Фронтир

– Десантники, – голос Первого Капитана был деловит и спокоен. – Вы все ознакомлены с полётными заданиями, так что по сути предстоящей операции мне добавить нечего, однако хочется сказать несколько слов от себя. Я надеюсь, что всем понятно: наша цель – отвлечь врага от трассы конвоя наших тягачей, бойцы из группы прикрытия должны в пути заниматься основной задачей, а не жертвовать своими жизнями в неравных арьергардных боях. А потому мы полноценно, всеми имеющимися у нас в распоряжении штурмовыми мобильными силами атакуем ключевой промцентр врага по вектору, транслированному вам сетью. Забудьте слова «создать видимость атаки», Легион Белых Тигров не достоин игр в прятки с врагом. Мы двинемся на них с такой силой, чтобы они и думать забыли о том, что происходит в нашем тылу. А для этого каждый воин должен помнить только о том, что наша единственная цель – впереди. Штурм будет реальным, так что как только враг допустит хоть одну оплошность, мы тут же ворвемся под прикрытием орбитальной группировки на его территорию и возьмём от этой победы всё, что сможем взять. Пусть каждый из вас выложится, проявит всё свое мастерство солдата и самосознание человека, чтобы приблизить тот день, когда последний контрольный центр врага будет стёрт с лица этой планеты.

Капитан помолчал.

– Ещё. Подвижность сейчас – наш козырь. В случае непредвиденных событий Верховное Командование, согласившись со мной и Капитаном Алохаи, помимо ограниченного орбитального удара разрешило активировать в бою мезонные бустеры ваших машин.

Общий канал дружно задышал. Ребята встрепенулись, я тоже. Прямоточные мезонные ускорители, наиболее мощные из всего потенциала штурмовых сил, были штатно установлены на каждой машине тяжелее стерднетоннажника, но были запрещены для использования на планетах с развитой биосферой, поскольку в отличие от стандартных нейтринных генераторов, замкнутых на ядро местной звезды, среди побочных результатов их работы были разнообразные долгоживущие изотопы, загрязняющие атмосферу сильнее килотонных нуклеарных и кварковых зарядов. Разрешение их использовать, пусть и в крайнем случае, давало нам немалое преимущество в скорости и запасе прочности внешней брони, но планета могла быть в итоге загрязнена остаточной радиацией на столетия вперёд.

– И последнее. Если бы Капитаны Олдридж и Корнов сейчас были с нами, они бы пожелали Легиону справиться с задачей и невредимыми вернуться на новую Базу. Десантники Северного Легиона «Белые тигры» Сиреневой Армии Двенадцатой Группы Планетарного Корпуса Космофлота Галактики Сайриус – машины к бою.

С этими словами Капитанский Манипул стартовал по низкой дуге, увлекая за собой ребят из Отряда, которые, не дожидаясь моей команды, тут же начали сворачиваться вокруг привычно скользивших в колышущемся воздухе на ребре брюхом друг к другу красных «Ксерксов» Капитанов Ковальского и Алохаи.

Обычно я в бою отвечаю за тактическое командование, в то время как «Бета» ведет наблюдение за местностью и потенциальным противником, а «Гамма» отвечает за координацию с соседями и следит за Капитанским каналом, то есть реализует нашу основную задачу. А потому я тут же воспользовался их данными, принявшись корректировать наши порядки.

Подразделения Первого и Третьего Крыльев, соседние с нами, состоящие из тяжелых «Циклопов», представляли собой хорошее фланговое прикрытие, так что, оставив звено «C» висеть на хвосте у Капитанов с указанием «ловить собственными задницами шальные снаряды», я выдвинул остальной Отряд вперед в построение «железный занавес». Пока пусть будет так, а в толчее боя посмотрим.

