Закон бумеранга

– В наш молельный дом частенько заглядывают богатые дамы, для того, чтобы помедитировать и мысленно слиться со Вселенной, – он рассеянно провёл пальцами по светлым волосам, – или просто посплетничать с подругами.

В этот момент к беседке подошла Агата со светильниками в руках. Мужчины за разговорами и не заметили, как стемнело.

– Месье Конте, вам записка, – почти шёпотом произнесла она, протягивая обвязанную красной лентой скрученную бумажку.

Арнольд, увидев это послание, иронично хмыкнул:

– Похоже, дружище, умирать бобылём придётся только мне!

– Смейся, смейся…

Текст послания гласил: «Месье Конте, хочу напомнить – вы мне кое‑что обещали!», а внизу стояла подпись: «Аврора».

Глаза Арнольда скосились на послание.

– И это всё? – с искренним разочарованием протянул он.

– Нехорошо читать чужие письма, – покачал головой Дрэго.

– Ну да, а раньше ты не жаловался, – в тон ему ответил монах.

– Ты лучше рассказывай, что было дальше.

– Как‑то, проходя мимо одной из беседок, я стал невольным свидетелем «дамского» разговора: «Почему я должна его бояться?» – возмутилась одна из собеседниц. «Это ничтожество вылезло из самой грязи и сейчас, живёт и процветает благодаря моему супругу. Он упорно предлагает мне своё покровительство и дружбу, в которой я не нуждаюсь! Какое он имеет право лезть в мою жизнь?»

«Вы ранили его в самое сердце, – произнесла другая. – Советник смотрит на вас, как раненый пёс. Подумайте – он может быть вам полезен».

Орнелла, а это была именно она, взвилась в гневе: «Этот человек не способен на дружеские чувства. Я не раз жаловалась Жоржу, но муж не хочет меня слушать, считая, что у меня разыгралось воображение».

«Да, – вздохнула её подруга, – у него какая‑то странная власть над господином Роше, да и другие ему как‑то уж очень благоволят».

Орнелла раздражённо воскликнула: «Этот человек ловко манипулирует Жоржем!»

В этот момент в беседку вошла другая дама, и разговор мгновенно стих. Визитёрша, поняв, что нарушила их уединение, вскоре ушла.

«Терпеть её не могу, – брезгливо бросила Орнелла, – мне кажется, что она шпионит за мной и всё докладывает советнику».

«Я тоже так думаю», – задумчиво протянула другая.

– Короче, я с трудом дождался конца их разговора, а потом под каким‑то глупым предлогом попросил Орнеллу отойти. Сказав, что всё слышал – предложил ей свою помощь. Но она удивлённо на меня посмотрела. «Милый друг, – ответила она, – тебе послышалось, я не жаловалась вовсе. Да и кто может мне причинить беспокойство?»

Арнольд вздохнул:

– Возможно, зная мою горячность, Орнелла не захотела впутывать меня в это сомнительное дело.

Дрэго задумчиво коснулся рукой подбородка, а потом спросил:

– Может ты действительно ошибся?

– Если это было бы всё, я не стал бы растрясать свои внутренности и мчаться как угорелый к тебе.

Дрэго напряжённо смотрел в глаза старого друга. Хаос мыслей в его голове не поддавался анализу и «прочесть» там больше того, что Арнольд рассказал, было невозможно. Он столкнулся с подобным первый раз в своей жизни и был очень озадачен.

Друзья опять выпили, и разговор потёк дальше.

– По долгу службы я бываю на светских вечеринках и многое вижу. В обществе стал появляться некто Алан Грейс – советник месье Роше…

Яркая молния на мгновение зигзагом прорезала небо, и издалека донеслись раскаты грома. На соборе часы пробили два часа ночи. Язык Арнольда заплетался всё больше и больше, а голова клонилась на грудь. Ещё немного и он свалился бы с кресла и уснул бы мертвецким сном.

– Тебе нужно отдохнуть, – с сожалением произнёс Дрэго, поняв, что сегодня он ничего от друга не узнает.

– М‑да, я как‑то устал… – с трудом отозвался тот.

Они обнялись, и Дрэго, заложив руки за спину, смотрел, как слуги тащили монаха в сторону калитки. Он знал, что его приказ: «Доставить месье Боте домой!» будет выполнен в лучшем виде. Звякнули решётки и в свете тусклых фонарей появились очертания большого экипажа. Раздался ещё один удар грома, а вместе с ним по крыше беседки забили первые капли дождя.

Пока друзья предавались воспоминаниям (несколько часов ранее) в сторону городского кладбища, что есть мочи, бежал Микроб. К кладбищу, спрятанному за разросшимся кустарником, прилегали со всех сторон местные трущобы. Отдельно стоящая покосившаяся избёнка зачастую являлась местом сбора банды Патрона. Вечером окна были плотно занавешены, и только тоненький дымок из трубы мог бы сигнализировать о наличии в доме хозяев.

Сейчас же там находилось только два обитателя: Патрон да Жужу. Девка, сидя на неприбранной кровати, привычно посасывала настойку и подвывала какую‑то заунывную песню.

– Да не мычи ты, – зло шикнул в её сторону Патрон, – тоску гонишь.

– А тебе всё тоска, – в тон ему ответила девка и демонстративно развернулась к нему спиной. Взгляд Патрона задержался на её сочной задней части.

– Хоть бы развлёк девушку, – проигнорировав его раздражение, беспечно промурлыкала Жужу.

Вытирая о штаны внезапно взмокшие руки Патрон пробурчал:

– Уговорила.

Однако в дом влетел взмыленный Микроб и, согнувшись пополам, довольно долго пытался отдышаться.

– Ну, чего тебе? – зыркнул в сторону мальчишки босс.

– Там, там… они…

С трудом издавая звуки, Микроб активно помогал себе жестами и показывал куда‑то в сторону, в надежде, что Патрон догадается сам. Жужу скривила мордочку и презрительно посмотрела на вторженца.

Наконец Микроб отдышался и смог вразумительно произнёсти:

– Конте в саду пьянствует, – одним махом выпалил он.

– Один? – искренне удивился Патрон.

– Да нет же, с чужим монахом. Они напьются в стельку и советник будет нам как подарок – ни бэ, ни мэ. Охраны в доме почти нет: только привратник да пара слуг. Сейчас самый подходящий момент!

– Похоже, ты прав, – скребя вдруг зачесавшийся подбородок, ответил Патрон.

– Наших собирать? – с готовностью спросил парень.

Судя по загоревшемуся взгляду мальчишки – это было его первое настоящее дело.