Звучащий, как неизбежность, Его голос

Справа от меня стоял здоровенный круглый стол, за которым примостились восемь удобных стульев с подлокотниками. Одна стена представляла собой коалицию шкафчиков и полок, среди которых пряталась неприметная дверка, вероятно, в кухонную кладовую. Вторая стена была занята грамотами, медалями, кубками и газетными вырезками, явно хвалебного содержания. Внизу стена почета заканчивалась длинным комодом.

Картину завершал двухъярусный меховой пуфик, на котором горделиво возлежал пушистый рыжий котяра.

За круглым столом сидело трое.

Когда мы вошли, все трое посмотрели на меня.

– Тоха, привет, – произнес крепкий мужчина в выцветшей красной рубашке, похоже, любимой или памятной, если хозяин довел ее до такого состояния. – Что? Она? – он кивнул на меня, а потом начал бесцеремонно меня разглядывать, наверное, пытаясь угадать, что же во мне такого особенного, отчего их Господин проявляет ко мне такой интерес. – Я думал, волосы подлиннее должны быть.

Сидящий рядом с ним красивый молодой человек в облегающей футболке, которая подчеркивала рельеф его безупречного тела, иронично скривился:

– Скажи спасибо, что стрижка не под «мальчика».

– Ну да, – хмыкнул первый, – мальчиков у нас здесь… хватает.

– Сожалею, что не соответствую вашим ожиданиям, – сказала я. – Можно мне домой?

Раздались смешки.

– Меня зовут Артем, – представился потертый любитель длинноволосых нимф.

– Денис, – отрекомендовал себя второй собеседник.

– Парни, не торопимся, – фыркнул Антон. – Сейчас остальные подтянутся, я всех представлю.

Третий сидящий за столом – темноволосый худой очкарик с планшетом в руках, молча меня оценивал.

Иван тем временем ставил на стол блюда с овощными нарезками, большой казан плова, наломанный хлеб (мне показалось, что домашний).

– Садись сюда, – негромко сказал он мне, указав на один из свободных стульев. – Это – твое место.

– Можно руки вымыть?

Он молча кивнул на кухонную раковину.

 

Хохот послышался еще в коридоре. Потом открылась дверь, и к нам вошли двое: высокий молодой человек лет тридцати двух и парень, на голову ниже приятеля, лет, может, двадцати шести, лохматый, в джинсах и безразмерной толстовке, хотя лето и жарко. Они продолжали смеяться, но, завидев меня, попытались посерьезнеть. Это не получалось: оба неконтролируемо лыбились. Тот, что пониже сказал:

– О… Здрасте. А вы… ну, в смысле… да. Я – Глеб.

– Илья, – представился высокий. Он очень старался справиться с улыбкой, но она все равно пока побеждала. Он был одет в домашние штаны и рубашку с изображением задумчивого суслика.

– Присаживайтесь, парни, – пригласил Антон. – Сейчас устроим самопрезентацию для нашей… гостьи. Чтобы чего не подумала лишнего. Или подумала.

В центре стола был встроен подвижный круг: можно вращать его, придвигая нужные блюда или напитки. Мне были все видны, и всем, очевидно, отлично была видна я.

– Это у нас, Анна, все, как предсказано, – Антон взял на себя роль… не знаю, ведущего? Свахи? Агента? – С меня начнем. Чего замерли, парни, накладываем, жуем, привыкаем к нашей… этой… Белоснежке, блин.

Он хохотнул, демонстративно положил себе плова.

– Значит, зовут меня Антон. Рядом, красивый весь такой – Денис. Если что, мы, кстати, на него ставим, ну, в плане твоих предпочтений. Да чего ты, Денька, не тушуйся, у тебя преимущества на мордяхе написаны. Он фитнес‑инструктор, не дает заплыть нам жиром, и вообще – за спорт и прочие телодвижения. Ну, по нему видно. Так. Этого ботаника, который следом сидит, зовут Максим.

– Протестую, я не ботаник, – сказал «ботаник» и по‑ботански поправил очки. – Я – финансист, и я веду наш бюджет. И налоги, между прочим.

– Ой! – Глеб подскочил с места. – Я же всем сделал эти… как их… Ну, чтобы нас легко было запомнить. Я сейчас!

Он выбежал из столовой.

– Сейчас нас подпишут, и дело пойдет бодрее, – заметил Антон, накладывая себе в тарелку изрядную порцию салата.

– Ты ничего не ешь? – наклонившись в мою сторону, вполголоса спросил Иван, который сидел слева от меня. – Не нравится?

– Она, наверное, мученицу решила изобразить, – громко ответил за меня Антон. – Ну, здесь с этим проблемы могут возникнуть: тебя мучить‑то никто не собирается. Нет, если хочешь…

– Перестань запугивать девушку, – упрекнул Артем.

– Если ты на диете или тебе чего‑то нельзя, ты скажи, – предложил Иван. – И, правда, не слушай Антона. Он любит бандита изображать, у него профдеформация: он – юрист.

– Как говорится, ничего святого, кроме Халивака Тарная, – заржал Антон.

Этот конь – юрист?!

Вместо препирания я положила в тарелку немного плова из общего «котла» и несколько кружочков огурцов из овощной нарезки.

– Ох, смотри, Ванька, уговоришь принцессу, разнесет ее на твоих харчах, – не унимался Антон.

– Вас же не разнесло, – заметил Иван, заметно повеселевший от того, что я не игнорирую его стряпню.

– Как зовут кота? – спросила я.

– Палтус, – сообщил Антон. – Догадайся, почему?

– Он хорошо ныряет? – «предположила» я.

– Не проверяли, так что исключать не будем. Но вообще, этот подлец начал тут с того, что спер у Ваньки рыбу. Мы по всему дому за ним гонялись, так и не смогли догнать.

– Семеро парней не справились с одним котом? Я точно в безопасности.

За столом захмыкали.

– Анна, какая сумма вам обычно требуется для ежемесячного расхода? – строго спросил Максим‑не‑ботаник.

– В пределах разумного, – сообщила я.

– У разного разумного – разные пределы, – глубокомысленно заметил Артем.

В столовую вбежал Глеб.

– Вот! – радостно закричал он, размахивая значками. Подлетел к Илье, ему первому пристегнул значок с именем. Остальным просто раздал. Антон от своего отмахнулся.

– Мне не надо. Меня она не забудет.

– Предлагаю вернуться к вопросу о тратах, – сказал Максим.

– Предлагаю не возвращаться, – возразил Иван. – В самом деле, семь мужиков одну женщину не прокормят?

– Это, зависит от ее аппетитов… – задумчиво произнес фитнес‑тренер. – И от того, насколько она обижена.