Закон бумеранга
Финик знал, что визитёр не мог доверить столь ответственное и щепетильное дело своим приближённым: придворным, друзьям, слугам, охране и прихвостням – как пить дать, донесут. Время такое, когда все строчат на всех. Хотя и здесь молодой человек очень рисковал, но видно припекло. Ведь отличить, где наёмниками движут идейные и религиозные мотивы, а где банальное желание наживы, – очень сложно. А у самого посетителя, ввиду его тщедушного телосложения и неуверенного поведения, силёнок на дуэль не было.
Скупщик был несколько обескуражен. Убить такого статусного господина, второго человека в Государстве было не то же самое, что обокрасть.
«Опасно! Чёрт, опасно!» – пронеслось у него в голове, а вслух он произнёс:
– Что ж, ваше чувство мне понятно.
– Кто вы такой, чтобы судить о моих чувствах? – взвизгнул гость, а его рука сжалась в кулак.
От окрика гостя и собственного страха у Финика пробежали мурашки по спине. Он охотно бы принял участие в воровстве, но убийство? Своровать, по его разумению, означало всего лишь заработать себе и семье на пропитание, а убить – загубить душу, пусть даже такую чёрную.
– Простите, месье, я понял ваше желание, – пробормотал Финик, – сегодня же вечером поговорю с ребятами, хм, коллегами, а потом сообщу вам стоимость работы, вот только…
– Я сам зайду к вам. Завтра. Сегодня мероприятие, на котором я должен присутствовать. Всё! – хмуро подытожил молодой человек. – Когда вы сможете выполнить работу?
– Что ж, что ж, что ж, – затараторил хозяин, глаза его заблестели, почуяв немалые барыши, – тут много времени не потребуется, дня три‑четыре.
Деньги решают всё, и на этот раз, задвинув на задний план главную заповедь Ветхого Завета – «Не убий», Финик сделал выбор в пользу денег.
– Я хотел бы, чтобы всё было сделано, как можно быстрее.
Скупщик автоматически вытер вспотевшие ладони о штаны.
– Я вас понимаю, месье. Положитесь на меня. Вы будете иметь дело с лучшими, – он запнулся, – агентами, а они заслуживают полного доверия. Можете быть спокойны. Ваше дело в надёжных руках!
Молодой человек кивнул и, бросив на стол щедрый задаток, направился к выходу. Финик проводил гостя до двери и с радостным оживлением, потирая руки, побежал в дальнюю комнату прятать свалившееся вдруг богатство. А потом, переворошив кипу одежды, он вытащил пиджак серого цвета и, на ходу его надев, выскочил из дома.
Глава 6
Как много девушек хороших!
Но слушай, друг, протри очки –
У них зелёные глаза и вертикальные зрачки…[1]
Посасывая травинку, Дрэго лежал на траве, подперев голову обеими руками. Возвращаться домой не хотелось, и единственное место, где он чувствовал себя спокойно, был разбитый на пустыре парк, который взрастили после войны его предки.
Утренняя роса уже легла на пробившуюся зелень и его плащ промок. Но Дрэго зябко передёрнувшись, остался лежать, не отрывая взгляда от неба. И стоило первому солнечному лучу пробить себе дорогу, как пространство вокруг словно разорвало, и из разверзнувшихся врат вышла рыжеволосая красавица. Её появление напоминало мифы о богах, которые, сражаясь с мраком вечной ночи, милостиво даруют людям солнечный свет. А она была ослепительнее самого солнца и прекраснее рассвета – Великая Химера.
– Наконец‑то, ты один! Пойдём! – сказала она, протягивая Дрэго руку.
В её взгляде читалось нетерпение. Мужчина неспешно уселся, всё ещё держа в зубах травинку, а надменное лицо осветила улыбка.
– Великая благодать сошла на нас грешных! – поднимаясь, вяло произнёс он.
В женщине чувствовалась фантастическая неземная Сила, ударной волной сшибающая с ног и лишающая рассудка. Дрэго физически ощущал её мощь. Хотелось встать на колени, удариться головой о землю, поднять руки и воздать хвалу.
Чувствуя его отчуждённость, она высокомерно вскинула голову:
– Месье де Конте предпочитает отдых на природе? Ваши скромные апартаменты не подходят для этой цели?
– Сегодняшняя ночь, прекрасная Госпожа, меня вдохновила. Во мне проснулся бродяга! – с иронией ответил он, а измочаленная травинка полетела на землю.
– Я вижу, ты мне не рад?
– Лисса, душа моя, я о тебе думаю и днём, и ночью! – ответил он, оторвав губы от руки гостьи и иронично посмотрев сверху вниз ей в глаза.
– Я соскучилась, – с лёгкой грустью прошептала она и откинула голову для поцелуя.
Сейчас её подавляющая аура рассеялась, и перед ним стояла обычная девушка, нежная и хрупкая, ищущая защиты и любви.
Уже через несколько секунд они стояли на мощённой камнем дорожке у парадного входа в замок. Однако в отличие от людских тяжеловесных и пафосных дворцов, в этом месте всё было предназначено для того, чтобы дать отдых душе и разуму. Миром и гармонией дышали растения, едва затянутые в корсеты клумб, спокойствием веяло от статуй и тенистых беседок. Ветерок доносил нежный запах сирени.
– Боже, я и забыл, как здесь хорошо! – воскликнул Дрэго, раскидывая в восторге руки и вдыхая полной грудью аромат весны.
– Ну да, – с грустью ответила Лисса, – однако ты совсем меня забыл, а я ведь дана тебе Вселенной.
– Только за какие грехи, не знаю, – пробурчал мужчина.
Пропустив колкость мимо ушей, девушка сделала жест рукой, который, видимо, должен был означать: «Прощаю, пока что…» Они прошли через массивную арку в небольшую уютную гостиную, где расторопные слуги приготовили всё для их романтического уединения: лёгкие закуски, холодные напитки и десерт. Дрэго расположился на диване, а Лисса устроилась рядом с ним, придвинувшись почти вплотную.
– Мне сегодня несказанно повезло! – констатировал он, забрасывая в рот ягоду винограда. – Я нахожусь в обществе самой красивой женщины на свете!
– Несомненно, только перед нашей встречей ты флиртовал с другой, – буркнула Лисса.
Дрэго ответил медленно и с расстановкой:
– Моя жизнь – это моя территория. Не хорошо копаться в ней без позволения.
[1] Олди Г. Л.
