Город и люди в нём

– На нём только один заряд. – взглядом указав на единственный оранжевый огонёк. – Уверенна что хочешь потратить его на меня? К тому же, ты разбила мне голову. – прикоснувшись к свернувшейся крови, и козырнув, пошёл дальше.

Перехватив шокер так, чтобы бить его самой прочной частью, он сделала два решительных шага. Услышав, Ханг поспешно подобрал небольшой обрезок арматуры с острым краем, и изготовился отбиваться. Вдруг, выйдя из ближайшей тени, к ним направились трое. Тёмная одежда, чёрные перчатки, повязки на лицах. Один встал перед парнем, двое лицом к девушке.

– А вам чего нужно! – Лиза, и не думая отступать.

Посмотрев ей в глаза, бритоголовый опустил хмурый взгляд на шокер, затем снова заглянул в глаза, чуть повернув голову, показывая чёрное кольцо татуировки на шее. Такие же, но в других местах были и на остальных. Медленно кивнув себе за плечо, бритый указал взглядом на парня, затем также медленно подняв мозолистую руку, сжал пальцы в кулак, после чего спрятал тот в карман. Вновь вынутая с разжатыми пальцами, она снова медленно раскрылась, будто распускающийся цветок. Резко поднявшись, холодные глаза вонзились в девушку, пока ладонь медленно смыкалась, сжимая отбрасываемую ей тень. Короткий звук разочарования, и она отступила.

“Не похожи на тех, кто хочет вмешаться чтобы помочь” Подумал Ханг, а затем заметив метки. “Нимбы!” Отступая.

Тут же отреагировав, коротко стриженные двинулись следом, сохраняя дистанцию.

– Что вам нужно? – не громко, с робостью в голосе.

Заметив, как девушка пошла прочь и её не преследовали, он снова попятился, но стриженные не отставали, по‑прежнему не произнося ни слова, с каждой секундой, казалось увеличиваясь в размерах. Короткий шорох и пятка упёрлась во что‑то мягкое. Вспышка, и в памяти возникло бледное тело Тленца, брошенное посреди дороги, словно прохудившаяся покрышка. Разумом он понимал, что тело далеко позади, не меньше чем в трёх сотнях метров, но от того не легче. Страх закипал, быстро приближаясь к краю чаши. Ноги и пояс напряглись, будто позади начиналась пропасть. Рука приготовилась бить. Увидев блеск в глазах загнанной крысы, молчуны разошлись в стороны. Появившись из‑за их спин, бритоголовый встал между.

Легко и добродушно улыбнувшись, он протянул открытую руку. Не предложение рукопожатия, не какая‑то угроза, но нечто среднее, между одобрения, и позволением от монаршей особы. На бледном указательном пальце, выделялось сдвоенное медное кольцо. Части, соединялись блестящими скобами. Одновременно, двое других подняли левые руки, и продемонстрировали такие же кольца. Медленно, бритоголовый достал из кармана небольшой свёрток с ломтём хлеба, показал его с разных сторон, отщипнул и съел кусочек, затем предложил Хангу и получив отрицательный ответ, положил на землю. Тонкая улыбка и рука снова опустилась в карман достал два коробка. В обоих были мелкие, белые гранулы. На правом, написано NaCl, на левом соль талия. Пасом свободной руки, он предложил выбрать и подняв хлеб, показал будто обмакивает его. В качестве средства убеждения, двоя стоящих по сторонам, не глядя на процесс, отведя руки за спину, обнажили грозного вида оружие. Под требовательным надзором, вынужденный сделать выбор, ориентируясь на знакомое слово, Ханг взял хлеб и, макнув в соль талия, откусил кусочек. Обычный, не особо вкусный хлеб с солью. Снова улыбка от бритого, и развернувшись, все трое, отступив на два шага, собравшись вместе, и пошли туда же, куда и грабительница.

