Дежавю

– «Достаточно приличная» – о да, именно такие слова напрашиваются, когда я вспоминаю зелёные стены и исписанные ручкой парты. Здесь – всё по‑другому. Как я не догадалась всё тебе поснимать. Хотя, наверное, это выглядело бы действительно дико.

– Действительно дико. Кстати, что там по пацанам? У вас их не слишком много, не так ли?

– Треть класса. Что могу сказать – все довольно приличные, нет никаких неприятных… Как и везде, есть странноватые, но я пока даже не знаю, как мне их описать – один был какой‑то он скрытный, а вот противные улыбочки второго, когда он на всех смотрел – жуть. О, знаешь что? Когда я уходила, он мне подмигнул. Подмигнул! Меня чуть не стошнило на месте, благо, я отвернулась.

– Ой какие мы брезгливые. Но да, да, прекрасно тебя понимаю, такие – далеко не редкость, я почему‑то постоянно их замечаю в последнее время. Он же симпатичный, верно?

– Можно так сказать.

– Тогда он знает об этом, и от того его самомнение намного выше, чем у здорового человека, – она засмеялась, – Ох, желаю тебе удачи. Ведь ты будешь каждый раз находить в нём повод либо для смеха, либо для припадка.

– Да. Но радует, что большинство – отличные ребята, и с ними легко находить общий язык. Надеюсь, так и будет, и ни в ком я потом не обнаружу гнилой личины и двуличья, как это было с… – тут Анабель замолкла, перестав смотреть на подругу и пристально всматриваясь в телефон.

– Что такое?

– Парень пишет. Говорит, сегодня ужин с его родителями. Так неожиданно, он же всегда сообщает заранее.

– Во сколько? Не пора собираться?

– Не знаю пока. – Через пару секунд, вскинув брови, Анабель завопила. – Выход в семь?! Так сейчас ровно шесть… и сколько займёт дорога! Надеюсь, в этот раз за мной снова заедет машина. Отлично, об этом беспокоиться не нужно. Хорошо, что макияж я ещё не смыла, нужно только подправить. И выбрать, что надеть.

– О, у тебя есть отличное новое чёрное платье – как раз та элегантность, которая требуется при встрече с его родителями, и обязательно к открытым ключицам добавь подвеску, которую он тебе подарил!

– Не хочешь наняться моим стилистом? – по‑доброму усмехнулась Анабель. – Мне нравится такой образ. Ну всё тогда, я побежала. Чмоки в обе щёки, напишу, как приду с ужина.

– Давай, буду ждать.

Анабель побежала собираться. Зная любимые рестораны родителей парня, ехать ей было примерно полчаса, значит, ровно столько же времени у неё было на все сборы до приезда машины. Да, город небольшой, но полным‑полно хороших мест, куда можно выбраться, и как раз плюсом – быстрая дорога.

Она любила такие ужины. Встречи проходили в лучших местах города, за столом все всегда сидели в поистине элегантных нарядах, и во всём пышила роскошь, но та, которую хотелось прочувствовать, а не от которой хотелось бы бежать с отвращением. Одно только сопровождение до ресторана чего стоило – блестящие чёрные машины с одним из личных водителей этой почётной семьи, всегда стоящий внутри приятный запах, интерьер автомобиля, подчёркивающий изысканность вкуса, а также классическая музыка, настраивающая девушку на ту манеру общения, которая была исключительна и необходима в разговоре с такими людьми.

Анабель отлично помнила, как познакомилась с парнем. Они отдыхали семьями в одном заграничном отеле. И так вышло, что из всех подростков там присутствовали только они двое – по такому случаю завязались диалоги, долгие беседы, прогулки ночью вдоль бассейна и первые признания в влюблённости. Поскольку отдых длился приличное время, возникли отношения. Правда, не сказать, чтобы эти двое видели какую‑то поддержку со стороны своих семей, но никто не ставил им запретов, не препятствовал ночным посиделкам, а потому взаимная симпатия вскоре стала привязанностью, и какова же была радость, когда они оба узнали, что живут в одном городе. Теперь у Анабель был человек, к которому она испытывала всё тепло и полноту чувств, что испытывают искренне влюблённые после двух месяцев отношений.

