Снежок тотального уничтожения
– У хорошей жены и муж успешен! Ты испортила мне жизнь!
Подобные слова я слышала каждый день и не по разу.
А потом пришло озарение. Он никогда не любил меня! Сначала ему нужны были московская прописка и квартира, а теперь еще и добытчица и бесплатная прислуга. Жену и просто женщину он не видел во мне уже давно.
Почему же мы до сих пор вместе? Почему я не развелась с этим ничтожеством? Ну, во‑первых, нашу однушку в Подмосковье невозможно было разменять, а уезжать к маме и ее новому мужу в деревеньку под Рязань слишком даже для меня.
Хотя, кого я обманываю! Я до сих пор надеялась, что наши отношения изменятся. Я до сих пор любила мужа.
Тысячу раз дура!
Короче, жизнь моя была бы совсем беспросветна, если бы в ней периодически не появлялась Мирочка, а в последние полтора года еще и со Снежком, не взрослеющим белоснежным котенком. Девочка‑праздник, девушка‑фейерверк, женщина‑огонь, она своим появлением всегда привносила в мои серые будни изрядную долю оживления и счастья.
Мужа моего она терпеть не могла, но, вроде бы, старалась этого не показывать. Сережка же боялся ее и Снежка, как чумы.
Однажды, когда мой муженек унизил меня при Мирочке, нелестно пройдясь по моей внешности, подружка выперла меня из кухни, а сама побеседовала с Сережкой. И с тех пор при ней он – сама любезность, со мной ласков, а с Миркой разговаривает на «вы» и шепотом. Я не удивлюсь, что подруга лишь зыркнула на него и тихо приказала: «Упал‑отжался!». Я шучу, конечно, но с Мирки сталось бы.
Велемира, Мира, Мирочка, Мируся… Дорогая, надеюсь, что на этот раз ты вернулась в мою жизнь надолго, а не исчезнешь снова на полгода!
– Мотька! Ты окаменела?
Знакомый и, вроде бы, когда‑то любимый голос вывел меня из ступора, и я осознала себя, стоящей в дверном проеме своей собственной квартиры. Интересно, давно я так вход собой украшаю?
Сережка в футболке и шортах, нечесаный, сонный и недовольный, высился напротив меня и хмурил брови.
– Долго еще торчать в дверях будешь? Покушать принесла? Я проголодался, между прочим.
– Нет, не принесла, забыла на кухне прихватить, – призналась я со вздохом. – Задумалась и…
– Чем задумалась‑то, если нечем? – презрительно хмыкнул ласковый муженек. – Может, уже отомрешь, вспомнишь, что у тебя муж голодный и приготовишь хоть что‑нибудь? Тебе, между прочим, еще и в комнате убрать не помешало бы.
– А сам? – вдруг неожиданно даже для самой себя проявила я неповиновение.
– Я же работаю! Целый день у компа проторчал!
Ага, и поспать не забыл. Работает он!
Да‑да, мой трудяга нашел‑таки себе работу. Консультантом в косметической фирме! Ну, или не консультантом, еще кем‑то, я не очень в их тонкостях разбираюсь.
Сергей не бегал по офисам, впаривая теткам косметику, теперь все проходит иначе. Мой муж сидел дома за компьютером, привлекал таких же, как и он сам, лентяев и идиотов. Кажется, это называется у них «строить структуру». Она строилась не так быстро, как было обещано, великих барышей не приносила. Вернее, никаких барышей не приносила. А продукцию требовалось приобретать каждые три недели, что и делалось на мои, кровью и потом заработанные денежки.
В результате, квартира тонула в разнообразных духах‑кремах‑лаках. Нет, кое‑чем я пользовалась сама, кое‑что пыталась продать. Но кому это нужно, вот в чем вопрос. Отчаявшись сбыть с рук хоть что‑то, я делала Мирочке подарки. Она, вроде бы радовалась, но то, как она принимала наманикюренными тоненькими пальчиками лак для ногтей сомнительного качества… Уж лучше я промолчу.
Да, печальная история… Но, как говорит мой муж: «Я же работаю!»,
Я с грустью оглядела поле деятельности. Приготовить ужин, перемыть гору посуды, скопившуюся за день, потом еще после ужина… Неплохо бы еще хоть немного разгрести бардак в комнате, ведь Сергей не утруждает себя даже уборкой своих собственных носков.
Ну и за что мне все это, а? О ванной, книге и вкусняшках в кровати придется забыть. Что же, видно, другого я и не достойна.
Ну и хорошо! Нет бутербродов на ночь, нет и лишних калорий.
Устав, как раб на плантации, я, наконец, закончила все дела и, еле переставляя ноги, пошаркала в ванну. Страшно подумать, но завтра предстоит еще один рабочий день!
Включив воду и сбросив одежду, я не встала сразу под душ, а посмотрела в зеркало в полный рост, висящее на двери. Ничего приятного я там не увидела.
Сразу как‑то вспомнилась Мирочка с ее сильным, стройным телом и роскошными волосами. А ее лицо… Яркие губы, яркие глаза, длинноватый изящный нос, скульптурные скулы… Как после этого поверить в то, что эльфов не существует, и в моей подруге нет хотя бы примеси их крови?
А что на меня смотрело из зеркала? Толстая тушка с рыхлыми руками и большой, отвисшей грудью. А эти массивные ноги с толстыми коленками! А эти покатые мясистые плечи! Ну к чему природа создает людей с пухлыми щеками, бесформенными носами, безвольными подбородками и невразумительного цвета глазами? А волосы? Ну, ладно, волосы‑то себе я сама, конечно испортила. В какие только цвета я их не красила, желая хоть как‑то улучшить свою внешность. Последний – темно‑русый. Внешность не улучшилась ни на чуточку, зато я получила пережженное гнездо на голове. Разве можно жить такой?
– Мотька!
Дверь в ванную распахнулась, и муж узрел совершенно голую жену. Не подумайте только, что в нем сразу взыграла страсть. Вместо этого мой любимый презрительно скривил губы и выплюнул:
– Мотька, на себя любуешься? Так нечем тут любоваться! Или думаешь, что все твои складки от любования сами собой рассосутся?
Удивительно еще, что с каждым его словом изо рта не вываливалось по жабе. Это было уже слишком! Это стало последней каплей!
Мой муженек что‑то еще вякал по поводу того, что завтра ему кровь из носу нужно купить очередную партию товара, так что я просто обязана выдать ему очередные шесть тысяч, а лучше семь.
Но я, уже не обращая внимания на его кваканье, накинула халат и, четко печатая каждый шаг, прошла к телефону и набрала номер подруги.
– Матюша!
Сразу было понятно, что Мирочка рада меня слышать, но ее чуть запыхавшийся, взбудораженный голос не на шутку меня перепугал.
– Мирка, у тебя все в порядке?
– В полном! – жизнерадостно успокоила меня подруга. – У меня все отлично. Просто ты немного не во время, я работаю.
