Сталкер. Тропами призраков. Эпилог

– Вечером ещё раз повторим и тогда точно будешь как новый. Скороход, морщась от обильно распространяемого запаха лечебного средства, благодарно кивнул.

– Воняет, Ром, словно бомжи с похмелья под носом по большому сходили… но помогает конкретно. С обычными лекарствами наверняка неделю провалялся бы, а тут ночь и всё… Ты это… Мне рецепт потом расскажешь, ну, в смысле, из чего она, эта мазь сделана, а то ты мне вчера наговорил всякого, что лучше бы и не знать, – Роман усмехнулся.

– Вот тогда и не спрашивай.

– Да тогда лучше и не говори, – поспешил согласится Скороход.

Плотный завтрак закрепили хорошо сваренным кофе и начали собираться в дорогу. Из схрона Васи Скряги позаимствовали пару сухпайков, бутылку воды и несколько банок тушёнки. Для дробовика Скорохода ничего не нашлось, а вот семёрки для АК Романа было в достатке, чему он был очень рад и не преминул воспользоваться, набив все автоматные магазины, и прихватил сотни две россыпью. Чтобы не чувствовать себя обязанным, он извлёк из своих вещей пару артефактов, прихваченных у покойников на остановке, не очень ценных, но и не дешёвых. Их стоимость полностью, даже с лишком покрывала стоимость взятого у Скряги имущества.

– Что, Скороходик…! Присядем на дорожку. Нога у тебя ещё слабая, так что хабар заказчика несу я. До стоянки у камней ходу часов пять, это, конечно, если без проблем всё обойдётся. Укрытия там нет, – продолжил он. – От камней до старой базы вояк ещё часа четыре топать. Там если что и заночуем, – Скороход молча кивал, соглашаясь с планом Романа. – К базам вояк двинем через пьяный лес. Бывал в тех местах?

– Не приходилось, – честно ответил Скороход. – Слышал только, что места там гиблые и тварей немерено. Может, лучше вдоль железной дороги?

– Не может, – отрезал Роман. – Пьяным лесом мы пол дня отобьём. Заказ по срокам и так горит. Так что идём Пьяным лесом. С боеприпасами на твою артиллерию туговато, зато, спасибо Скряге, на мою в достатке. Так что, Бог даст, на дорогу хватит. Если что пойдёт не по плану, встретимся у водонапорной, ждём до утра, а там по обстановке.

Уже второй час Сталкеры двигались к намеченной точке. Роман лишь изредка поглядывал на экран датчика аномалий, ни раз подметив, что прибор запаздывал, либо вообще не показывал затаившуюся беду и лишь благодаря опыту и неизвестно откуда полученному дару, он вовремя замечал характерные маркеры для той или иной аномалии.

– Барыга, сука… У меня датчик аномалий в ПДА, не из худших и совсем не из дешёвых. А тупит как отмычка в первой ходке. Потому новички пачками и гибнут, надеясь на свои налодонники, впаренные им этими торгашскими рожами, с заверением лучшего качества и цены, – размышлял Роман, обходя стороной очередную Жарку.

Скороход, полностью уверенный в опыте напарника, по поводу пути следования вообще не заморачивался, лишь изредка поглядывая назад. Его мозг свербил другой вопрос… от чего в зоне природа словно застыла в климатическом режиме осень.

– Ни снега тебе, с Новым годом, ни масленицы… Да… масленица… обалденный праздник. Пышные блины со сметаной, мёдом… Новый год тоже… Мандарины, оливье… Эх, – вздохнул Скороход, поспешил догонять оторвавшегося вперёд Романа и чуть не ткнулся носом в резко остановившегося напарника. Роман, не говоря ни слова, присел на одно колено и, прижав приклад автомата к плечу, стал сквозь прицельную планку изучать кустарник, редко росший метрах в двухстах перед ними. Скороход тоже присел и медленно снял дробовик с плеча, пытаясь разглядеть, что так насторожило товарища. Роман, продолжая дублировать свой взгляд автоматным стволом, тихо ответил.

– Не что, а кто… Смотри, на одиннадцать часов и на четыре, – внимательно вглядевшись, Скороход тоже сумел разглядеть едва мелькнувшую фигуру. Роман, продолжая отслеживать цель, тихо, словно его могут услышать сказал. – Скороходик! Сдаётся мне, что это по нашу с тобой душу. Ты главное не дёргайся. Видишь кочку справа?

