Велесова книга

Первая пара не началась, а скука и утомление взяли верх над настроением.

– Это чай, – показал пальцем студент на стакан, – а это татушка. Ща, ща, – он суетливо поставил напиток на преподавательский стол и щелкнул по лбу.

Пятно медленно посветлело, сравнялось с цветом кожи лица. Потом застыло на секунду, продолжило белеть и превратилось в картинку черепной кости. Иван вздернул брови. Что‑то новенькое.

– Круто? Да? Круто же! – растянулся парень в довольной улыбке.

Слишком уж дружеской для общения с преподавателем. Иван закатил глаза и вздохнул:

– Не уверен, что это изменит к лучшему содержимое, но круто.

«А у нас всё, как всегда: за бедою приходит беда» – вспомнил он строчку из стихотворения. Сначала дети наряжаются словно попугаи, ведут себя как цветные танцующие пауки в брачный период. Потом делают светодиодные татуировки. А через двадцать лет обвиняют весь мир в своих проблемах. И никак это не отрегулировать. Только в школах можно диктовать дресс‑код. А в университете по мнению правительства учатся «взрослые люди, которые полностью отдают отчет своим действиям».

Говорят, предъявлять требования к их внешнему виду, значит не уважать их жизненную позицию, нарушать личные границы.

Говорят, для здоровой психики, всем нужно самовыражаться.

Говорят, отнимать такую возможность равноценно убийству человека.

И еще много чего говорят.

«Эпоха лишних слов» – подумал Иван и окинул взглядом аудиторию. Почти все собрались, можно начинать перекличку. В два разворота рабочий смартфон превратился в планшет. Логин. Запуск приложения. На большом настенном экране‑доске отобразился список с фамилиями.

– Алькунов, – холодно диктовал электронный мужской голос.

– Тут, – имя студента сменило цвет с серого на зеленый.

– Беркун.

– Есть.

– Вязева.

– Да!

– Васильев.

– Присутствует, – ответили с задних парт, но имя замигало красным.

– Бесполезно, Кудров, – преподаватель неодобрительно помотал головой.

– А вдруг багулина и прокатило бы! – задорно рассмеялся студент в ответ.

– Нейросеть не обманешь, – такое наивное простодушие вызвало у Ивана теплую отеческую улыбку.

Дверь в аудиторию резким рывком распахнулась – появились опоздавшие. Две девушки и парень разом закричали «Здесь!». Перекличка уже дошла до буквы «П». Одной из них повезло, рядом с именами других появились оранжевые восклицательные знаки. Опоздавшие. Список закончился, данные синхронизировались и запустился тест на десяток вопросов.

Перед каждой лекцией и студенты, и преподаватель обязаны указать своё настроение, физическое состояние, отношение к окружению, благоприятность обстановки. Эпоха лишних слов, действий и чрезмерного внимания к ненужным деталям. Кроме системы должна быть еще культура отвечать правду. Но это мало кого волнует. Данные соберут, проанализируют и если кто‑то недостаточно счастлив долгое время, примут меры. Которые, конечно, ничего не изменят.

– Ну, начнем, – наконец‑то приступил к лекции Иван и вывел на доску задачу нахождения максимального элемента массива среди n элементов.

 

Мелодичный голос громкоговорителя прошелестел «Лекция окончена, следующая пара практическое занятие по теории основ электроцепей в двести второй аудитории третьего корпуса». Студенты медленно засобирались и двинулись к выходу. Иван провожал их взглядом и, прощаясь, кивал. Из рабочего телефона резко, так, что ёкнуло сердце, раздался голос ректора.

«Черт побери, хоть бы пиликал сначала» – фыркнул Иван.

– Иван Валерьевич, поздравляю! – торжественно объявил голос, – Ваша кандидатура одобрена! Жду вас в конце дня, подготовим документы.

– Куда одобрена? Какие документы? – не понял преподаватель и уставился на телефон.

Пренебрежительная тишина. Ну да. Голосовое ко времени. Живые диалоги нынче не в тренде. Чем больше мыслей и догадок роилось в черепной коробке, тем больше хмурились брови. Иван встал, уперся руками в стол. «Снова решаете за меня? – злился он на ректора, – Что на этот раз? Очередной акселератор? Курсы для детсада по программированию? Майнинг рускоина?».

Из коридора доносились отголоски оживленных рассуждений студентов о светодиодных татуировках и новых местах тусовок. Наверняка скоро появится нечто вроде общества защиты бактерий, живущих в человеческом организме, от излучений мигающих светодиодов. С лозунгами вроде «У микробов тоже есть права! Спасем микрофлору – спасем будущее!». Иван усмехнулся этим мыслям и немного расслабился. Может, обучать молодых бизнесменов тому, как грамотно отстроить IT‑инфраструктуру в будущей, еще не родившейся компании, не так уж плохо. Только не по выходным. И не по вечерам. И не перед парами. Личное время должно быть неприкосновенным. Мама ждет помощи с ремонтом. Это важнее, чем любые универские дела.

Попытка позвонить ректору и всё выяснить, оказалась безуспешной. Голосовое тоже не проходило. Ладно. Тогда немедля пойти разобраться, как раз окно между парами.

«Блин» – вспомнил Иван и хлопнул ладонью по столу. Обещал же пообедать с Юлей, уже небось ждёт, пока он тут размышляет. Он засуетился, сгреб все устройства, забросил в сумку. «Один час, один, черт побери, час в неделю совпадают окна, – мысленно ворчал он на систему, – и ведь не предупредишь её никак если задержишься или не придешь». Отношения между преподавателями не одобряются руководством. Рабочие разговоры прослушиваются, анализируются искусственным интеллектом. Вот она, однобокая свобода – выбираем меньшинство и массово отстаиваем их интересы, а остальных ущемляем. Сейчас правила диктуют одинокие карьеристы. Они считают, что семья и продолжение рода необязательны, а отношения, о которых знают другие – это навязывание своей жизненной позиции окружающим.

Иван закрыл аудиторию и помчался к Юле. «На пару минут к ней и сразу к ректору» – решил он.

 

Изящное трёхэтажное здание буфета в жёлто‑зеленых тонах, словно царская крепость, расположилось в центре студенческого городка. Вдоль окон торжественно красовались горшки с автополивом. Вьющиеся растения оплетали натянутые от крыши до пола веревки, вились яркими змейками. Сладкий аромат цветов кружил голову, расслаблял.

Не успел Иван дойти до входной двери, как из неё выпорхнула Юля. Она метнула строгий преподавательский взгляд вправо, влево: убедилась, что в зоне видимости нет студентов.

– Пойдем праздновать победу! – Юля с тёплой улыбкой схватила Ивана за руку и потянула внутрь.