Ты сможешь

– Нет… – он покачал головой. – Просто… непривычно. Но твой природный цвет… васильковый… он тебе идет больше. Он… очень красивый.

– Пусть наедине с тобой у нее будут эти васильки, – весело хлопнула брата по плечу Асура. – А сегодня пусть будет так. Мне так спокойнее.

Велс лишь тяжело вздохнул, смирившись с неизбежным, и повел нас к дому. Магри, словно чувствуя его настроение, путалась у ног. Я видела, как он сдерживает раздражение, но молчит.

– Моя комната! Я бегу! – крикнула Асура и помчалась вперед.

Я остановилась и робко потянула Велса за рукав.

– Не сердись на нее. Она хотела как лучше. Ты же лучше знаешь, как отреагируют твои родители. Помоги мне смыть это, если ты считаешь, что врать неправильно. Но тогда… не стоит врать и о наших отношениях. Это ведь обман куда больший, чем цвет глаз.

– И что ты предлагаешь? – спросил он, глядя на меня все тем же неотрывным, изучающим взглядом.

– Сказать твоим родителям правду. Всю. О дарах. О том, что между нами ничего не было. Так будет честнее.

Велс задумался на мгновение, его лицо было серьезным.

– В общем… – начал он, но договорить не успел.

Со стороны ворот донесся низкий, мощный гул двигателя, за ним – щелчок открывающихся замков.

– Приехали родители, – прошептал Велс, и его пальцы сжали мою руку чуть крепче. – Доверься мне. Позволь мне решить, что и когда говорить. Пожалуйста.

 

 

7 глава. Родители

 

Я кивнула, сглотнув комок нервов, и мы направились к воротам. Ледяная полоса страха пробежала по спине, но я уговаривала себя держаться. Рука Велса в моей была твердой, теплой и удивительно надежной опорой, его пальцы слегка сжали мои, словно говоря: «Я с тобой».

У ворот, на фоне темного лакированного кузова машины, уже стояла группа людей. Велс отпустил мою руку, чтобы поприветствовать их, и я осталась стоять в нескольких шагах, чувствуя себя застенчивой школьницей на строгом экзамене. От смущения я опустила глаза, хотя именно сейчас мои новые, фиолетовые глаза могли бы стать моим лучшим пропуском в их мир. «Интересно, я сильно изменилась? Я даже в зеркало себя не видела…» – мелькнула мысль, но я тут же отогнала ее прочь. «Вдруг кто‑то из них тоже читает мысли?» Чтобы хоть как‑то отвлечься, я уставилась на ближайшую клумбу, притворяясь, что изучаю какой‑то редкий сорт цветов.

Велс обнял мужчину, который всем своим видом – окладистой седой бородой, румяными щеками и мощной статью – напоминал добродушного деда Мороза, лишь облаченного в строгий, дорогой камзол вместо красной шубы. Рядом стояла невысокая, полная женщина с умными, пронзительными глазами. Она ласково потрепала Велса по щеке, что‑то тихо и быстро говоря ему. Все взгляды – любопытные, оценивающие, изучающие – так или иначе скользили в мою сторону. Формальности приветствия закончились быстро, и вся группа двинулась ко мне.

– Знакомьтесь, – громко произнес Велс, снова беря меня за руку, будто чувствуя мое желание развернуться и бежать без оглядки. – Это моя жена, Ева. Я прошу вас принять ее в нашу семью, любить и уважать.

– Сынок, чтобы давать такие обещания, нужно сначала хорошо узнать человека, а не бросаться словами сгоряча, – мягко, но с явным укором заметила Сезана. Ее голос был низким и мелодичным, но в нем чувствовалась стальная воля.

– Мам, я верю, что вы быстро найдете общий язык, – Велс снова сжал мои пальцы, пытаясь передать мне свою уверенность. Я молчала, боясь, что мой голос выдаст мое смятение.

– Сын, а почему ты не пригласил кузена? Он очень расстроился, – вступил в разговор Клув. Его голос звучал глубоко и бархатисто, как далекий гром.

– Его наши семейные дела не должны волновать, – отрезал Велс. – Теперь он помощник Наместника Всевышнего, ему следует готовиться к служению, а не предаваться мирским заботам. После смерти жены у него только один путь – в Экояс. Может, судьба уготовила ему стать следующим Наместником, – в последних словах явно звучала едкая, горькая ирония, которую уловила не только я.

В этот момент из дома выпорхнула Асура. Она буквально влетела в объятия матери, затем расцеловала отца, звонко со всеми поздоровалась и заявила на всю округу:

– Пойдемте ужинать! Я просто умираю от голода, а из дома такие запахи идут, что слюнки текут! Лаурель, как всегда, превзошла саму себя!

С этими словами она весело подпрыгнула и быстрыми шагами направилась к дому.

– Ну и манеры! – с неодобрением покачала головой пожилая дама в темном платье, шедшая позади всех.

– Это вас и следует спросить о ее воспитании, – парировала Сезана, не оборачиваясь. – Ведь это вы ее нянчили, оберегали ее сон и никогда не наказывали, когда следовало бы.

– Не будем сейчас обсуждать семейные дела, – строгим, властным тоном оборвал их Клув.

Велс остановился у порога, давая гостям пройти вперед, все так же не отпуская мою руку. К нам подошел его брат, Тибал. Увидев мои глаза, он едва заметно удивленно приподнял бровь.

– Так вот в чем дело, – тихо проговорил он. – Я так и поверил, что ты не пригласил кузена только из‑за его «стремительной карьеры». От него еще пахло серой, когда он был мелким клерком.

– Наше мнение на его счет совпадает, – кивнул Велс. – И если Всевышний действительно допустит его до сана Наместника, я сильно усомнюсь в существовании справедливости.

Мы вошли в дом последними. В гостиной гости уже рассаживались по своим привычным, раз и навсегда закрепленным местам. Тот самый стул, на который Велс усадил меня в первый день, теперь занимала его мать. «Неужели он посадил меня на место хозяйки дома? Или я все неправильно поняла?» – я вопросительно посмотрела на Велса.

Он лишь улыбнулся в ответ, нежно поцеловал меня в щеку и прошептал: «Позже. Отвечу на все вопросы позже». Затем он подвел меня к столу и усадил рядом с Асурой. Я с облегчением выдохнула. Асура уже наложила себе полную тарелку и, не дожидаясь никого, с аппетитом уплетала еду. В моей семье так было принято, но здесь я стеснялась не только наложить себе еды, но и просто поднять глаза на собравшихся. В памяти снова всплыли унизительные сцены знакомства с родителями бывшего мужа, и старый, знакомый страх сжал горло. «Господи, за что мне все это?» – мысленно взмолилась я. Ответа, как всегда, не последовало.

Клув негромко, но властно постучал ножом о хрустальный бокал. В зале воцарилась тишина, даже Асура замерла с полным ртом. Отец семейства поднялся с своего места во главе стола.

– Моя семья, – начал он, поднимая бокал с золотистой жидкостью. – Сегодня мы решаем судьбу нашего старшего сына. Велс вырос. Мы с матерью, конечно, не ожидали такого… стремительного развития событий. Но что сделано, то сделано. Я верю, мы сможем принять нового человека в нашу семью. Ведь она уже одарила нашего сына великими дарами, – он перевел взгляд с Велса на меня, и в его глазах читалось недоумение, смешанное с уважением. – Надеюсь, с такими дарами ты сможешь дослужиться до вершин в Бурнаторе. За новую семью!