Баба-Яга. Сага
Дверь отворилась, и в избушку зашла достаточно миловидная бабушка в длинном, до пола, тёмно‑зелёном платье, с белым платком на голове, повязанном на восточный манер. Платье, казалось, сшито из листвы деревьев, и, только присмотревшись, можно было увидеть тонкую ручную работу умелой пряхи над потрясающим заморским сукном. Имелся и богатый серебряный пояс с тремя подвесками в виде конских голов. Бесценный белый шёлковый платок, сшитый аж в самой Поднебесной, удерживал тугие косы седых волос. Лицо похоже на печёное яблочко, всё в глубоких морщинах и складочках. Бровей почти нет, а крупноватый нос немного загнут книзу, но опять же в силу возраста. А вот большие каре‑зелёные глаза по‑прежнему пронзительны и молоды. Они источали недюжие знания и силу.
Бабушка зашла в избу и внимательно, с прищуром, посмотрела на Светозара.
– Привет, красавчик! – сказала она.
Богатырь поклонился в пояс:
– Исполать тебе, колдунья сильно могучая, Бабой Ягой наречённая…
– Так! Ну‑ка прекращай эти завороты словообрядные! Проще говори, не погань язык предков, – строго сказала Хозяйка.
– Виноват!.. Ну, поздорову тебе, Баба Яга костяная нога! – выдал Светозар.
Бабушка оторопела:
– Какая ж я тебе баба? Какая ж нога костяная? Ты что ж, сокол мой ненаглядный, головой крепко об косяк стукнулся? Он у нас тут низковатый.
– Я ж говорил, у него голова отбитая! – злорадно промурлыкал кот.
Светозар стыдливо замолчал и не знал, что сказать.
Не скрылось от Хозяйки замешательство богатыря, и она продолжила:
– Ага Ягинишна я! Так и называй меня впредь! И нога не костяная, а золотая, между прочим!
– НОГА ЯГИ‑ЧИШ‑НА… Тьфу ты! АГА ЯИЧ‑НИЧ‑НА… Да что ж такое! – очень старался Светозар.
– Та‑а‑ак!.. Стоп! – скомандовала Хозяйка.
– «Бабушка Яга» можешь повторить?
– Могу! Бабушка Яга! – наконец справился богатырь.
Яга хитро посмотрела на него и не по годам ловко крутанулась на месте – платье взорвалось ворохом зелёных листьев, и перед богатырём оказалась стройная рослая красавица с русыми волосами до пола. Фигура точёная, талия осиная, грудь высокая, а бёдра крутые. Каре‑зелёные глаза смеются. Зубки белые, словно жемчуг морской, а губы алые шепчут:
– Ну и как тебе бабушка? Нравится? – И ловким движением руки Яга прикрыла рот богатыря.
Светозар уже второй раз очутился на лавке.
– Очень! – всё, что смог выговорить богатырь.
Опять хохот разнёсся на весь дремучий лес.
Яга и Ульфана заливались трелями девичьего смеха, а кот катался по полу и орал дурниной:
– Об косяк он стукнулся очень!!! Очень стукнулся об косяк!!!
Потихоньку все успокоились, а к Светозару вернулось самообладание.
– Бабушка Яга! Я ж издалече к тебе пожаловал по делу крайне нужному – за советом твоим мудрым и помощью колдовской.
Ага Ягинишна кокетливо улыбнулась и молвила:
– Сначала гостя дорогого в баньке попарить нужно, смыть с него пыль да грязь придорожную. Потом вдоволь попоить, накормить, да и спать уложить. А уж поутру, с головой ясной и помогать, советовать станем. Баюн! Иди гостя попарь, да как следует! А то баня без пара, что щи без навара! А в бане помылся – заново родился!
Кот как‑то хищно улыбнулся и подозрительно ласково замурлыкал:
– Пойдём, Светозарушка! Уж я тебя попарю! Уж я тебя веничками дубовыми отхожу – век помнить будешь!
Богатырь неладное почувствовал, но на попятную не пошёл:
– А пойдём, Банька, в баньку! Спинку потрёшь да пятки поскребёшь. Да чтоб пар столбом, дым коромыслом!
И Светозар с котом ушли в баню.
Минут через десять на весь лес начали раздаваться мощные гулкие удары, как при молотьбе железными цепами по снопам овса, и богатырские крики:
– Давай, Банька! Поднажми! Что ж ты меня как девку нежную щекочешь? Хорошо! Ахххх!.. Ухххх!..
…Только под вечер в избу покачиваясь зашли богатырь с котом. Мокрый кот упал на ковёр, а красный как варёный рак Светозар на лавку.
Богатырь лежал, наслаждаясь прохладным воздухом. Голова кружилась, всё тело горело так, как будто он в крапиве ночевал: «Вот же гад мохнатый! Чуть до смерти не забил! Думал, не сдюжу – сдамся! Еле сил хватило стерпеть молотьбу беспощадную в пекле неистовом!»
Кот лежал с высунутым языком, часто дышал, в ушах стоял гул и шум, а в глазах двоилось: «Вот же морда богатырская! Он что, весь из адаманта сделанный?! Все лапы об него отбил! Три дюжины веников дубовых об него измочалил! Три раза чуть в обморок не упал от жары лютой и усердия неуёмного!»
Ага Ягинишна тем временем сидела за столом и разглядывала Светозара: «Как же он на него похож! Такой родной и любимый! Русые волосы и окладистая борода. Прямой нос с горбинкой. Чуть суровые густые брови. Бездонные голубые глаза…» Перед ней на лавке лежал её Велиярушка – Велияр Суревич…
Глава 3. Яга и Велияр
Детство своё Ага Ягинишна плохо помнила. Было это ещё в те предалёкие времена, когда Боги на землю спускались и среди людей жили. Она рано лишилась родителей, братьев и сестёр не было, и воспитывал её Род, где жила троюродная тётка по матери. Обижать не обижали, но и любовью не баловали. День за днём проходил в хлопотах по хозяйству и в каких‑то детских забавах. И вот однажды девочку Агушу отправили в соседнее поселение отнести гостинцы к празднику. Дорога не близкая, но засветло туда и обратно успеешь не спеша. Девочка с плетёной корзинкой прошла уж полпути, когда вышла на перепутье трёх дорог, где на камешке сидела калика перехожая – старуха худая, в рваной грязной одежде.
– Подобру‑поздорову, бабушка! – сказала Агуша.
– И тебе, девочка, не хворать!
– Бабушка, а почему у тебя глаза такие грустные? Может, ты голодная? Отведай хлебушка моего, тётушка только утром испекла! – сказала девочка и полезла в корзинку.
– Нет, дитя. Не голодна я. А печалюсь потому, что люди нынче злые да без меры жадные пошли! Душу свою пороками плотскими чернят! Законы предков не чтут! – с нестерпимой болью в глазах поведала калика.
