Приор. Путь странника

– Ок. Пока идем, как раз обозначу, – специально сделав ударение на последнее слово, ответил Рохас холодно и резко.

– Айрин, Лиза, Рон, Эрик, – он как бы невзначай оглядел весь отряд, который шел позади него. – Девушка действительно рассказала нам нереальную даже для нашего времени историю, а Эрик ее не может не подтвердить, не опровергнуть. Они не приняты в отряд и не имеют хоть каких‑то прав, – Алекс говорил серьезно и спокойно, обдумывая каждое слово. А его шаги придавали речи равномерный строгий ритм. – Но и откровенной опасности, исходящей от них, лично я не вижу. И я имею в виду то, что можно доказать, – Рохас повернулся к Рону, и тот мимолетно кивнул. – Мы все вместе оказались в положении сложном и даже опасном. Но в такой критической ситуации, как эта, когда Приор обездвижен и ослеплен, мы обязаны использовать знания Айрин для сохранения контроля над кораблем, если остается хоть один шанс, что ее история правда.

Полковник на минуту замолчал, подбирая окончание своей речи.

– Айрин и Эрик находятся если не под арестом, то, по крайней мере, под наблюдением. Никаких свободных перемещений по кораблю, никаких не согласованных со мной или с моим заместителем встреч, никакой вольности им не позволено. А взяли мы их с собой только для того, чтобы попытаться испытать их, узнать по максимуму, что им… вернее, ей известно… если получится, получить помощь.

Эрик «польстился» таким ничтожным положением, закатил глаза и скривил губы в горькой усмешке.

 

3

 

Давно оставленный учеными аванпост встретил их тихим шуршанием песка по металлическим корпусам пустых строений. Развернутый на скорую руку лагерь представлял собой три полусферы и цилиндрический склад, на котором еще могло остаться то, что было нужно Рохасу. Покрытый солидным слоем серой пыли Ньюли транспортник выглядел как давно оставленный и забытый механизм, совершенно не способный к движению. И подходя к нему, Лиза и Рон переглянулись, но комментировать не стали, принявшись сразу за работу.

Убедившись, что его офицеры все свое внимание сосредоточили на работе, а гости из прошлого бродили рядом, осматриваясь, Рохас нырнул за дверь склада. Он не хотел пугать свою команду, но между наборов с походными пайками припрятал несколько мин и гранат. Алекс знал, что там, куда они собираются отправиться, может быть опасно. Скорее всего, там будет очень опасно. О чем ему намекнула Айрин и подтвердил Тота Саван. Но что именно представляло угрозу, он понятия не имел и не спешил спрашивать, а может, и вовсе не желал пока знать. Как сказала Айрин: «Будущее – это очень тонкая материя», и с этим он был согласен.

После того, как удалось запустить систему транспортика, вибрация гравитационного двигателя стряхнула основной пыльный слой, оголив графитовый корпус и блок накопителей солнечной энергии на крыше. Угловатый механизм медленно поднялся над поверхностью, приглашая внутрь своих пассажиров.

Войдя в него по откидному трапу вслед за Рональдом и Лизой, Айрин сразу прошла в кабину и заняла свободное пассажирское место. За ней вошел Рохас, и от его внимания не ускользнуло, что девушка не осмотрелась вокруг, точно зная, куда идти, словно пользовалась машиной множество раз. Полковник занял пилотское кресло, чуть помедлив, ввел в навигацию нужные координаты, оглянулся на остальных, убедившись, что все на месте, и отдал команду автопилоту начать движение. Вокруг каждого пассажира автоматически сомкнулось гравитационное поле, заменяющее ремни безопасности. Плотный, невидимый, подстраивающейся под анатомию тела кокон, не влияющий на движения, но мгновенно реагирующий на любое резкое и опасное для целостности человека изменение.

– Полковник, простите, но я уже не могу держать свое любопытство под контролем, – осторожно произнес Рональд. – Расскажите нам о разговоре с предводителем куриц. Что он вам сказал?

Нужно было отдать должное выдержке лейтенанта. Всю дорогу до лагеря и во время сборов он мужественно сопротивлялся вопросам, скопившимся у него в голове. Но молчание и сдержанность никогда не были его сильными сторонами.

– Честно говоря, нам всем это интересно, – поддержала его Лиза.

Алекс вздохнул, нажал несколько кнопок на панели управления, включая генератор внутренней атмосферы, и медленно снял шлем. Он явно тянул время или подбирал правильные слова.

– Можете дышать без шлема, пока едем, – будто не услышав вопроса, произнес командир. – Мы едем к нулевой отметке, – после этих слов полковник буквально кожей почувствовал напряжение, повисшее в воздухе. Ему казалось, что он может даже чувствовать его запах в кабине. Его глаза были обращены к пустынному ровному горизонту Ньюли, а взгляды всех присутствующих – к нему.

– Но разве к ней не запрещено приближаться? – голос Лизы оставался спокойным, но ее слова выходили осторожно, крадучись.

– С сегодняшнего утра мы оказались отрезанными от Земли центральной, и на этот счет есть особое предписание, который должен выполнить высший офицерский состав корабля, то есть мы с вами, – Алекс снова замолчал, устремив взгляд в одну точку, а затем произнес: – Рассказывать о нем я сейчас не буду. Вам нужно только знать, что в нынешнем положении мы имеем право предпринимать чрезвычайные меры… любые меры, только чтобы сохранить корабль под своим контролем.

Он медленно повернул голову и внимательно посмотрел на каждого присутствующего в кабине. Рон и Лиза смотрели на него в ответ, не пытаясь скрыть свое беспокойство, или под беспокойством они скрывали свой страх. Взгляд Эрика оставался совершенно бесстрастным, непонимающим и пустым. Эти слова, как и многие другие, что он слышал раньше, вызывали в нем не больше понимания, чем термины из квантовой физики, в которой он был полным нулем. Только Айрин смотрела на полковника с сочувствием. Это выражение лица нельзя было назвать чем‑то иным. Она не была напугана, не была озадачена или удивлена, но и не была равнодушна. На лице читалось смирение, и ее взгляд как бы говорил: «Да, все так, мне бы не хотелось через это проходить, но деваться некуда». Именно к ней он и решил обратиться.

– Айрин, если есть что‑то, что мы должны знать до того, как прибудем на место, говорите сейчас, – теперь Рохас полностью развернулся на кресле и наклонил корпус в сторону девушки.

Алекс смотрел на нее в упор, пытаясь разглядеть хоть малейшую фальшь в ее взгляде, малейшую деталь, которая могла бы выдать ее тайные намерения, или почуять угрозу от нее. С самого начала этой вылазки на планету в нем оставались сомнения, правильно ли он поступил, взяв ее с собой. Его ошибка могла стоить жизни не только им, но и всем обитателям корабля. Если она представляла угрозу, то в нулевой отметке у нее будет замечательный шанс навредить всем. Единственным его союзником в этом решении было внутреннее чутье, интуиция. Но ничего опасного в ней он не разглядел, хотя смотрел очень внимательно. Не только глазами, но и внутренним командирским взором.

Глубоко вздохнув, словно собираясь нырнуть в воду, девушка замерла, перебирая глазами пространство вокруг себя, и тихо произнесла: