Снежок тотального уничтожения

… Мы с королем Версином бежали по залитому солнцем лугу, держась за руки. Две бегущие толстенькие тушки – не самое изящное зрелище, но мы чувствовали себя необыкновенно легкими. Наверное, это от счастья, переполнявшего нас.

Мы бежали, смотрели друг на друга и совсем не глядели под ноги. Какая разница, куда наступаешь? Меня больше привлекали светящиеся любовью голубые глаза моего спутника, чем травки, цветочки и порхающие вокруг бабочки. А его волновали лишь мои глаза, излучающие чувства, ничуть не меньшие, чем его.

– У тебя бабочка в волосах! – воскликнул мой любимый, останавливаясь.

– И у тебя! – улыбнулась я, любуясь мужчиной.

Какой же он красивый! Ну, если честно, то не то, чтобы очень: невысокий, полноватый, несколько женоподобный, малость коротконогий. Но у него на лбу аршинными буквами написано: «Я добрый и нежный». Как бы не старался он спрятаться под маской капризного самодура, внутренний свет никуда не спрячешь. Да, именно этот самый внутренний свет и делал Версина Реорана невероятно красивым.

Мы даже не заметили, когда наши улыбки переросли в счастливый смех. Так мы и стояли: взявшись за руки и глядя друг другу в глаза, смеясь, как беззаботные дети.

– Мотя! – позвали откуда‑то сбоку, наглым образом вклиниваясь в наше счастье.

Сережка! Метрах в пятидесяти от нас стоял мой муж и, как обычно, недовольно и с претензией смотрел на меня.

Господи, у меня же супруг есть, я замужняя дама, а любуюсь тут посторонними королями!

– Я люблю тебя, Мотя! – серьезный тон Версина отвлек меня от Сергея, и я снова посмотрела в добрые голубые глаза.

– Я тоже, – не стала врать я, а позади мой супруг все вел свою партию:

– Мотька! А ну быстро на кухню! Где обед и порядок в доме? И где, наконец, деньги на очередную партию косметики? Я должен работать, а ты не даешь!

Я раздраженно обернулась к наглецу. И с чего это я раньше считала его прекрасным принцем? Длинный, тощий, с идиотской стрижечкой, с губками куриной попкой и взглядом тупого, ни к чему не стремящегося и ни к чему не годного барана!

– Хьюстон, у нас проблема! – тряхнул меня за плечо король Версин.

– Что? – не поняла я.

Любимый вцепился сильными пальцами мне в плечи и принялся трясти изо всех сил. Он тряс меня и тряс, пока я… не проснулась.

Рядом со мной на скамье сидела удивительно серьезная Мирочка, а Снежок удобно устроился на ее плече и орал:

– Хьюстон, у нас проблема!

Подруга была похожа на грозовую тучу, и лишь ее необыкновенные глаза цвета морской волны горели ярой решимостью.

– Снежик, хватит уже долдонить, Мотя проснулась! – прикрикнула она на своего неугомонного говорящего котенка. – Матреша, давай, сгребай мозг в кучку и слушай меня. У нас и в самом деле проблемы. Я поговорила с королем и…

– И что? Он не поверил, что ты леди Беар?

– Да нет, все прошло на высшем уровне, без сучка и задоринки. Правда, Снежок мимоходом навалял пару раз люлей противным собаченциям, которые нагло шляются по саду и замку, но они сами виноваты, вот пусть теперь и ходят с проплешинами. А еще король сначала удивился тому, что я слишком молода. Дело в том, что леди Беар уже пять раз побывала замужем…

– Прямо, как ты! – нервно хихикнула я.

– Я, между прочим, просто разводилась, а наша милая леди ухитрилась пять раз стать вдовой, – огрызнулась подруга. – Не женщина, а Джейса‑катафалк! Вот его величество и удивился, почему это я такая молодая. Но ты же меня знаешь, я обладаю даром убеждения. Короче, мы договорились сыграть свадьбу через две недели. А пока я поживу здесь, в замке. Тебя я беру в свои помощницы и требую относиться с почтением и уважением к той, которая устроила мою судьбу и призвала к будущему мужу…

– Постой, постой, – перебила я подругу. – Не верю своим ушам! Ты что, согласилась выйти замуж за короля из другого мира?

– А что мне еще оставалось делать? И мое согласие вовсе не означает, что я на самом деле стану здешней королевой. Я посчитала, что нам нужно как‑то продержаться здесь две недели, ведь раньше Ванда портал открыть не сможет.

– При чем здесь Ванда? – недоуменно вопросила я. – И вообще, почему я здесь оказалась? А ты как сюда попала?

– Сейчас расскажу все по порядку. Времени навалом – пока нам с тобой приготовят покои, – пообещала подруга и вдруг прямо выплюнула: – Ванда – мерзость!

Правда, Мирочка выразилась более резко и конкретно, но я не хочу тут сквернословить.

И вот, что я узнала от подруги.

Ванда Злобина и в самом деле современная Баба‑яга. Она не только, как любая Баба‑яга, является проводником между миром живых и миром мертвых, но еще и проводником между другими параллельными мирами. Она может открыть любой портал, свободно перемещаться по магическим мирам и еще перемещать туда‑сюда кого угодно.

Ванда – существо крайне беспринципное, жадное и ради собственной выгоды пойдет на все. Она уже давно зарабатывает тем, что переправляет женщин из мира в мир по заказу богачей. Цели бывают разные: рабство, замужество, принесение в жертву при колдовских черных обрядах… Мирочка первая ведьма из нашего мира, которую заказали Ванде.

Она никогда не обманывала своих заказчиков, но вот беда: к Мирочке ведьма по‑настоящему привязалась, даже полюбила ее. Тем не менее, бабка‑Ежка не могла не взять золото Версина, это было выше ее сил. Жадность, знаете ли, иногда тоже болезнь.

Вот Ванда и затеяла это Мирочкино посвящение, настояла на приглашении подруги. А я подходила ей для этого по всем параметрам: закомплексованная, несмелая неудачница. Это Ванда толкнула меня в спину тогда, в лесу!

Очнувшись утром, Мирочка не обнаружила меня и здорово перепугалась. Они со Снежком хорошенько потрясли Ванду (зная мою подругу, я представляю масштабы этой «тряски»!). Вот колдунья во всем и призналась, покаялась, передала Мирочке плату короля (я подозреваю, что та сама ее отобрала) и еще кое‑что, и переправила их со Снежком сюда.

По каким‑то причинам, непонятным даже для Мирочки, в следующий раз портал можно будет открыть лишь через две недели.

– Я не понимаю эту Ванду! – призналась я, немного подумав. – Зачем ей понадобилось переправлять сюда меня вместо тебя? Почему она за тебя так переживала? Ты ведьма, легко соединила бы короля с его леди и преспокойненько отправилась бы домой через две недели. Думаю, ты даже плату за свою работу у Ванды не забрала бы.

Мирочка грустно улыбнулась.

– Не все так просто, Матюша. Я еще не все тебе рассказала. Главная проблема не в описанном ранее. Давай‑ка я лучше начну, так сказать, от печки.