– Это не кочка, это пень.

– Да какая нахрен разница… Пень ещё лучше. Падай за него и не отсвечивай. Всё одно от дробовика толку не будет, расстояние большое, а я с этими любителями игр в прятки сам поработаю. Ну что, готов? – Скороход кивнул. – Тогда давай, – и сам метнулся в не глубокую яму, образовавшуюся от вывернутых корней поваленного дерева.

Мгновение спустя, на расстоянии вытянутой руки, вскипел земляной бурунчик, почти одновременно с хлёстким хлопком, напоминающий щелчок хлыста. «Из СВД бьют…» – Роман этот звук знал хорошо. Лишь снайперская винтовка Драгунова издавала при выстреле такой звук, за что была прозвана в солдатской среде плёткой.

– Илюха! – крикнул Роман, уйдя перекатом чуть в сторону. – Грязно работаешь… У меня с тобой дел никаких. Давай разойдёмся берегами, и я про этот выстрел забуду, посчитав его небольшим недоразумением.

Снова хлёсткий щелчок и кусок корня от поваленного дерева, за которым недавно лежал Роман, отлетел в сторону. Минуту стояла давящая на уши тишина.

– Лады, давай разойдёмся, – послышался голос из кустов ориентировочно на одиннадцать часов. – Значит, снайпер находится правее, – понял сталкер. – Ты можешь уходить… тебя валить мне без надобности, – снова прокричал Илюха. – Оставляй ствол, хабар и толстого, и можешь валить куда топал. У меня с толстого спрос. Он брата моего завалил и ещё человека хорошего, а твоё барахло… так, компенсация за потраченное время.

– Это понятно, – тянул время Роман, выискивая в кустах лёжку снайпера. – С толстым разобрались… а вот ствол мой с хабаром причём? Не от него твои люди погибли, и хабар… не твоих людей и даже не мой.

– Ошибаешься, сталкерок… – снова прокричал Илюха Матёрый, но уже значительно ближе. – Ты знал с кем идёшь. И про наше с ним, скажем так, недоразумение тоже наверняка в курсе. Мы, чтобы этого говнюка рыжего найти порядком по зоне нашагали и потратились тоже не хило, так что твой ствол и хабар вроде как в уплату долга пойдут за твоё скудоумие, что толстяка с собой взял. К тебе лично у меня вопросов не имеется, так что оставляй добро и уходи пока я не передумал.

Времени, пока Матёрый разглагольствовал, Роману наконец хватило, чтобы вычислить снайпера, занявшего позицию между двух деревьев, метров двести правее от Илюхи. Захватив в прицел чуть шевельнувшуюся кучу листвы, плотнее прижав приклад автомата к плечу, сталкер громко крикнул.

– Видишь ли, Илюха, в чём проблема, как‑то мне всё это дерьмо, что ты предложил, не по душе, – и вжал спусковой крючок. Секундой позже куча листвы, куда ушла пуля, вздрогнула и затихла.

– Что ж, ладно, сталкерок, ты свой выбор сделал, – проорал наёмник. – Днепр! Вали его… Заболтались мы что‑то.

Выстрела не последовало. Днепр с аккуратной круглой дырой во лбу и развороченной черепной коробкой в области затылка лежал именно там, где и предполагал Роман.

– Ушёл твой Днепр…

– Куда ушёл?

– Что не в рай это точно, наверное, в сауну к чертям подался.

– Сука‑а‑а, – переходя на визг прокричал оппонент, но точно не Илюха. – Матёрый…! – продолжал вопить наёмник. – Он, падла, Днепра завалил. Я тебе, сталкерюга, кишки зубами вырву… Я тебе… – закончить вещать о всех способах расправы наёмник закончить не успел.

Роман почти наугад дал короткую очередь на голос. Все пули кроме одной, ушедшей рикошетом от ствола дерева, угодили в живот укрывшемуся горлопану и обещание по поводу вырванных кишок сбылось, только с точностью наоборот. Взвыв дурным, нечеловеческим голосом, наёмник согнувшись завалился в жухлую листву, стараясь скрюченными болью руками вернуть содержимое своего живота на прежнее место.