Баба-Яга. Сага
А тем временем на конях боевых в лес въехали богатыри: Дубыня, Горыня, Усыня и Велияр Суревич. Про Дубыню в народе сказывали, что дубы столетние с корнем вырывает. Про Горыню, что горы ворочает высоченные. Ну а Усыня своими усами длиннющими может сомов огромных ловить и из реки играючи выкидывать. Про Велияра Суревича народ безмолвствовал, но богатырям‑великанам он по силе и умениям не уступал точно. Да и относились они к нему как к старшему, с большим уважением, и по батюшке величали с глубоким почтением. Богатыри шумели, хохотали и были в очень задорном настроении. Один Велияр Суревич молча ехал, в глазах печаль стояла.
Таким его богатыри и встретили в начале лета. Помог он им шибко. Взялись они биться тогда в поле чистом с ратью несметной кочевников. Силы свои богатырские переоценили воины, теснить их стал враг бесчисленный. И уж прощаться меж собой начали, как вдруг с обратной стороны сечи неистовой в воздух стали взлетать отсечённые вражьи головы. Крик жуткий поднялся кочевников, дрогнул строй рати вражеской, расступился… и средь них богатырь могучий явился. Палицей своей огромной богатырь вертел как пёрышком, щитом заострённым крутил как блюдцем. Палицей махнёт, щитом рассечёт – и на двадцать аршин, как колосья из‑под косы наточенной, враги разлетаются во все стороны. Не успели враги опомниться, а богатырь уж полвойска побил играючи. Поднажали богатыри воспрявшие и разнесли всё войско вражеское.
После боя Дубыня, Горыня и Усыня поклонились богатырю великому, поблагодарили за спасенье своё нечаянное. Пировали седмицу[1] без малого, обмывали победу великую, да знакомство новое. Только вот богатырь тот молчал, как правило, тосковал о своём тихонечко. Так и побратались они с Велияром Суревичем и уж после путь вместе держали. Врагов окрест всех повывели, нежить тоже давно не встречалась. И решили тогда богатыри в лес колдовской наведаться, где живёт великая колдунья Яга‑воительница. Про подвиги её наслышанные, захотели богатыри воочию убедиться в силе её и красоте непомерной. Так не спеша и добрались до леса колдовского и до частокола, из костей сложенного.
А Яга уж в избу вернулась, гостей поджидала. Как только воины зашли в калитку, то сразу из избушки вышла и предстала пред ними девушка красоты дивной и стати чудной.
– Гой еси, гости незваные! Исполать вам, добры молодцы, что подвигами ратными очищаете землю русскую!
– Мир твоему дому, Яга‑воительница! – поклонились богатыри.
– И правду сказывают, что Боги красой тебя не обделили, – с восхищением продолжали воины.
Но Яга их слышала вполуха. Всё внимание её приковал богатырь, чуть позади всех стоявший. Как глаза его грустные увидела, голубые, что озёра горные, так пропала девушка, утонула в них и забылась, аж дышать трудно стало, и сердце зашлось часто‑часто.
Богатырь синеглазый тоже взор с Яги не сводил. Так и стоял с открытым ртом, не моргал и не шелохнулся.
– Неужто ты, Яга, и воительница такая же грозная, как и красивая? – в шутку спросил Усыня.
Яга вздрогнула, наважденье чуть отпустило, и она задорно ответила:
– Ну грозная не грозная, а поражения ни в одной схватке не знавала ещё!
Воины засмеялись, Велияр Суревич тоже вздрогнул и прикрыл рот, а вот Усыня не унимался:
– Так у тебя поединки‑то, поди, только колдовские, и то с упырьками да ведьмочками были! Где ж это видано, чтобы девка богатыря в честном бою победила? – И все богатыри, кроме Велияра, засмеялись ещё громче.
Яга раскраснелась и молвила:
– Ну, коли ты такой воин великий, богатырь могучий, так попробуй сам девку победи! А коли победишь, то желание твоё любое исполню!
– Так уж и любое? – недоверчиво спросил Усыня.
– Какое пожелаешь! Слово Яги золотой ноги даю!
– Принимаю бой! – Усыня враз посерьёзнел, взял в десницу меч, но из ножен не стал доставать, побоялся девушку ранить ненароком и начал осторожно приближаться.
Яга свистнула, и к ней в руки враз влетела метла. Тут такое началось. Искры летят, земля дрожит, пыль столбом. Ох уж и досталось Усыне. Через час обессиленный богатырь рухнул на лужайку перед избушкой, и бой был окончен.
Богатыри были просто растеряны, и самолюбие мужское ущемлено, и за товарища обидно было. Дубыня выступил вперёд:
– А ну‑ка, Яга, принимай теперь бой от меня!
Приняла бой Яга, и Дубыня был повержен. То же и с Горыней случилось. Приуныли богатыри поверженные и с надеждой на Велияра Суревича глядят и упрашивают:
– Не подведи, брат! Восстанови честь богатырскую! Прими бой! Победи Ягу могучую!
Не хотел Велияр битвы этой, но и отказать побратимам не мог:
– Прости меня сердечно, дева Яга, но и от меня бой прими честный!
И богатырь вышел вперёд.
– Не винись, богатырь, бой твой принимаю и своё условие сохраняю! Ты победишь – твоё желание исполню. Я победу одержу – не обессудь, воин, ты моё исполнять будешь!
И Яга приготовилась к битве.
Три дня бились Яга и Велияр Суревич. Рубка страшная была. На второй день метла закалённая поперёк переломилась, так Яга из избы меч‑кладенец вынесла и бой продолжила. К концу третьего дня Велияр Суревич хитрым приёмом выбил меч у Яги, подхватил девушку стройную, вместе с ней прыгнул, в воздухе перевернулся и упал на нее, к земле прижав всем телом.
– Ну что, Яга, сдаёшься? – тяжело и часто дыша, прямо на ухо спросил богатырь.
От шёпота этого мурашки по всему телу побежали у Яги, силы её окончательно покинули, и она перестала сопротивляться. Чуть голову отвела, чтобы глаза синие увидеть, и тихо молвила:
– Да, богатырь! Твоя взяла, твоя воля!
Не вставая с девушки, Велияр Суревич продолжал:
– Тогда желание исполняй по уговору нашему!
– Какое желание твоё, воин, будет? Всё исполню!
– Замуж за меня иди! Стань женой моей любимою!
Яга чуть сознание не потеряла от чувств нахлынувших. Вспомнила она завет Макоши‑Матушки о том, что суженый её в честном бою победит, и потому чуть слышным голосом ответила:
– Согласна я… Буду женой твоей верной до скончания своих дней. И любить тебя беззаветно буду!
Счастливый богатырь вскочил с земли, девушку с рук не выпуская, и закружил её по поляне, нежно прижимая к груди своей. И вдруг богатырь в медведя исполинского превратился, на задних лапах кружится, Ягу лапами огромными медвежьими обнимает.
Но не испугалась Ягуня, а поняла сразу всё:
– Любимый мой, так ты сам Велес – Бог светлый!
[1] Седмица – неделя.
