Башня Зеленого Ангела. Том 2

Автор: Тэд Уильямс

Дата написания: 1994

Возрастное ограничение: 16+

Текст обновлен: 22.08.2023

Аннотация

Финалист премии «Локус».

Светлый Ард все больше погружается во тьму, а сила Короля Бури растет. Принц Джошуа пытается сплотить силы своих союзников у легендарной Скалы Прощания. Саймон же вместе с оставшимися в живых членами Ордена Манускрипта ищет способ узнать тайну пророчества, которая, в конечном итоге, даст им шанс в сражении с непобедимым Королем Бурь Инелуки. Принц Джошуа и союзники продолжают поиски великих мечей, чтобы дать отпор вероломному священнику Прайрату и королю Элиасу. Мириамель сбегает от дяди, в надежде убедить отца прекратить войну. Им предстоят встречи с врагами и старым другом, раскрытие древних секретов города ситхи, погребенного под Хейхолтом, предательства, разлука и потери, закаляющие характер. Приближается последний бой между Светом и Тьмой…

Второй том романа «Башня Зеленого Ангела» и завершение трилогии.

«Те читатели, которым нравится теряться в многогранных историях эпического фэнтези, почувствуют себя в своей стихии». – Locus

«Грандиозная фантазия, по масштабам ближе всего к "Властелину колец" Толкина». – Cincinnati Post

«Один из самых моих любимых фэнтези‑циклов, вдохновивший меня на собственный сериал». – Джордж Мартин, автор «Игры Престолов»

«Новаторский подход… меняющий представление о жанре и открывающий путь множеству новых книг в жанре фэнтези. Включая мои». – Патрик Ротфусс, автор «Имени ветра»

«"Память, Скорбь и Шип" – один из величайших фэнтезийных эпосов всех времён». – Кристофер Паолини, автор бестселлера «Эрагон»

Тэд Уильямс

Башня Зеленого Ангела. Том 2

Tad Williams

TO GREEN ANGEL TOWER

Book Three of Memory, Sorrow and Thorn

Fanzon Publishers

An imprint of Eksmo Publishing House

Часть третья. Колесо поворачивается

27. Слезы и дым

На Тиамака давило отсутствие деревьев в землях Высоких тритингов. Да, Кванитупул также производил странное впечатление, но он с самого детства там бывал, и обветшалые здания и многочисленные каналы немного напоминали ему о доме в болотах. Даже в Пердруине, где он провел одинокое время в ссылке, было множество стоявших близко друг к другу домов, бесконечных узких переулков и темных тайных мест, а над городом висел соленый запах моря – в результате Тиамак мог там жить, не испытывая ностальгии. Но здесь, среди лугов, он ощущал себя уязвимым и совершенно чужим. Крайне неприятные чувства.

Те, Что Наблюдают и Творят, уготовили для меня диковинную жизнь, – часто думал он. – Мне выпала самая необычная судьба из всех моих соплеменников, если не считать Нуобдига, женившегося на Огненной сестре.

Иногда он находил утешение в этой мысли. В конце концов, быть избранным для участия в столь удивительных событиях являлось в некотором смысле компенсацией за годы непонимания со стороны его собственного народа и обитателей Пердруина. Конечно, его не понимали – он был особенным: кто еще из враннов способен говорить и писать на языке обитателей материка? Но в последнее время, когда Тиамак находился в окружении жителей других земель, не зная, что случилось с его собственным народом, он страдал от одиночества. В такие моменты, встревоженный северной пустотой, что окружала его со всех сторон, Тиамак подходил к реке, протекавшей через лагерь, и слушал так хорошо знакомые ему успокаивающие звуки мира воды.

Как раз этим он и занимался некоторое время, сидел, болтая смуглыми ногами в воде Стеффлода, несмотря на холод и пронизывающий ветер. Настроение у него улучшилось, и теперь он возвращался в лагерь. Вдруг мимо него промчался кто‑то странный – он бежал, не обращая внимания на разметавшиеся на ветру белые волосы, причем непонятное существо двигалось гораздо быстрее обычного человека. Тиамак не успел оторвать от него взгляда, как в воздухе пронеслась большая птица – она летела низко, словно преследовала первого.

Очень скоро оба исчезли из вида на холме, где располагался лагерь принца. Ошеломленный Тиамак немного постоял, но быстро сообразил, кто бежал первым.

Женщина‑ситхи! – подумал он. – За которой гнался ястреб или сова?

Это не имело смысла, однако она – ее звали Адиту – также казалась Тиамаку необъяснимой. Ничего подобного он прежде не видел, и она немного его пугала. Но кто мог ее преследовать? Судя по выражению лица ситхи, нечто ужасное.

Или она мчалась в сторону чего‑то ужасного, сообразил он и почувствовал, как все у него внутри сжалось. Она спешила в сторону лагеря.

Тот, Кто Всегда Ступает по Песку, – начал молиться Тиамак, который тоже помчался к лагерю, – сохрани меня, сохрани всех от зла. – Теперь сердце у него билось очень быстро, опережая бегущие ноги. – Какой зловещий год!

В первый момент, когда он оказался у границы огромного палаточного лагеря, Тиамак успокоился. Никакого шума, еще не все костры погасли. Но тут он понял, что в лагере слишком тихо. Полночь еще не наступила, и наверняка далеко не все отправились спать – кто‑то должен был шуметь. Что же случилось?

Прошло несколько долгих мгновений, прежде чем он снова разглядел птицу и теперь уже не сомневался, что это сова, – и, чувствуя, что задыхается, поспешил туда, где видел ее в последний раз. Бежать с больной ногой было трудно, и вскоре она начала отчаянно ныть, но Тиамак постарался не обращать на нее внимания.

Тихо, тихо, как в застойном пруду. Палатки стояли темные и безжизненные, точно камни, которые обитатели материка укладывали на могилы умерших.