Фракиец

Разум: 5/10.

Живучесть: 6/10.

Выносливость:6/10.

Восприятие: 6/10.

Удача: 4/10.

Расовый параметр:

Интуиция: 3/10.

 

«Надо бы попробовать увеличить силу или ловкость до десяти и посмотреть, что от этого будет».

Но, вспомнив, что со мной было во время увеличения живучести, я невольно содрогнулся. Разум, удача и интуиция значительно отстают, но это можно достаточно быстро исправить. Помня о малоприятных последствиях увеличения живучести, лёг на пыльный топчан и мысленно добавил единицу к Разуму, так как быстрое мышление лишнем точно не будет.

 

Разум: 6/10

 

В голове возникло странное чувство, как будто внутри мозга пощекотали. Боли, как ни странно, не было, и достаточно быстро всё прошло.

Последнее очко решил вложить в восприятие, так как чем раньше я замечу неприятности, то тем проще будет их преодолеть, тем более всего с одним глазом.

 

Восприятие: 7/10

 

На этот раз все прошло намного легче, чем с живучестью. Как будто зачесался глаз, кожа, стала лучше ощущать одежду и жёсткую кровать под ней, уши уловили новые звуки.

Встав и оглядевшись, я явственно уловил, что стал намного лучше видеть и слышать, даже как будто уловил новые оттенки в запахах пыли и затхлости.

Решил не останавливаться на достигнутом и проверить ещё парочку коридоров. Заглянул в очередную каморку и обнаружил зеленокожего, чья синяя кровь испачкала весь пол, однако в коридоре следов не было; впрочем, как и кого‑нибудь ещё в самой комнате.

«Не сам же он себе вспорол брюхо?».

 

Враг Урук‑хай 1 Уровень

 

Быстрый взмах клинком, и я прервал его мучения.

 

Внимание! Вы получили 8 ОС! (15/60)

 

Обыскав очередной труп, я с удивлением не обнаружил ни торбы, ни оружейной карты. Только окровавленную железку, похожую на обломок ножа.

В очередном коридоре моё внимание привлекли пятна крови на полу и стене. Заглянув внутрь, я увидел сидящего у стены крупного измазанного кровью мужчину. Возле него лежало шесть бездонных торб и копьё, он сосредоточенно заматывал культю на левой руке. Голова его была полуседая, впрочем, как и аккуратная бородка.

 

Союзник человек 2 Уровень

 

Нимб подсвечивался зелёным.

Я кашлянул, привлекая к себе внимание.

– Радуйся незнакомец! – произнёс я на системном языке.

Раненый вздрогнул, схватил здоровой рукой лежащее рядом длинное копьё и неловко выставил его в мою сторону.

– И ты радуйся, воин! – произнёс он тихо, перехватывая копьё более удобным хватом.–Я – Пелит, сын Эврисака из рода Филиалов, потомок Аякса Великого,– продолжил он, настороженно смотря на меня.

– А меня звать Фламмифер. И до недавнего времени был гладиатором у ланисты Люция из Капуи, и пока у меня есть веские причины не упоминать моих предков,– с некоторым внутренним сопротивлением проговорил я. Не желая напрямую говорить о том, что я в том числе ещё и беглый раб.

– Если тебя не затруднит, расскажи: почему у тебя статус врага? – спросил эллин, внимательно следя за мной.

– В этом нет секрета: на меня напали, и я защитился как смог, – сказал я полуправду.

Немного обдумав мой ответ, Пелит кивнул своим мыслям и опустил копьё.

– Предположу, что у нас с тобой, богоравный Фламмифер, нет вражды, и мы можем скоротать время беседой, так как до конца божественного задания осталось чуть больше часа,– с улыбкой сказал Пелит.

– Не откажусь от интересной беседы, да и в случае если на нас кто‑нибудь нападёт, то двум подранкам будет проще,– ответил я, устроившись поудобней на стуле напротив Пелита.

– Как я уже сказал, род мой восходит к богоравному Аяксу Тилиманиду, правнуку Зевса и соратнику Уллиса и Ахилла. Про них было сложено немало легенд, надеюсь, мой юный друг слышал некоторые из них,– начал Пелит, продолжив заматывать культю туникой.

– Да я слышал песни рапсодов об осаде великого города Трои и про Героев, равных богам, – подтвердил я, невольно вспомнив своего друга по нелёгкой гладиаторской судьбе, умершем полгода назад. Он был горазд рассказывать разные байки, в том числе и про то, о чём начал говорить Пилит.

– После того как Аякс кинулся на меч, прошла пара поколений, и мой досточтимый предок Филей перебрался в славный полис Афины. И передал наш родной остров Саламин под руку Афин. И род наш из царского превратился в род просто знатный,– с некоторой грустью продолжил он.

– Но, несмотря ни на что, наш род процветал. В нём были и отважные воины и мудрые военачальники и не менее мудрые политики и философы. Я же посвятил свою жизнь медицине и философии. Впрочем, если бы выбрал военную стезю, то не лишился бы руки в схватке с зеленокожим воином,– закончил он свой рассказ, одновременно завершив завязывать узел на культе при помощи зубов и здоровой руки.

Посмотрев мне в глаза он увидел там изумление, так как не каждый день увидишь человека, спокойно рассуждающего об истории своих предков и попутно обрабатывающего свою же отсечённую руку.