 

Оранжево‑жёлтые фасады верхних этажей, тёмные улицы, неразборчивые голоса за запертыми дверьми, движение тёмных фигур в подворотнях. То сжимая, то перебирая в пальцах, рука беспрерывно ощупывала подобранный кусок наискось срезанной арматуры. Знакомый переулок, тёмный проём, где подобрал свою обувь, параллельная улица, на которой нечего не напоминало об утреннем страхе, знакомые остовы машин, вращающаяся дверь дома в котором появился, а за ней Муса. Расположившись у колонны, там куда падал последний солнечный луч, он неспешно чистил медный плафон. Нажав кнопку вызова лифта, Пятый заметил такой же плафон на ближайшей стене, и обнаружил его блестящим, будто новый, как и остальные в ряду. Недоумение быстро сменилось гневом. Ноготь указательного пальцы, пробежал по срезу арматуры. Нахмурившийся лоб, потревожил рану, став тем толчком, что спровоцировал обернуться. Не замечая решительного взгляда, охранник занимался своим делом. Тихий, размеренный шелест ткани по металлу. Тусклы блеск очищенных мест. Пластырь на саднённых пальцах, зеленоватая пыль на руках. Гулко тряхнув механизмами, лифт остановился на этаже. Замерев на языке, грубый вопрос развалился, раскритикованный создателем.

“А что он может мне ответить? Нет, не так. Какой ответ меня устроит? Какой бы ни была причина, меня это не касается. Но, тогда…”

– Красиво. – не громко.

Сам же, чувствуя чужеродность яркой новизны, соседствующей со старым интерьером. Будто полированные пуговицы на рваном пальто, или миловидная девушка в ярком платье на улицах увядшего города.

Подняв голову от работы, охранник обернулся, оглядел, задержав взгляд на разбитом лице, а затем кивнув, вернулся к работе, слегка улыбнувшись. Шелест разболтанных роликом по металлическим полозьям, щелчок скрытого под панелью реле и слегка просев, кабина начала подъём.

 

– С возвращением! Долго вы сегодня. – радостно воскликнул Артур, перегибаясь через спинку стула, чтобы взглянуть на вошедших.

– Не обольщайся. Он ждал только того, кто исправит за ним ужин. – Готфрид, с облегчением отбросив тарелку с чем‑то мало съедобным.

Обернувшись на голоса, Катя нахмурилась, разгоняя сигаретный дым, всматриваясь в лицо вошедшего. Также обратив внимание на кровь, блондин тут же стёр улыбку, и лишь домохозяин, не поняв, продолжил тараторить.

– Ну как тебе его работёнка? Та ещё мука, верно! Грязные железки, старый хрыч, стрёмный квартал… И откуда такой огромный рюкзак?

Закрыв дверь, Ханг сбросил ношу и, повесив верхнюю одежду, пошёл в сторону кухни.

– Обменял по дороге. Всю зарплату спустил. Не знаю, жалеть или радоваться.

– Давай поглядим. – заинтересованно направившись к покупке.

Обеспокоенно взглянув на закрытую дверь, Готфрид поднял, и встретившись взглядом с девушкой, указал на кухню. Кивнув, она чуть скривилась, быстрым шагом последовав за новичком.

– Что за фигня? – удивлённо, возмущённый неоправданными ожиданиями, с брезгливой полуулыбкой достав топор и плёночный фартук. – На кой ляд тебе это сдалось? – но заметив кровь, тут же сменил улыбку оскалом, мгновенно поняв предназначение инструмента.

Верхний свет не зажёгся и, включив подсветку рабочей зоны, она подошла к Хангу. Подставив руки под струю тёплой воды, он самозабвенно наблюдал за её движением. С подбородка капала вода. Размоченная корка на брови снова начала кровоточить.

– Ты в порядке?

– Сойдёт.

– Где Женя?

– Где‑то. Я отпустил его выпить с друзьями.

– Отпустил? Или он сам ушёл?