Всего лишь Вир. Начало пути

Дверь паба распахнулась, и в зале воцарилась тишина. Сначала я подумала, что стражники решили под конец обхода промочить горло, но увидев вытянувшееся лицо мага и обернувшись через плечо, увидела, что в паб зашла вовсе не хранители закона. Стража носила лёгкую броню и мечи самой простой ковки. Эти двое были совсем не похожи на деревенских стражников. В паб они зашли при оружии, мечи даже на вид были опасные. Длинные темно‑серые плащи частично скрывали под собой странного, слишком светлого оттенка, латы. На спинах красовалась круглая нашивка, такую я раньше не видела. На ней были изображены два огненных меча крест на крест. Когда мужчины сели за барную стойку, местных как ветром сдуло, при приближении рыцарей, хозяин робко поинтересовался, что подать господам.

– Неси чего пожрать, да чего повкуснее и посытнее. – хрипло начал первый стражник. Мужчина лет 45‑50, он потер усы и добавил. – В двойном объёме.

– И выпить. – грозно пискнул второй, ему, на вид, не было и 30. У него были каштановые волосы до плеч и шрам, пересекающий бровь и глаз вертикально.

Усатый снисходительно посмотрел на приятеля, мол мал ты ещё из себя грозу трактирщиков строить.

Хозяин сдавленно кивнул. Ему в спину прилетело от длинноволосого.

– Побыстрее там.

Гомон постепенно возвращался, видя, что рыцари не настроены разгонять, а чего ещё – резать, местную пьянь, посетители возвращались к застольным беседам, сначала вздрагивая, чуть повысив голос, а потом, кода поняли, что грозные мужчины не обращают на них внимание, расслабились.

– Не нравится мне это. – в пол голоса пожаловалась я магу.

– Брось, мимо проезжали, наверное, а это лучший паб на всю округу.

Трактирщик сам принёс рыцарям заказ. Усатый скептически поковырял в тарелке ложкой.

– Пойдёт. – заключил он. – А нарезки, где, я не понял?

– Сейчас будут. – хозяин паба быстро скрылся за дверью.

Я помотала пустым кувшином у лица, намекая Гордону, что ждут только его.

– Идём, идём.

Мы расплатились и ушли. Столик заняли, ещё за нами не успела закрыться дверь. После духоты паба уличная прохлада была пьянящей, точнее отрезвляющей. Мне резко захотелось пройтись, подумать о своём. На коня залазить я не стала.

– Я хочу пройтись. Одна.

– Точно? Ты много выпила, давай я провожу.

– Не надо. Хочу сойтись с мыслями.

Парень посмотрел на меня с явным неодобрением, но я была непреклонна.

– Ладно, только осторожно, хорошо?

– У меня с собой меч. – я пожала плечами.

– Айр, он тренировочный и ты им пользоваться не умеешь. – парень посмотрел на меня с тревогой.

– Воров отпугнёт само его наличие, а в темноте не видно тренировочный он или нет. И я маг, не забывай. На крайний случай голыми руками уложу. – я пошла вперёд, обрывая спор.

– Осторожнее, я тебя прошу. – услышала я за спиной.

Обернулась, с улыбкой кивнула.

Быстро темнело, под ногами чавкало, в лицо дул прохладный ветерок. Тати недовольно всхрапывала, желая скорее оказаться дома. Но седлать так рвущеюся домой Тати не стала. Бедняжка смирилась и шла, понурив голову. Деревня осталась позади, передо мной расстелилась дорога, пересекающая поле. На горизонте темной полосой виднелся лес. Едва различимо, на гране миража. Небо осыпало звездами, луна повисла у самого горизонта. Рыцари в деревне меня здорово напрягали, что значит «проездом тут»? Откуда‑то же они едут, а и в таком случае куда. Почему вдвоём, а не группой. Я бы предположила, что это наёмники, но слишком уже хорошие у них обмундирование, да и одинаковое к тому же. «Огненные мечи… Нужно будет в папиных книгах покопаться, наверняка там что‑то про это есть. – думала я, не следя за дорогой.». Мне резко захотелось лечь в высокую траву и смотреть на звёзды. Хмель в моём организме активно поддержал эту идею. Я наскоро стреножила Тати. Трава была мокрая, я почувствовала это даже через одежду. Сразу стало зябко, я поёжилась, но вставать не стала. Небо завораживало. Не знаю сколько прошло времени, прежде чем в конец раздосадованная лошадь начала недовольно фыркать и всхрапывать.

– Да ладно, ладно, встаю я. – тем более, что я окончательно замёрзла. – Сейчас идём.

– Что, разговариваешь с лошадью? Больше не с кем, да? – насмешливый знакомый голос развеял блаженную тишину.

– Лорен? – поднимаясь на локти я посмотрела в сторону говорившегося. Я так удивилась его присутствию, что пропустила издёвку мимо ушей.

– О, какая честь! Полукровка запомнила моё имя. – эльф едко расхохотался.

Вся романтика безоблачной ночи бесследно рассеялась. Я молча поднялась, накинула куртку и повела Тати к дороге. Разговаривать с эльфом и портить и без того поганое настроение совершенно не хотелось.

– С горя так сильно напилась, что ноги не держат? Или, наоборот, возгордилась тем, что тебе сегодня не досталось? Хоть один день спокойным должен быть, не спорю. Но столько пить… – Лорен издевался. Он сам был изрядно пьян, я почувствовала запах алкоголя, когда он подошел ближе. – А дружок твой где? Маг недоучка. Бросил тебя?

– Слушай, что тебе от меня нужно? – не выдержала я.

Луна, нарастающая, почти полная, уже успела подняться над горизонтом. В её лучах я отчетливо видела лицо эльфа. На несколько секунд он задумался, потом скривился и высокомерно проговорил:

– Абсолютно ничего. – и ускорив шаг пошёл вперед.

– Эй, – окликнула я. – тебе далеко?

– А тебе что за дело?

– Ты без лошади. – я тоже ускорила шаг, поравнялась с эльфом.

– Только не говори, что хочешь предложить свои услуги.

– Не услуги, а помощь. – Я поморщилась, но всё же продолжила. – Нам в одну сторону.

– Нам? С тобой? Нет, метис, у нас разные пути. Иди своей дорогой и не путайся под ногами! – резко, с раздражением бросил Лорен.

Уговаривать его в мои планы не входило. Я вскочила на лошадь и пустила её галопом. Обрадованная животина не поверила своему счастью, и от переизбытка эмоций чуть не сбросила меня с седла, но я и вида не подала. Услышав за спиной ругательства, я обернулась через плечо. Лорен стоял заляпанный грязью и бранился. Тати вспахала грязь и окатила эльфа. Мне бы стоило возликовать или хотя бы позлорадствовать, но никакой радости мне это не принесло. Но и останавливаться, рассыпаясь в извинениях, я тоже не стала. Отвернулась и продолжила путь. Даже осаживать излишне увлекшуюся Тати не стала. Через несколько километров сама выдохнется и сбавит темп.

Было холодно, ветер яростно вырывал тепло из‑под куртки, свистел в ушах, раскидывал по спине волосы. Я отдалась этому холоду, расслабила мышцы и растворилась в ветре.