Занимаясь покуда разными мелочами вроде которой уже проверки готовности боекомплектов, я углом зрения продолжал наблюдать, как стратегическую сетку постепенно заливает зелеными волнами сигналов машин Легиона. Наш Отряд, стартовавший в первых рядах, уже давно затерялся в этом море огней. Тысячи уже безо всякой маскировки набирающих высоту штурмовиков под самым носом у передовых форпостов врага должны были произвести на механоидов должное впечатление.

И точно, не успели мы миновать последние отроги горной цепи, как их оборонительная линия уже выглядела рассерженным ульем. Орбитальные сканеры показали нечто вроде клубящегося зловещего дыма, потянувшегося к нам со стороны промзон. Это работали пусковые шахты и пустели стартовые платформы – к нам приближался враг. Спустя ещё некоторое время стратегический масштаб стал абсолютно бесполезен, так велико было количество сигналов, покрытых к тому же плотной кисеёй нанотехнологических выбросов. Надолго их не хватит, те энергии, которые сейчас бушуют в нашем строю, выжигают сверхпроводящие контуры вражеских нановирусов с лёгкостью концентрированной кислоты. Но вот поднять энергию на защитных контурах стыков броневых плит моей «Баньши» – самое время. Эту дрянь мы вычистим позже, сейчас не до них.

Детекторы уже вовсю сигналили о прибытии первого эшелона сопротивления нашей атаке. Оценка бортового церебра легла на панель. Отряду досталось порядка шестисот истребителей модели CS‑208 – это легкие машины, вот и подоспели первыми, справиться с ними не проблема, но на подходе была куда более тяжелая техника, и тогда наличие у нас под боком скоростных истребителей станет… обременительным. Враг поторопился, бросая их на нас раньше времени, почти по‑человечески паникуя. И надо этой ошибкой воспользоваться.

Инициализировав сержантский канал, я приказал звеньям «А», «D» и «Е» следовать за мной на перехват, затем оставил командование на «Гамму» с «Бетой» и занялся непосредственно наведением огня. Чёткие ряды шедших на нас плоскостным строем типа «графит» истребителей меня уже начали немного раздражать, так что я с превеликим удовольствием переключил панель в боевой режим.

Тут же все видимое пространство покрылось векторами атаки, полями манёвра, областями поражения и прочей тактической информацией. В углу замелькали данные боеготовности и ресурсов, отслеживались первые доступные цели. Краем уха я вслушивался, как по общему каналу «Гамма» разъяснял парням их задачу: «За один заход отработать все цели по максимуму, но чужие – добивать не пытаться. После – сразу назад к Капитанам. „Терис“, „Мостар“ и „Салазер“ – держитесь сзади, подчистите там всё за нами».

На радаре стало видно, как три манипула тут же покинули строй и рассредоточились для поддержки первой волны, в которой летели и мы. «Гамма» с «Бетой», как обычно, принялись машинально описывать вокруг меня петли защитного построения, не отрываясь от тактического командования Отрядом. Моя же задача…

Впереди уже горели цели. Церебр моего «Баньши», заметив, что я переворачиваю машину для атаки, тут же порекомендовал мне сократить дистанцию, чтобы повысить коэффициент поражения. Мне это не подходило. Основное вооружение CS‑208 – мощные инфракрасные лазеры – было дальнобойным и требовало всего десятисекундной паузы на восстановление, остаться же под этими штуками с истощенными экранами лучевой защиты… в общем, и правда, нужно было бить всё с первого захода.

Сверившись с банком данных, я нашёл решение. На борту в боекомплекте удачно было две кумулятивных торпеды класса «Смерч», крайне редко используемые из‑за своей низкой избирательности. В самый раз.

Щёлкнув пальцем по сенспанели, я с мрачным удовольствием пронаблюдал, как из боковых бомболюков вывалились мои толстушки. Сработали альфа‑водородные ячейки ускорителей, и пара точек на экране понеслась в самый центр строя, уже начавшего разворачиваться для атаки на пределе дальности своих орудий.