Убийца Королей

– Я могу принести, если вы того пожелаете.

– Не стоит, – тут же ответила она, улыбнувшись в ответ. – Благодарю.

Ее улыбка поразила его. Она была такой чистой и искренней, что Гаю на миг показалось, словно он простой парень, без какой‑либо ответственности на плечах, а эта миловидная красавица – обычная девушка, и сейчас вокруг них никого нет. Вот только этот миг, как и другие, был коротким.

– А без маски вы намного красивее, Ариэла, – сделал комплимент друг короля.

На щеках Дэни загорелся румянец. Ей было лестно услышать такое. Как и любой другой девушке от любого представителя мужского пола.

– Вы тоже, ваша светлость.

– Кажется, я обещал вам свидание, – припомнил Гай, скользя взглядом по ее лицу.

– Прогулку, – поправила она его, взяла еще один бокал шампанского и осушила его. – Уж простите, Гай Рэванс, но я на отборе ради его величества.

– Как и остальные, – согласился он, кивая. – Но прогулка все еще в силе.

Дэниэла понимала, возможно, он играл с ней. Но ей хотелось узнать его, ведь Рэванс был вторым человеком в королевстве после короля. А еще ее врагом, который мог помешать убийству правящего монарха. Его тоже стоило бы убрать из игры.

– Тогда я буду ждать нашей встречи.

– Как и я, – в ответ произнес молодой человек и на прощание оставил поцелуй на тыльной стороне ее ладони.

Дэни про себя отметила, что его губы были теплыми и нежными. В какой‑то момент ей даже захотелось перестать быть собой и просто жить, как обычные девушки. Но она являлась Королевой Убийц и Убийцей Королей в одном лице, а значит, не имела права на ошибку и простую жизнь.

Дэниэла Гивенс знала свой путь и судьбу, но ее будущее по‑прежнему оставалось неизвестным. Пока народ танцевал и веселился на балу, король Орфея не без труда смог вырваться из рук девиц и вернуться на свой трон. Ричарду нужен был перерыв от участниц и их разговоров.

Через несколько минут по его приказу к нему привели прорицателя.

– Вы звали, король Ричард? – спросил мужчина, кланяясь.

Ричард снова невольно стал рассматривать древние знаки и символы на голове прорицателя.

– Звал, – не стал отрицать он.

Весь этот обмен любезностями был лишь формальностью, но так требовал этикет. А они вдвоем выросли во дворце, потому следовали ему.

– Видения больше не посещали тебя?

– Нет, ваше величество. Как уже говорил, я больше ничем помочь не могу.

– Я обещал освободить тебя, – напомнил Ричард, поправляя корону. – И сдержу свое слово, только если ты до конца расскажешь мне мое личное предсказание.

– Я не могу, – вновь попытался прорицатель донести свои слова до короля. – Я не контролирую свой дар. Прорицать – это не так легко, как кажется. И есть прорицатели гораздо сильнее меня.

– И все же, – продолжил гнуть свое молодой монарх. – Твоя свобода напрямую зависит от твоего предсказания.

Прорицатель печально взглянул на Ричарда, а затем достал небольшой шар из кармана. Это был рубин. Протянув его королю, он сказал:

– Возьмите и посмотрите. Что вы видите?

Взяв шар в руки, Ричард выполнил просьбу прорицателя. Только он хотел посмотреть на рубин поближе, как тот стал жечь ему руки. Правитель Орфея выронил драгоценный камень из рук, и тот разлетелся на осколки по паркету, напоминая зерна граната или капли крови. Прорицатель поднял взгляд на короля:

– Судьба не хочет, чтобы вы знали свое будущее. Только что было предупреждение для вас. Вы должны перестать искать и убивать невинных прорицателей, Вестников Судьбы, и начать искать ту, которую уже нарекли Белой Демонессой.

– Довольно! – зло оборвал его Ричард, вставая на ноги.

На его лице заиграли желваки. Молодой правитель Орфея знал, в словах прорицателя что‑то есть, но ему очень не нравилось то, что многие знали о его смерти и, возможно, даже видели ее. А он – нет. Ни о своей смерти, ни о девушке. С каждым днем вопросов становилось только больше.

– Вы должны перестать оставлять трупы возле своего трона, – продолжил Вестник Смерти гнуть свое, желая донести до короля главную мысль.

Как бы мужчина ни относился к правителю, ему было жалко его. Тот был обречен с самого рождения. Ричард сжал кулаки. Он не собирался мириться с судьбой, а планировал жить долго и счастливо.

– Вы бежите навстречу смерти, – чуть тише произнес прорицатель. – Она намного ближе, чем вы думаете. Но вы, как и ваши приближенные, не видите очевидного, ваше величество. А значит, мой ответ тот же – вам не дожить до следующего дня рождения.

Ричард злобно смотрел на человека, который с рождения был Вестником Смерти и пленником дворца. Ему хотелось кричать, но здесь были гости.

– Я отпускаю тебя, – на выдохе сказал молодой король. – Ты свободен.

Было видно, что прорицатель сначала не поверил ему. Однако взгляд синих глаз все подтвердил. Ричард действительно отпускал его.

– Не забывайте о моем подарке, ваше величество, – прорицатель кивнул на кольцо с аметистом. – Оно поможет найти ту, что желает вам смерти.

Это были последние слова мужчины. Прорицатель ненавидел эти стены, как и годы, проведенные здесь, поэтому не стал долго задерживаться в бальном зале и навсегда покинул дворец Орфея.

Бал в честь отбора продолжался. Все девушки желали поговорить с королем и потанцевать, однако Ричард сразу заметил, что Ариэла Андерсен единственная, кто не пытался добиться его внимания. Очередной раз танцуя в центре зала, он взглядом искал ту, чьи волосы напоминали ему жидкое золото.

Оркестр играл без перерыва. Официанты разносили закуски и напитки, а глава стражи и лучший друг короля, Гай Рэванс, в это время стоял возле королевского трона рядом с королевой Лиреттой и наблюдал за гостями со стороны.

– Как тебе праздник, милый Гай? – неожиданно спросила женщина, отдыхая после танца с одним из советников короля.

– Все прекрасно, ваше величество, – улыбнулся он. Мать Ричарда всегда хорошо относилась к нему. – А вам нравится?

– Конечно, бывали и лучше балы, но этот тоже неплох. Мой Ричи сегодня нарасхват, – засмеялась королева‑мать, наблюдая, как теперь с ее сыном танцевала другая участница отбора. – Бедный мальчик.

Гай тоже взглядом нашел друга. И усмехнулся, наблюдая за тем, как молодого короля пожирали и раздевали глазами участницы.

– Он всегда купался в женском внимании. Поверьте, ваше величество, Ричард тот еще сердцеед.