Стажировка у Хаоса

– Что касается того, чему вас будут учить, – начал Маркус, – на это довольно просто ответить. Вы начнете с истории искусств и древних цивилизаций – причем, это будут самые лучшие книги, которые есть по этой теме. Культуру и традиции разных стран, альтернативные науки – алхимию и эзотерику. Потом историю разных тайных обществ – Орден тамплиеров, иллюминаты, масоны.

– Тайные, оккультные общества? – переспросила я, вспоминая, что об этом же говорил Агриппа.

– Да‑да, вы всё правильно услышали, – подтвердил Фабио. – Это будут и разные магические ритуалы и учения – все, что было, начиная от обрядов шумеров и в Древнем Египте, майя и атцеков. И, конечно, альтернативные науки, как сказал Маркус.

Голова у меня пошла кругом. Неужели этому же учат в школах магии?

– Хорошо‑хорошо, – сказала я, – насчет учебы я более‑менее поняла. А чем занимаются Смотрители? София сказала, что они – то есть, мы, – поправила я себя – ищут артефакты. В моём понимании поиск артефактов это то, что я видела когда‑то в фильмах про Индиану Джонса, Лару Крофт и Библиотекаря. В этих фильмах поиск магических артефактов всегда связан с происками врагов, перестрелками и погонями, предательством и разными обрядами.

На лицах моих собеседников появилось недоумение. Вероятно, они не понимали, о чем я говорю.

– Полина, а кто такие эти Индиана Джонс и прочие? – поинтересовался Фабио. – Это какие‑то герои вашего времени?

– О, боги! Ну, конечно! – я посмотрела на Фабио, ругая себя, что мне это раньше не пришло в голову. – Вы когда‑нибудь смотрели фильмы? Ведь кино появилось уже больше ста лет назад. Неужели вы ни разу не видели фильмов? Никто из вас?

Я с надеждой смотрела на своих собратьев и на одном из лиц заметила смущение. Однако, все они отрицали свою осведомленность о кинематографе.

– Досадно, что вы не знаете, что такое кино, – с сожалением сказала я, – ведь это тоже искусство. Если в самом упрощенном виде, то кино – это движущиеся картинки, как черно‑белые, так и цветные. Как и картины художников, фильмы бывают на самые разнообразные сюжеты – драмы, трагедии, комедии, триллеры, мелодрамы, детективы. Есть настоящие шедевры! И все это так интересно! – Я увлеклась и жестикулировала, изображая то, о чем говорила, позабыв про артефакты. – Но не будем об этом, – я остановилась, на лицах Смотрителей был только вежливый интерес. – Расскажите, хотя бы в общих чертах, как Смотрители ищут артефакты. С чего всё начинается?

Смотрители переглянулись, и снова заговорил Маркус.

– Поиск артефактов всегда начинается с книг, или с поиска каких‑либо документов, в которых были упомянуты артефакты, – пояснил он. – В Библиотеке Ордена десятки тысяч книг, а есть ещё и другие библиотеки. Артефактами интересуются многие, в том числе и тайные общества.

– Это я уже поняла из фильмов, – вздохнула я. – Значит, и в реальном поиске также?

Маркус пожал плечами, оставив вопрос без ответа.

– Хорошо. Ещё вопрос – Смотрители корпорации и Стигийского совета разыскивают одни и те же артефакты? Если нет, в чем соперничество между ними?

– Мы все разыскиваем одни и те же артефакты, – вступил в беседу Фабио. – Каждый разрабатывает свой маршрут поиска и тот, кто находит артефакт, приносит славу – и не только – своей корпорации или совету. Артефакты можно использовать как во благо, так и наоборот.

– В общих чертах я поняла про поиск артефактов, – сморщив нос, сказала я. – Но это всё равно не объясняет, почему их надо искать. Для чего они? Почему так важны? Ведь всем этим артефактам больше сотен, а то и тысяч лет. Почему не оставить их в покое и забыть про них?

Ответом на мои слова было молчание. Будущие коллеги смотрели на меня как на неведомое существо, которое по какой‑то странной случайности оказалось здесь и говорит глупости.

– Что я такого сказала?

– Неужели вы совсем не осознаете ценности и важности артефактов? – прервал молчание Маркус. Он с осуждением смотрел на меня, в голосе звучали нотки гнева. – Неважно, сколько им лет… Хоть десять тысяч! Все артефакты обладают магией, несут в себе тайные древние знания, которые неизвестны людям. И если хоть один артефакт попадет не в те руки, то…

Маркус прервал себя на полуслове, не считая более необходимым объяснять еще что‑либо.

– Именно поэтому вы будете заниматься изучением истории, культуры, литературы, тайных обществ, – пояснила Салли, – чтобы не задавать таких вопросов.

Я вспыхнула, отвела глаза. На сегодня с меня хватит, но оставался еще один вопрос.

–Спасибо, для начала мне что‑то стало понятно. Последний вопрос – как вы находите дорогу в Замке, который все время меняется? Указателей тут нет, навигаторов тоже. Электроника не работает.

Смотрители снова переглянулись, будто не зная, что ответить. Салли, запинаясь, и не глядя на меня, пробормотала, что со временем я научусь ориентироваться в коридорах Замка. До меня дошло, что это еще одна тайна, пока недоступная. Фабио достал из кармана цепочку с часами‑луковицей, похожую на те, что я видела у Агриппы.

– Старинные часы, под стать замку. Который час? – Я устало улыбнулась и потянулась за рюкзаком.

– Почти половина десятого, – открыв крышку, ответил Фабио.

– Спасибо вам всем. Уже поздно, и мне пора. Пока доберусь до своей комнаты…

– Я вас провожу, – сказал Маркус, выбираясь из‑за стола. – Моя комната по пути к вам.

– Спасибо, Маркус, очень любезно с вашей стороны, – церемонно ответила я и поднялась по ступенькам, ожидая своего провожатого. – Спасибо вам за гостеприимство, это был незабываемый вечер.

– До свидания, Полина, увидимся на завтраке, – ответила Марлен, она стояла рядом с Рене, держа его под руку.

Кивнув всем на прощание, я вышла из комнаты, и Маркус аккуратно закрыл тяжелую дверь.

Мы шли по коридорам, которые освещались только светом факелов. За окнами Замка сгущались сумерки. Я думала о встрече, о своих впечатлениях от общения с коллегами Смотрителями. Потом кое‑что вспомнила.

– Маркус, – окликнула я своего спутника, – можно задать вам вопрос?

– Спрашивайте.

– Когда мы говорили про кинофильмы, все ответили, что не знают, что это такое. Однако… – я запнулась, думая, как бы деликатнее спросить Маркуса. – Однако мне кажется, что вам известно, что такое кинематограф.

Маркус бросил в мою сторону взгляд, в котором что‑то промелькнуло. Какое‑то время мы молчали, я не решалась давить на своего провожатого. Через открытую галерею было видно, как солнце садилось прямо в воду. Небо окрасилось в розовато‑багряные тона, раскаленный солнечный диск подсвечивал облака, воду и все вокруг. Картина была неописуемой красоты.

– Можем остановиться на несколько минут? Давно я не видела, как солнце купается в воде.

Я облокотилась на перила и, забыв обо всем, любовалась багряным закатом. Маркус, примерно в метре от меня, прислонился к столбу и тоже смотрел на озеро.

– Вы правы, – неожиданно заговорил Маркус, не глядя на меня. – Я знаю, что такое кинематограф, и я видел фильмы. Не так много, но…