Галактика на ладони

На посетителя было любо‑дорого смотреть. Вытаращенные глаза, открытый рот и детское изумление на лице.

– Несколько месяцев? И не стану пилотом? Но я думал…

Он замолчал, переваривая информацию.

– Кто вы по профессии? – спросил я, просто чтобы разрядить обстановку.

– Литературовед, этнограф, – рассеянно ответил он. – Изучаю устное народное творчество жителей Веринды‑два. Специализируюсь на хохотушках. Знаете?

Он закатил глаза и с непередаваемым выражением продекламировал:

 

На крылечке я сижу,

Да с милёночком гужу.

Каждый вечер наливаю –

До утра не разбужу.

 

Я понимающе хмыкнул. Эти забавные стишки местные народные поэты сочиняли по любому поводу. Оказывается, есть на свете чудаки, которые их изучают.

– А для чего вам астронавигация? – поинтересовался я.

Посетитель закрыл рот и сурово посмотрел на меня сквозь круглые очки. Выглядело это забавно.

– Это моё дело, – строго ответил он, непроизвольно дёрнул плечом и снова оглянулся. – Дайте, пожалуйста, этот двадцатитомник под редакцией Гуршеля.

– Куршеля, – поправил я. – И Сомского. Извините, выдать вам книгу на руки я не имею права. Но вы можете работать с ней здесь. У нас удобные гипношлемы с индивидуальными вкладышами.

Я широким жестом обвёл небольшой уютный читальный зал.

 

Да, работать с книгами посетитель умел. Я некоторое время наблюдал, как он то замирает под гипношлемом, то методично прокручивает страницу электронной читалки. К концу дня он почти осилил первый том.

Честно говоря, я слукавил, когда не позволил ему унести флэш‑карту с собой. Ничего подобного в правилах не было. Но меня не оставляла надежда разговорить странного литературоведа, который так живо интересовался прокладкой космических маршрутов.

Через пару часов я принёс посетителю чашку горячего бруба с сахарным кренделем. Крендели я каждый вечер покупал в крошечной булочной возле нашего с Линой дома.

Да‑да, у нас с Линой был настоящий дом! Целых три комнаты и кухня с видом на крохотный заросший палисадник на улице Золотых Тагусов. Просто мечта молодой семьи. Дом сдала нам пожилая пара, которая предпочитала жить в посёлке, подальше от городского шума.

Мы сняли домик на деньги, которые дядька Томаш раз в месяц переводил нам с Местрии. Космическая гусеница исправно несла платиновые яйца, а Корпорация честно распределяла прибыль. Интервью с довольными жителями Местрии крутили по всем планетарным каналам, расписывая выгоды сотрудничества с Корпорацией. Дядька Томаш почти уже стал звездой галактического масштаба.

Так что работу мы искали не потому, что умирали с голода. Бессмысленное безделье – вот что было невыносимо. Хоть на Местрию возвращайся, честное слово!

 

Этнограф жадно втянул ноздрями аромат бруба, сглотнул слюну и стал отказываться. Похоже, у него не было денег, и он очень этого стеснялся. Но я просто поставил на столик рядом с ним чашку и блюдце с кренделем. А потом сходил за брубом для себя и снова уселся в своё кресло.

Посетитель просидел за книгой до самого закрытия библиотеки. А уходя, поинтересовался, в котором часу она открывается. Я мог быть спокоен – мой план сработал.

Запирая дверь, я видел, как он шёл по улице быстрой подпрыгивающей походкой. Рыжая копна волос плыла вдоль домов, словно диковинный цветок на тонком стебле.

 

Пожав плечами, я последний раз дёрнул дверь и неторопливо направился в сторону дома. Свернул в крохотный узкий переулок, срезая дорогу. И тут на голову мне накинули плотную тряпку, а что‑то твёрдое больно ударило в солнечное сплетение, вышибая дух.

 

Глава 3

 

Со свистом выдохнув воздух, я упал на колени. Сильные руки повалили меня на мостовую и туго стянули тканью шею. Мужской голос скомандовал:

– Выверните ему карманы, девочки! Скорее!

Я почувствовал, как цепкие пальцы шарят по карманам комбинезона, который я продолжал носить и после окончания академии. Непроизвольно дёрнулся и тут же получил коленом по рёбрам.

– Не трепыхайся! Нам нужны только деньги.

Голос показался мне знакомым, но я был слишком занят попытками вдохнуть хоть немного воздуха.

– У него нет денег. Только карточка и какой‑то ключ.

Этот голос был женским, и я определённо знал его тоже!

– Вот чёрт! – выругался мужчина. – Он что, собирался расплачиваться в борделе карточкой? Ладно, слушай, ты! Сейчас я тебя отпущу. Падай лицом вниз, лежи тихо и считай до ста, понял? Потом вставай и уматывай на свой корабль. Если снимешь мешок раньше – я тебя пристрелю.

Теперь‑то я узнал говорившего без тени сомнений! Ничего себе! Просто в голове не укладывается. А вдруг я ошибся? Получить пулю в голову совсем не хотелось.

Мужчина тем временем настойчиво спросил:

– Ты понял, что я тебе сказал?

Я решил рискнуть.

– Да, понял. Лежу тихо и считаю до ста. Только… Фолли! Это я, Ал!

 

***

– А что нам было делать, Ал? Чёртов капитан Верньер бросил нас на Веринде‑один без вещей и с парой кредитов в кармане. Да ещё и доложил в Корпорацию, что мы сами дезертировали с корабля. На попутном грузовике мы кое‑как добрались до Веринды‑два и тут застряли наглухо. Ни еды, ни крыши над головой. А Лусия беременна.