Затем, уже по прибытии в родной город, пара рассказала родителям о своих чувствах, и если со стороны родителей девушки были заметны лишь формальные поздравления, то со стороны парня – всё намного серьёзней. Так, Анабель стала посещать их совместные вылазки в картинные галереи, на выставки, концерты знаменитых оркестров и прочие развлечения для утончённых натур. Совместные ужины в дорогих заведениях тоже стали частью приобщения Анабель к этой немного странной, но статной семье, а поэтому она приняла решение наслаждаться своим просвещением и довольствоваться тем, что её вообще принимают. Конечно, дело было вовсе не в богатстве, однако тот факт, что девушка оказалась вовсе не из бедной семьи, вроде как укреплял её положение.

Что до характера, молодые люди были совершенно разными. Но, как говорили учителя физики: «Противоположности притягиваются», а потому, ни Анабель, ни парня почти ничего не смущало. Анабель – сильная, уверенная в себе личность, внимательная, и смелая, и невозможно привязанная к своим близким людям – будь то семья или друзья. Да, её задевал холод первых, так что оставалось надеяться на семью приобретённую, особенно, конечно, на парня. Анабель всегда брала на себя инициативу в отношениях: намечала встречи, предлагала выбраться куда‑нибудь на выходных, первая целовала, в то время как парень был не слишком разговорчив, предпочитал соглашаться со всеми предложениями своей девушки, но, казалось, любил сильно и искренне. Всегда слушал каждое слово Анабель, смотрел точно в глаза и никогда ни от чего не отказывался, поддерживая все её затеи. Когда она говорила «Я люблю тебя», он всегда отвечал: «А я ещё больше».

Итак, по расчётам Анабель, ровно через пять минут у её дверей будет стоять автомобиль, что теперь означает немедленное перемещение из собственной комнаты ко входу на первом этаже. Взяв в руки туфли, она пробежалась по ступенькам настолько быстро, насколько позволяло ей платье, прыжком оказалась возле зеркала, надела пальто, расправила волосы, встала на каблуки, бросила острый взгляд на своё отражение, преимущественно на лицо, удостоверилась, что выглядит прекрасно, надушилась и, мягко открыв дверь, вышла на крыльцо. Подсчёты оказались верны и через мгновение водитель уже открывал заднюю дверцу машины, здороваясь и желая приятной поездки. Ответив с той же вежливостью, Анабель села внутрь. Дверь закрылась, девушка пристегнулась. Водитель неожиданно повернулся, посмотрел на неё, странно улыбнулся, как показалось, немного с грустью, и, отвернувшись, взялся за руль.

«Что‑то странное со всей этой семейкой. Какие‑то они сегодня все дёрганные. Ох, надеюсь, это не очередной кризис отца. Иначе всё обернётся той же жёсткостью в обращении, которая немного задела меня на прошлом ужине». Рассуждения завладели разумом Анабель, и музыка, прекрасная музыка, классика, в этот раз не оказала своего действия. Терзаясь сомнениями, предполагая, чем вызвано столь неожиданное приглашение, зная, как строго в этой семье с распределением времени и планами на день, неделю, месяц, она пришла к утешению, что, в чём бы не заключалось оправдание, она будет держать лицо и посочувствует, если будет необходимо, но не предастся чувствам, если вдруг в эмоциональном порыве коснутся её личности. Такого уверения было достаточно, чтобы вновь услышать фоновую музыку и узреть, что через поворот она уже окажется на набережной, предстанет перед всей семьёй, узнав спонтанность встречи, и вновь увидится со своим молодым человеком. Вдобавок к этому предвкушению, девушка вспомнила, что одета сегодня бесподобно, и это прибавило ей уверенности.