Его мир

Она вспыхнула – не нужно было и понимать его намёки, чтобы точно знать, что те непристойны. Чарльз не джентльмен – это всегда было ясно, но каким образом ему каждый раз удавалось застать её врасплох? Пора бы привыкнуть к его аморальности и не ждать ничего хорошего. Не реагировать, не думать над смыслом его слов или действий, не пропускать через себя…

Вайлет резко приблизила руку к его лицу.

– Давай быстрее, пока я не передумала.

Конечно, уверенность в этих холодных словах была напускная. Ведь у Вайлет, по сути, не было выбора, и оба это понимали. Но быть его марионеткой она больше не могла. Хотя бы иллюзия контроля лучше, чем его отсутствие.

Как ни странно, Чарльз не стал насмехаться над её самонадеянным заявлением, а уступчиво потянулся к предложенной руке, заключил её в свои ледяные пальцы.

Вайлет вздрогнула. Прикосновение не было неожиданным, она видела, что Чарльз к ней тянулся, но этот холод… Это было словно касание даже не мертвеца, а самой смерти.

– Я не любитель тянуть с неизбежным, – невозмутимо начал вампир, будто и не заметив её реакции. – Но советую всё‑таки расслабиться, иначе будет больнее.

Вайлет вздохнула, отвернулась и постаралась представить, что ничего этого не было на самом деле. Что она и вправду сейчас дома, спала в соседней с Алексом комнате, как он и считал…

Не самая простая задача, учитывая, что ледяные пальцы продолжали обхватывать её руку, а вокруг царила тьма. Вайлет закрыла глаза, усилием воли заставив себя расслабиться. Если уж не получалось представить, что она не здесь, то хотя бы погружаться в происходящее не стоило. Ни к чему гадать, в какой момент Чарльз начнёт пить её кровь, как это вообще обычно происходило и насколько безопасно оставаться с ним сейчас здесь, когда он ранен. Судя по тому, как к нему обращался Энтони, вампирам для восстановления без крови никак. Что если Чарльз не остановится? С трудом можно себе представить, что в таком состоянии ему хватит нескольких капель.

Мысли путались. Успокоение не приходило, его достаточно быстро заменяла чуть ли не паника, глушимая лишь холодным рассудком, но ненадолго. Внутренняя дрожь почти не оставляла и, наверное, проявлялась и внешне. Вайлет расслабилась лишь когда вспомнила, что надо.

По ощущениям секунды тянулись вечностью, но на самом деле прошло совсем мало времени, наверное, даже меньше минуты – Чарльз действительно не стал тянуть и воспользовался первым же коротким мгновением, пока ловушка сомнений снова не завлекла бы её.

Было не так уж больно. Ощутимо, конечно, но не настолько, чтобы перебить мысли. Вайлет открыла глаза, обвела взглядом всё вокруг, а потом посмотрела на Чарльза.

Его лица почти не было видно, вампир склонился к её руке, а его длинные чёрные волосы щекотали её кожу, закрывая его в и без того царившем вокруг мраке. Но ни к чему было видеть Чарльза или его клыки, чтобы сознавать весь ужас ситуации. Вайлет думала, что уже свыклась с существованием монстров. Какое там – чувствовать себя пищей одного из них было по‑настоящему жутко. Очередное яркое напоминание, что они даже не одного вида. Что Чарльзу ничего не будет стоить разломить её как щепку. И если он хоть немного пожалеет об этом – ненадолго, лишь как об утерянной вещи, которая по какой‑то причине радовала.

Вайлет не могла к нему привыкнуть. Но тогда какого чёрта при каждом новом столкновении словно забывала, что было раньше? Пыталась говорить с ним, как с равным? Моментами ей даже казалось, что это он так с ней говорил, и этим как бы позволяя ей.

Но ведь Чарльз – убийца. Это его сущность. Однажды он уже продемонстрировал это Вайлет, и это была лишь приоткрытая вуаль.

