Узоры на полотне

– … не заметить этого там, – договорил за неё Леонид. – В этом‑то и проблема, – он нахмурился. – Только я начал думать о том, какие способности у меня открываются и что нам осталось не так много ехать – мы сразу чуть не погибли. Это чудо, что мы смогли вырваться живыми…

– Это чудо сделал ты, – сказала Эсте, но почему‑то Леонид только скривился на её слова.

– Я как‑то действительно упустил из виду хорит, со всеми последними событиями. А ведь остался ещё один брат, который тоже охотиться за мной. Какую иллюзию сможет создать он? В кого превратиться? Что изобразить? Эобару, до которой мы «добрались»? Мой родной мир?

Эсте, внезапно для себя протянула руки к Леониду и взяла его за голову. Посмотрев ему в глаза, она сказала:

– Пожалуйста, не давай этим мыслям тебе сожрать. Мы – спаслись. Мы – преодолели эту иллюзию. Мы – в Хальме. Всё – хорошо.

Ты‑то сама веришь в то, что ты говоришь? – мелькнуло у неё в голове, но девушка дала этим мыслям пойти дальше.

– Леонид, всё хорошо! – продолжила она. – Мы выжили. Мы едем дальше.

– Мы – очень грязные, – внезапно улыбнулся Леонид. Морщины на его лице разгладились: – Крик наконец‑то закончился! Осталось только, – он поморщился, – эта слизь на нас. Теперь нам предстоит главный выбор путешествия! У нас осталось всего литров шесть воды. Мы можем мучиться от жажды или от грязи? Миледи, что вы предпочитаете? И кстати, – Леонид переключился с шутливого тона на обычный, – как ты себя чувствуешь? Как голова? Ничего не сломано? Тебя нехило приложило.

Эсте поднесла руку к затылку и принялась аккуратно ощупывать череп, каждый раз содрогаясь, когда её пальцы касались полузасохших масс на голове.

– Нет, вроде всё хорошо. Небольшая шишка, не более того. Спасибо.

–У тебя вполне может быть сотрясение, – Леонид беспокойно посмотрел на девушку, одновременно туша сигарету в песке. – По‑хорошему тебе надо лежать и…

–Ты же сам знаешь, что у нас нет такой возможности. Мы должны ехать дальше. И не забывай – мои зачаточные магические способности дают мне возможность восстанавливать силы быстрее обычного человека.

– Здорово. Но в любом случае за руль я тебя пока не пущу! – шутливо пригрозил девушке пальцем Леонид.

Эсте слабо улыбнулась. Её очень порадовало, то, как быстро её спутник «восстановился» и пришёл в обычное шутливое расположение духа, однако, в глазах Леонида она видела всё тоже, что и несколько минут назад – страх, неуверенность и ещё что‑то непонятное… Да и в том, как он переключался то на шутки. то на серьезный тон, было что‑то неправильное, наигранное…

Она обернулась по сторонам и сразу же заметила некий объект, пропущенный ими ранее.

– Смотри, вот там! Смотри!

– Что? – Леонид поднялся на ноги.

Несколько секунд они молча смотрели вперёд.

– Мы же с тобой говорили о том, что Хальм разумен и подстраивается под каждого ткача? – спросила Эсте.

Леонид почему‑то на этих словах поморщился и потёр рубец, выглядывающий из выреза футболки.

– Главное, чтобы это было не…

– Это не галлюцинация и не ловушка, – не дала договорить Леониду Эсте. – Мне кажется, это действительно маленький подарок от Хальма.

– Не такой уж и маленький, – улыбнулся Леонид. – Метров тридцать в ширину.

Внезапно он сорвался с места:

– Чур я первый! – крикнул он. – Попробуй, догони!

Эсте рассмеялась и побежала за ним – туда, где в тени одинокой скалы, лениво следуя порывам слабого ветерка, колебались несколько пальм, а за ними блестела в лучах солнца водная гладь.

 

Охваченный каким‑то внезапным приступом веселья – здорового, правильного, ничего общего не имеющего с наведённым мороком хориты, Леонид мчался вперёд, а Эсте бежала следом.

Это действительно был самый настоящий оазис или же, во всяком случае то, что могло называться оазисом в представлении Леонида, никогда в жизни не бывавшего нигде южнее Оренбурга.

Четыре скособоченные хилые пальмы (или же деревья Междумирья, практически идентичные обычным земным пальмам… какая разница‑то!), несколько сухих, колючих кустарников (Леонид понадеялся, что из них получится хоть какое‑то топливо для костра), да поросль жёсткой жёлтоватой травы обрамляли малюсенький водоём, больше похожих на заброшенный карьер.

Вода в озерке была тёплая и отдавала чем‑то тухлым. Глубина – не больше метра. Пожарный водоём в садоводстве и то порой бывает интереснее.

Однако – это была вода, настоящая, и даже практически не несущая на себе тот постоянный налёт искусственности, характерный для Хальма.

А собственно, ничего больше ни Леониду, ни Эсте в данный момент не требовалось.

Девушка отстала всего на несколько метров. Не успел Леонид с победным дурашливым криком влететь в воду, как она последовала за ним следом, хлопнула с неженской силой по плечу. Ноги заскользили в тягучей глине и они оба полетели в воду, поднимая кучу брызг…

А дальше произошло то, что никак не могло не произойти с учётом всех обстоятельств, особенно с учётом тех искр, что нет‑нет, но мелькали в глазах Эсте при взгляде на Леонида. Леонид же понял всё для себя уже давным‑давно – в Питере во время сна‑видения и, окончательно, чуть позже – на разбитом и заброшенном Великом Тракте.

 

3.От воды слабо тянуло водорослями и внезапно солью. Эсте спала в лагере, разбитом в шагах в двадцати от озера, Леонид курил, сидя на берегу.

С большим трудом он заставил себя отвернуться от девушки, завернувшейся в спальник, такой беззащитной, такой и близкой… и заставить себя убрать с губ глупую улыбку.

Настало время подумать о куда более неприятных вещах – точнее о том, что произошло на «заправочной станции».

Он потрогал рубец на шее. Ничего. Чуть более холодный, чем прилегающая к нему кожа, след от ожога. Ни тепла, ни боли, ни язвительного голоса. Ни, тем более, чужой силы, с лёгкостью овладевающей его телом.

– Что это было? – тихо, чтобы ни в коем случае не разбудить девушку, спросил Леонид, обращаясь не то к рубцу, не то к стоячей воде перед собой, не то к Хальму. – Что ты сделал со мной и главное как?

Никто не ответил. Леонид вздохнул и затянулся сигаретой.

– Наверное, я должен сказать тебе спасибо, – продолжил он спустя минуту. – Но, знаешь мне… – он замялся, пытаясь подобрать слова.

Знаешь – мне ужасно не понравилось, точнее меня до чёртиков напугало, то, что ты на какое‑то время захватил моё тело, – договорил он про себя. Что же это значит? Ты всегда где‑то рядом?! Следишь за мной? – взгляд Леонида метнулся в сторону лагеря. Он почувствовал, что краснеет. – Шпионишь?!

Что‑то булькнуло. Леонид вздрогнул, но оказалось, что это просто порыв ветра бросил в воду сухую ветку.