Темные боги. Жатва

– Э… много, господин маг. Двадцать золотых или тридцать даже.

По лицу мужика было понятно, что столь бессистемные расспросы вызывают у него все большее недоумение, но я придерживался вполне определенной цели – старался обкатать только что полученные знания, максимально расширить словарный запас и выявить имеющиеся пробелы. На первый взгляд, ничего подобного уже не требовалось, но упускать предоставившуюся возможность было бы глупо.

– До города ближайшего отсюда далеко?

– Три дня пешком. Но лучше с караваном ехать. Они часто места продают.

– У вас тут шлюхи есть?

– Нет, – уверенно мотнул головой собеседник. – Но если рыжей Сали по хозяйству помочь и деньжат подкинуть, то не откажет.

– Ну да, эталон добродетели… в армию лучники хорошие нужны, не знаешь?

– Не знаю, господин.

Беседа продолжалась еще минут двадцать, но затем я сообразил, что больше ничего ничего толкового не узнаю и поднялся со своего места.

– Хорошо. У тебя деньги есть?

– Все отдам, – мгновенно кивнул почувствовавший угрозу стражник. – Все отдам, только не убивайте.

– Показывай, где.

Думаю, если бы я отпустил пленника хотя бы на пару метров, тот обязательно попытался бы закричать или сбежать через находившуюся совсем рядом дверь, но я держался к нему вплотную и тем самым напрочь перекрывал эти возможности. В данной ситуации любой способный к анализу человек прямо‑таки обязан был на меня напасть – единственной альтернативой этому являлась роль покорно идущей на живодерню овцы.

– Не убивайте, господин маг, – повторил мужик, копаясь в сваленных за печкой деревяшках. – Я никому ничего не скажу.

– Разумеется, не скажешь. Деньги гони.

– Сейчас, господин маг, вот они…

Мгновение спустя мне в лицо полетел маленький тряпичный мешочек, а решивший дать свой последний бой воин ловко отбил в сторону прижатый к боку нож и облапил меня ручищами, пытаясь сбить с ног. Сопротивляться я не стал – выпущенная на свободу аура дотянулась до жертвы, раздался короткий булькающий вопль и ночное приключение подошло к своему логическому завершению.

– Извини, приятель, такова жизнь. Ваши тоже никого не щадили.

В мешочке обнаружилось пять увесистых серебряных монет и горстка меди. Я на всякий случай быстро осмотрел комнату, добавил к уже имеющимся трофеям колечко засохшей колбасы и внушительный кусок черствого хлеба, после чего выскользнул наружу.

Никто ничего не заметил – окутанная тьмой деревня казалась вымершей, продолжавший моросить дождь скрадывал все посторонние звуки, а собаки предпочитали спать в своих будках, никак не реагируя на происходящее. Убедившись, что непосредственная угроза отсутствует, я аккуратно прикрыл за собой дверь, а потом направился к выходу из деревни.

Чтобы разобраться в случившемся, обитатели поселка должны были проявить изрядную сообразительность – на убитом стражнике отсутствовали видимые повреждения, так что смерть от какого‑нибудь сердечного приступа выглядела гораздо более вероятной, чем гибель от рук пробравшегося через линию фронта врага, а устраивать погоню, не имея на то никаких серьезных оснований, лично я бы не стал. Вдобавок, сам труп еще следовало найти – до этого момента по самым скромным оценкам оставалось не меньше семи‑восьми часов. Одним словом, я был со всех сторон прикрыт от неприятностей и мог попасться только благодаря собственной глупости.

– Но тупить‑то мы не станем…

Несмотря на соблазн прямо сейчас двинуться по ведущему на юг тракту, я дисциплинированно свернул на бездорожье, добрых тридцать минут пробирался между холмами, а потом сделал несколько петель и остановился рядом с маленьким ручейком, весело журчавшим среди обросших мхом камней. Подготовительный этап моего рейда успешно завершился – язык был выучен, первая имперская душа отправилась на свидание с богиней, тревога так и не поднялась, а дождь продолжал усиливаться, мало‑помалу стирая оставленные мною следы.

Все шло даже слишком хорошо.

 

Глава 4

 

В течение следующих двух дней мне встретились еще три маленькие деревушки, каждую из которых я старательно обошел стороной. У меня не было ни малейшего понятия о том, до чего додумались соседи убитого стражника, риск в данной ситуации никак себя не оправдывал, так что моей следующей целью являлся любой мало‑мальски крупный населенный пункт с перекрестком. Именно благодаря перекрестку я мог зайти в город с правильной стороны, именно перекресток обеспечивал нужное количество путешественников, именно рядом с перекрестком обычно задерживались торговые караваны. Минусы у выбранной стратегии оставались вполне знакомыми и привычными – у меня снова закончилась еда, а холодные ночевки под открытым небом не прибавляли уставшему организму ни капли здоровья.

Возле третьей встреченной мною деревни были разбиты достаточно большие поля, на которых росло что‑то вроде обычной земной картошки. Это обстоятельство вкупе с усиливающимся голодом заставило меня провести целый час в поисках решения для безнаказанного изъятия ненужной крестьянам пищи, но в конце концов от этой идеи все равно пришлось отказаться – местные жители не собирались делиться провиантом, по дальнему краю поля бродил сторож, а рядом с ним вились две собаки, наличие которых ультимативно перечеркивало все мои планы.

В принципе, меня частично выручали попадавшиеся на пути ягоды, но их сбор требовал слишком много времени и я занимался этим походя, стараясь экономить силы для движения. Хорошо еще, что проблемы с доступом к воде напрочь отсутствовали – вокруг протекала чертова уйма микроскопических ручейков и речушек, поэтому жажда мне не грозила. К сожалению, на текущий момент это было единственным позитивным моментом среди бесконечной череды мелких и крупных неудобств.

– Что за жизнь…

Вечером того же дня я заметил на дороге маленький караван, но он двигался в северном направлении, так что каких‑то серьезных причин для контакта с уставшими путешественниками у меня не нашлось – вряд ли торговцы впечатлились бы моим внешним видом, покупка еды в таких условиях оставалась под вопросом, а вот риск словить пару стрел от излишне бдительных охранников присутствовал. Гораздо проще было немного подождать и все же найти подходящий город.