Чёрный ронин

Выйдя наконец из сплошного леса и оказавшись на опушке, ему открылся вид на гигантский водопад вдалеке. Там, на огромной высоте, река мчалась как сумасшедшая и, резко обрываясь, летела вниз в свободном падении. Ронин отчетливо слышал, как вопль доносился именно оттуда, с тех неказистых холмов. Ему пришлось сделать крутой крюк, чтобы взобраться на них. Начиная свой путь с подножья, он постепенно поднимался верх по отвесным склонам. Покоряя одну высоту за другой, в конце концов он наткнулся на первый след. В одной из грязных луж зоркий глаз ронина заметил отпечаток гигантской лапы. Он нагнулся, чтобы приглядеться.

«Ещё свежий, – подумал Кай. – Далеко оно уйти не могло. Видно, где‑то здесь у чудовища логово».

Продолжая свой путь, он всё чаще и чаще натыкался на следы чудовища. В воздухе витал запах не зверя и не человека. Он был инородным, чуждым этому лесу. Минуя гигантский водопад, ронин шёл дальше, ориентируясь уже на свой нюх. Казалось, этот склон был бесконечным, но ноги сами вели его к вершине, ведь он был близок. Он ощущал это всеми фибрами души. В скором времени воин всё же взобрался и, не отдыхая ни секунды, пошёл дальше, заметно ускоряя свои шаги.

Ронин наткнулся на переломанные ветки деревьев. На одной из них висел клочок тёмно‑рыжей шерсти, от неё исходил сильный запах. По всей видимости, оно промчалось здесь, возвращаясь в своё логово после охоты. Кай продолжил идти. Деревья постепенно редели на его пути, лес заканчивался, как и поиски охотника. Подходя к окраине, он заметил последний след, оставленный монстром. На стволе огромного столетнего дуба чудовище оставило пять глубоких порезов. Звериные когти содрали толстую кору и чуть ли не до середины пронзили крепкое древо. Ронин поднял свой взгляд и увидел тёмную, глубокую, дышащую холодом, каменную пещеру. Вход её был небольшим. Окутанная мраком, она внушала тревогу. От одного только вида той бездонной черноты и мысли о том, что таилась в ней, бегала дрожь по коже. Кай смотрел на неё напряжённо, не моргая, со свойственной ему суровостью. Не было никаких сомнений, что тварь обитала именно там. Однако перед тем, как пойти в открытую схватку с неравным врагом, охотнику нужно было подготовиться и оценить положение дел. Ронина и эту пещеру отделяла просторная поляна без каких‑либо деревьев, скал и груды камней, которая начиналась сразу после леса. Это не сильно его обрадовало. Его глаза стали задумчивыми, – обычно такие глаза бывают лишь у человека, который советуется сам с собой. Спустя несколько минут глубоких размышлений он, очевидно, пришёл к какому‑то умозаключению и принялся за работу.

Сбросив со своего плеча походный мешок, он первым делом достал из него топор, несколько мотков тросов и верёвок. Кай как всегда действовал быстро. Ему потребовалось чуть больше часа на то, чтобы найти ствол самого могучего дерева, чтобы срубить его, срезать все кроны и заострить один из концов. Получился гигантских размеров таран со смертельно‑колющим наконечником. Используя тросы и веревки, ронин подцепил этот ствол и поднял его в воздух к верхушкам других деревьев. Он обвязал все их концы вокруг огромного дуба и принялся сооружать следующие ловушки. Охотник повсюду устанавливал силки, сети и даже огромные капканы, которые могли моментально переломить кости взрослому медведю. Заминировав почти каждый шаг, воин взялся за свою экипировку. Он туго затянул пояс с метательными ножами, на правое бедро пристегнул кобуру с коротким кинжалом. Всю его грудь обхватывала цепь, на конце которой был остроконечный кунай. Последним, что ронин достал из сумки, был лук и стрелы, колчан с которыми он закинул на спину, поверх ножен с его мечом. С ним‑то он никогда не расставался, и потому прикрепил колчан всего на одну заклёпку из пяти, дабы в случае чего легко сбросить его и уже воспользоваться своим основным оружием. Его лук был длинным, неудобным, с таким особо не побегаешь: то и дело за что‑нибудь цеплялся. Нужна была недюжинная сила, чтобы суметь натянуть его тетиву. Однако правильно выстрелившая стрела из такого оружия могла насквозь пробить самурая в доспехах и по инерции протащить тело на пару метров. Лишь опытный и сильный мастер мог совладать с этим оружием, коим когда‑то и был ронин.

Его рука нервно сжимала кожаную накладку на дугообразном древке. Лук слегка подрагивал. Хищным взглядом он смотрел в чёрную пустоту пещеры и думал о том, что ждёт его там. Лес стал тихим, слишком тихим. Не было слышно стрекотни сверчков, птицы больше не пели, совы не ухали, и как‑то разом исчезли все звери. Вся округа погрузилась в мёртвую пугающую тишину. «Затишье перед бурей,» – подумав об этом, ронин направился к сводам пещеры.

Поляна была обширной, с густорастущей травой и цветами. Он бесшумно бежал по ней, отсчитывая каждый свой шаг. Насчитав четыреста тридцать, воин замер. Из густой темноты на него взирали чьи‑то глаза. Большие, с вертикальным зрачком, как у кошки. Они горели в темноте ярко‑жёлтым цветом. Молниеносным движением рук ронин вытащил из‑за спины стрелу и натянул тетиву лука, направив её прямо в цель… но он так и не выстрелил. Глаза не моргая смотрели на человека в чёрном. Он всем телом чувствовал в этом потустороннем взгляде угрозу. Кай держал чудовище на мушке, но не стрелял. Почему? Все его инстинкты кричали убить монстра, но стрела так и не соскочила с тетивы. «Почему же оно не атакует?» – задумался Кай.

Напряжение в воздухе стояло такое, что его хоть ножом можно было резать. Но внезапно сводящую с ума тишину нарушил нечеловеческий голос, рычащий из глубины пещеры:

– Кто ты такой?

– Что… ты умеешь говорить?.. – ронин был немало удивлён, но даже при таком повороте он не терял бдительности.

Наконечник стрелы всё также был направлен на янтарные глаза.

– Кто ты такой? – лишь повторило свой вопрос чудовище.

– Твой палач.

Монстр засмеялся громким демоническим смехом, сотрясая весь воздух вокруг.

– Нет, ты, ронин, на перепутье и твоё имя Кай. Мне сказали, что ты придёшь.

 

Конец ознакомительного фрагмента