Спят курганы темные
– А где другие девушки?
Наш пленный вдруг побледнел, и глаза его забегали:
– Мы их потом выбрасываем в овраг… там рядом.
– Вы их всех убили?
– А что с ними делать? Товарный вид они потеряли. – Потом он начал нас умолять: – Не убивайте меня! Пожалуйста! Это все они – я здесь ни при чем!
– А чому не мовою? – вдруг вспомнил я про то, как они надо мною глумились.
– Я из Кривого Рога. У нас в городе мовнюков почти нет.
– Ясно, – сказал я и, недолго думая, полоснул и его ножом по горлу. Еще нам не хватало возиться с пленным…
В «офисе» все прошло без сучка и задоринки. Трупы убитых мы добавили к телам бедных девушек в овраге. Потом забрали всю еду, побросав ее в ранцы, которые Миша почему‑то назвал рюкзаками. Кроме всего прочего, мы прихватили еще две железные банки с водой, а также бутылку горилки (для дезинфекции, понятно). Затем мы вернулись, освободили пленников, хотя двое из них – мужчина и женщина лет сорока, единственная, кто был не первой молодости – отказались идти, мол, с вами, такими отчаянными – всем верная смерть, а с этими хоть шанс какой‑то есть. И как я их ни уговаривал, они продолжали стоять на своем.
Тогда я дал им напиться, оставил немного провизии, после чего все покинули это жуткое место.
Конечно, умнее было бы уйти втроем с Михаилом и Алексеем, но я догадывался, что будет с теми, кто остался, и потому решил, что нужно спасти всех. А той парочке, которая с нами не пошла, я не завидовал, и, как оказалось, не зря – позже мне рассказали, что их изуродованные трупы нашли в одной из клеток. На мой вопрос, куда нам идти, Алексей сказал:
– Я знаю, где наши были вчера.
– Что это за «наши»?
– Наши, дончане. Воюют против… этих. Я‑то думал, у меня жена, ребенок скоро должен родиться, и потому не пошел к ним. А теперь пойду обязательно. Тем более жену я сумел отправить к ее дяде в Ростов – она уже звонила, сказала, что страху натерпелась по дороге, но все‑таки ее смогли переправить через границу.
«Граница? Интересно, кого она разделяет?» – подумал я, но вопросов задавать не стал – потом найду время как следует расспросить своих спутников. Я лишь кивнул и сказал:
– Понятно. Ну что ж, веди, Алексей. Эти сволочи еще не знают, кто такой Семен Каретник. Скоро узнают!
5 августа 2014 года. Донецк. Министерство внутренних дел ДНР.
Подполковник ФСБ Жарков Александр Павлович
– Здорово, тезка! – я дружески приветствовал заместителя министра внутренних дел Донецкой республики, входя в его кабинет. – Знаю, что тебя недавно подранило в руку, поэтому обниматься с тобой я не стану. А то, не ровен час, жиману посильнее и сделаю тебе больно.
– Здравия желаю, товарищ подполковник, – улыбнулся замминистра, поправляя повязку на руке. – Вот, не выдержало ретивое, поднял своих ребят в атаку. Ну и получил пулю…
– А в мае в аэропорту – осколок в ногу… Ты, Васильич, поберег бы себя. Не всегда следует под пули лезть впереди всех.
– А вы, Александр Павлович, в Чечне, как я слышал, тоже не в штабах отсиживались… – замминистра, хитро улыбнувшись, посмотрел на меня.
– Ну, ладно, не будем перемывать косточки старшим по званию, – я нахмурил брови и постарался сделать грозное лицо, но не выдержал и рассмеялся.
– Вы к нам как, Александр Павлович, по делу или просто новых впечатлений набраться?
– По делу, дружище, хотя иной раз очень хочется послать все куда подальше и снова взять автомат в руки. Помню, в Афгане…
– Слыхал я про ваши похождения «за рекой» от Каскадера. Вы ведь вместе с ним воевали?
– Было дело, тезка. Я, кстати, сюда приехал после его сообщения.
– Слушаю вас, товарищ подполковник, – лицо замминистра стало серьезным. – И что такого интересного для вашей конторы сообщил он вам?
– Дошли до нас вести, – начал я, – что в районе Саур‑Могилы стали происходить какие‑то странные вещи. А именно – неизвестно откуда появились люди, которые вроде бы умерли давным‑давно. Они же живехонькие, даже не пылинки на них нет. Причем они не какие‑то там ряженые реконструкторы, а самые настоящие участники Первой мировой и Великой Отечественной войн.
– Мне тоже докладывали об этом, – кивнул мой собеседник. – Поначалу я не поверил этому, думал, то ли чья‑то плохая шутка, то ли кто‑то сбрендил от перенапряжения. А потом это подтвердили люди, которым я полностью доверяю. В голове не укладывается, но факт остается фактом – вполне реальные люди перемещаются во времени.
– Вот и у нас многие засомневались, – я развел руками. – Для того меня сюда и послали. Если все обстоит именно так, то будем над этим работать, подключим серьезных ученых, которые попытаются как‑то это все объяснить. Или мы установим, что имеем дело с очередным фейком, напишем соответствующую справку и отправим материал в архив.
– Понятно, Александр Павлович. Могу обещать вам, что с моей стороны вам будет оказана вся необходимая помощь. Кстати, если вас интересует, то могу сообщить вам одну интересную вещь. С помощью одного из этих «путешественников во времени» ребята из «Востока» притащили из разведпоиска засланного казачка. Точнее, не казачка, а, скорее, шляхтича.
– Поляка? – насторожился я. – Ну‑ка, ну‑ка, расскажи мне обо всем поподробнее.
Мой собеседник вкратце рассказал о пойманном в районе обитания «Навоза» пшека. Меня насторожило то, что пан Анджей Моравецкий не занимался обычным шпионажем и не пытался выведать о силах и планах донецких ополченцев. Ляха тоже заинтересовали люди, о которых мы только что говорили. Но самой Польше путешественники во времени были вроде ни к чему. А вот «старшему брату» со звезднополосатым флагом, который маячил за спиной воинственных поляков, сведения о столь необычном явлении были бы весьма интересны.
– Слушай, тезка, а не мог бы ты дать мне возможность побеседовать с вашим импортным пленником? Он, наверное, сидит под замком где‑нибудь в вашем министерстве?
Замминистра смущенно почесал подбородок.
– Видите ли, Александр Павлович, его пока еще не доставили в Донецк. Обещали сделать это на днях. Я сейчас свяжусь с Саур‑Могилой и отдам соответствующий приказ.
– Может быть, мне самому туда съездить? Заодно и с этими таинственными «путешественниками» познакомлюсь поближе. Ты найдешь мне машину и пару сопровождающих?
– Все сделаем, товарищ подполковник. Завтра с утра…
– А сегодня вечером нельзя?
– Вот это я бы вам не советовал. Неспокойно у нас, и ночью ездить никому не рекомендую. Случись чего с вами – никогда этого себе не прощу.
– Ну что ж, нет так нет.
