблюдений и воспоминаний Эрик поежился, опустил взгляд к земле, на которой сидел. В его голове накапливалось все больше вопросов, которые так и норовили выплеснуться наружу. Но он сдерживался. Ведь ему не должно было быть интересно то, что он видел. Это не было его миром, не было частью его жизни. Лишь сном, пьяным и безумным сном. В любой момент он мог проснуться и с облегчением забыть его. Он повернул голову и взглянул на девушку, которая так равнодушно сообщила ему о том, что мира, в котором он живет – теперь уже жил, – сотни лет, как не существует. Той, что молча слушала его возражения и смотрела на него так бесстрастно и беспощадно, как смотрят на умоляющего о пощаде приговоренного.

Девушка сидела со скрещенными ногами чуть впереди него, рядом с майором Лизой Спенсер. Через визор ее шлема он видел спокойное лицо, и это ее спокойствие его раздражало. Эрик даже сменил позу, согнув ноги в коленях и обхватив их руками, чтобы ничем не походить на нее.

А ведь когда ему сообщили, что есть человек, попавший на корабль при тех же обстоятельствах, что и он, в его сердце затеплилась надежда. Это могло стать тем самым, что не дало бы ему сойти с ума. Но она в первую же секунду предала его надежды и приняла неприемлемую для него сторону – сторону этого мира… Чужого мира… Мира будущего.

То ли заметив, то ли почувствовав его взгляд, Айрин обернулась к нему:

– Чего смотришь? Любуешься? – все тем же ровным, ненавистным ему тоном произнесла она, чуть скривив губы в улыбке.

– Было бы чем, – грубо отозвался парень и отвернулся.

На какую‑то секунду, даже на долю секунды, ему показалось, что на лице Айрин мелькнуло игривое выражение, словно она обычная девушка, каких полно на улицах его родного города. И именно в это мимолетное мгновение, в существовании которого резонно было бы усомниться, он понял, что ошибся, и она действительно была довольно симпатичной. Ее светлые большие глаза выделялись на фоне бледной кожи. А русые волосы, которых теперь не было видно под шлемом, напоминали Эрику цвет волос его мамы во времена ее молодости, когда она еще не красила их в блонд. Но эти наблюдения осталось за гранью его осознания.

 

У входа в жилище Тота Савана мелькнула тень, и через секунду появился полковник. Сделав несколько шагов, он резко развернулся и безмолвно попрощался со старейшиной одним взглядом. Рохас быстрым и резким шагом направился к выходу из поселения, пройдя мимо ожидающих его людей так, словно и не заметил их.

Эрик среагировал самым последним, непочтительно долго задержавшись в сидячем положении, о чем он, конечно, не знал. На мгновение растерявшись, он покрутил головой вокруг в поисках тех, с кем сюда пришел, и увидел, что все они уже спешили за своим командиром.

Преодолев условную границу поселения, Алекс Рохас нажал что‑то на своем напульсном компьютере, и на визорах всей команды открылась трехмерная карта местности с мигающей красной точкой пункта назначения. Это был Старый научный аванпост.

– Выдвигаемся немедленно. Лиза, Рон, подготовьте транспортник. Проверьте, исправен ли резервный топливный модуль.

– Принято, – почти одновременно отозвались офицеры.

Все знали, что транспортнику с избытком хватает энергии от солнечных батарей, и потому полковник ответил на невысказанный вопрос. И от его слов мурашки побежали по спине.

– Там, куда мы отправимся, солнца может и не быть, – тишина в ответ была подтверждением, что приказ принят.

– Но куда мы поедем? – отозвался Эрик, все еще пытаясь нагнать остальных. И тут же подумал, что если подчиненные полковника не задали вопросов, то и ему не стоило этого делать.

– Полковник, разрешите обратиться, – начал лейтенант, проигнорировав вопрос Эрика.

Тот лишь «польстился» такому отношению к себе. Задай этот вопрос Айрин, на него наверняка бы ответили.

– Разрешаю.

– Не могли бы вы и меня ввести в курс дела. О них, – он указал в сторону отставших девушки и парня, – они стали членами команды?

– Ты знаешь, что они это все слышат, не так ли? – спросил полковник, и в голосе послышалась усмешка.

– Да, я в курсе. И мне бы хотелось, чтобы вы четко обозначили их место и положение сейчас при всех, при них, – отчеканил Рональд уверенно и громко.