Сколько ещё людей пострадают из‑за того, что он выживет? Конечно, не было никаких гарантий, что оставленный без крови вампир вот так легко сгорит на солнце, никем не защищённый и не имеющий самостоятельного плана. Но одно дело – не использовать рискованную возможность убить его, а совсем другое – помогать ему. Напрямую способствовать его комфортному выживанию.

Конечно, Вайлет понимала, что особого выбора у неё не было. Но это почти не утешало.

Она не знала, сколько уже времени Чарльз пил её кровь. Боли почти не чувствовала – слишком занимали совсем другие терзания. На вампира больше не смотрела. Возможно, даже не дышала, думая о том, а получится ли у неё вообще начать новую жизнь в новом городе. Вайлет никогда не жила прошлым, но в том‑то и дело, что Чарльза едва ли можно было так назвать. Она сомневалась, что он навсегда исчезнет, по крайней мере, из её мыслей. Пресловутый вампир словно стал какой‑то её частью.

Вайлет почувствовала его пристальный взгляд даже прежде, чем поняла, что её руку уже отпустили.

Возможно, её глаза уже привыкли к темноте, а возможно, исцелившийся Чарльз казался более ярким – непонятно, но на этот раз его лицо было отчётливо видно. Даже слишком – вампир сидел совсем близко, а их взгляды сцепились сразу, как встретились. Вайлет никак не могла отвести свой, хотя точно знала, что не была сейчас под гипнозом.

Во‑первых, Чарльз говорил, что если внушит ей что‑то, то этим признает собственную слабость. Не совсем обещание, но вполне могло сойти за него. А во‑вторых, даже когда вампир гипнотизировал её брата, она словно ощутила это на себе. Воздействие было слишком мощным, так что наверняка Вайлет уловила бы его.

Но то, как Чарльз сейчас вглядывался в её лицо, сбивало с толку и не позволяло отвести взгляд. Вампир казался на удивление живым, и не столько даже потому, что исцелился от ран. Он смотрел на неё иначе, чем обычно. Более… Уязвимо? Странно, но Вайлет улавливала, что Чарльз понимал, какими мыслями она терзалась. И ему действительно было до этого дело. Более того, вампир будто даже стремился как‑то сгладить всю ситуацию, но не знал, как и чуть ли не безмолвно спрашивал об этом Вайлет.

Очень мало похоже на правду, но что ещё мог означать этот проникновенный взгляд?

Чарльз должен был понимать, что никакими словами их проблему не решить. Но он явно собирался что‑то сказать, и Вайлет напряглась всем телом, уловив это.

– Скоро рассвет, – вопреки её ожиданиям, вампир сообщил именно это, причём скорее отстранённо. – Нам не стоит здесь оставаться.

Мгновенно выйдя из оцепенения, Вайлет оглянулась по сторонам и зябко повела плечами. Вокруг всё ещё было темно, сыро и мрачно, но какие‑то просветления и вправду уже намечались. Жаль, что только в буквальном смысле. Ведь тот взгляд Чарльза явно не означал, что он хотя бы задумывался о том, чтобы просто отпустить её.

– Отправимся в замок? – бесцветно уточнила Вайлет.

А в голове тут же возникло воспоминание последнего дня, когда она туда заходила. То самое убийство, кровь повсюду на полу, на её платье, безжизненный взгляд девушки…

– Нет, – Чарльз ответил с непривычной печальной серьёзностью. Так, что её мрачные воспоминания сами собой рассеялись, уступив место озадаченному непониманию. – Я знаю, что ты не хочешь туда возвращаться, – спокойно пояснил вампир, встретив её вопросительный взгляд своим участливым.

Вайлет не нашлась с ответом. Такой Чарльз совсем сбивал с толку.

– Больше никаких испытаний, – заявил вампир, поднимаясь. И протянул ей руку.