К Звёздам

Тадек достал из кармана штанов большие круглые часы на цепочке, посмотрел на время и голосом кролика из сказки смешно заахал, – Ах, боже мой… Как же я опаздываю!

В институтском коридоре царила тишина. Видно, занятия уже начались, и Тадек виновато крался по свежевымытому полу вдоль стены на цыпочках, чтобы не дай бог не попасться на глаза злющей уборщице. Войдя в аудиторию, он с удивлением обнаружил лишь несколько человек, лениво восседавших в полудреме на задних рядах.

– А где же все остальные? У нас что, какие‑то изменения в расписании? – с недоумением спросил он.

– Наверное, все в большом холле, – ответил самый пухлый из студентов, с усилием оторвав голову от парты, – Новости смотрят.

– Какие новости могут быть в понедельник?! – немного выходя из себя, пробормотал Тадек, – Хотя по понедельникам обычно все в разной степени чудят…

Он поднялся в большой холл, где висела большая информационная панель, по которой шли последние новости. Зал был основательно забит студентами, которые сидели, стояли и даже лежали на подоконниках, но несмотря на это, стояла гробовая тишина, которой позавидовал бы любой даже самый заправский лектор. Недалеко от себя Тадек увидел знакомую полированную голову декана Мартина, который так же внимательно и задумчиво слушал диктора. Он был лысым, со слегка загорелым лицом, среднего возраста и очень похож на Шалтай‑Болтая с красивым малиновым галстуком в толстую полоску.

– А что случилось? – шепотом спросил у него Тадек, надев только что протертые носовым платком очки, – Как будто прям война!

– Вы что, ничего не слышали?! – в свою очередь полуудивленно, полувопросительно воскликнул декан. – Второй день уже по всему свету исчезают люди – буквально просто испаряются! В основном это заметно по всякого рода исправительным заведениям, но в некоторых странах внезапно исчезли целые правительства, можете себе представить! Знатный бардак намечается.

– Однако же, странная на первый взгляд просматривается аналогия, вам не кажется? – ответил Тадек, – Неужто Создатель вспомнил про плоды творения своего и решил навести порядок?

– Главное, что люди наконец про Него вспомнили, – ответил декан Мартин, – Везде нынче проходят богослужения и молебны на разные лады. Пойдемте, Тадек, я заварил чай и надеюсь, он ещё не остыл – все равно день пропал ни к черту, а нам всегда есть о чем поговорить.

– Ну, по крайней мере, мы верны главной научной концепции, – ответил Тадек, – «Когда все летит в тартарары, профессора пьют чай с булочками и вареньем».

 

XIII

 

Почти две недели полета были позади, и Армаон подлетал к ближайшей из всех известных кротовьих нор, ведущих в галактику Андромеда. Все члены экипажа проводили время с пользой и были очень заняты на протяжении всего полета настолько, что почти даже не виделись и практически не пересекались, кроме как во время еды. Хорошо, что совместные приемы пищи были строго регламентированы Армой, во время которых друзья делились своими новостями и впечатлениями.

Кейн с утра до вечера пропадал в спортзале, где тренировался в условиях повышенной гравитации, иногда на пару с Драамом, который, после последнего происшествия, решил на всякий случай сбросить пару десятков килограммов. Он, в свою очередь, учил Кейна разным тактиком боя, обороны и умениям обращаться с известными и доступными им видами оружия и защите. Кейн всё схватывал на лету, словно просто вспоминал давно забытое, чем откровенно удивлял своего инопланетного наставника.

Джон внимательно и с большим интересом изучал научные достижения народов галактик в разных областях и в последнее время он выглядел так, словно его регулярно и продолжительное время били током. Время от времени он присовединялся к Маарву, который проводил разные опыты с полученной частью Билета. Он пытался идентифицировать его составные компоненты, но тщетно – анализатор веществ Армаона не находил никаких соответствий во всех известных периодических системах. Он провел ряд анализов путем синтеза и лазерной резки, но после того, как он поломал три самых твердых и дорогостоящих сверла, Арма заблокировала ему доступ в часть складских помещений лаборатории. Таким образом, вторую неделю обеды и ужины проходили по знакомому сценарию – Маарв и Джон сидели напротив друг друга за столом, и на первый взгляд казалось, будто они с интересом общаются, рассказывают и делятся своими мыслями. Но если прислушаться, то становилось ясно, что при всем этом они не особо‑то друг друга и слушали, и каждый говорил исключительно о своем. Кейн смеялся до упаду, слушая эти забавные научные диалоги друзей.

Однажды вечером Арма вызвала всех в срочном порядке в кают‑компанию. На экране информационной панели они увидели озабоченного и немного осунувшегося Абууна.

– Не пугайтесь, это его обычно состояние, – шепнул Маарв, успокаивая не столько друзей, сколько в первую очередь себя. Он‑то хорошо знал, что за этим никогда не следует ничего хорошего.

– Вы забрались довольно далеко, – сказал Абуун с расстановкой, – Мы едва смогли синхронизировать сигнал для связи. Итак, сразу к делу – новости не слишком утешительные. Первая стадия геномода на Синей Планете уже началась, так что времени у вас немного. Он внимательно посмотрел на встревоженных Джона и Кейна. – Вы должны понимать, что у вас есть шанс не просто все исправить, – продолжал Абуун, обращаясь к землянам, – Вы можете способствовать небывалому прорыву в вашей человеческой истории и привести ваш народ в космос. Ну а геномод, – он сделал над собой усилие. – Будем считать, что пока это лишь к лучшему.

Было заметно, что подобный ход мыслей дается Абууну нелегко. – Кстати, – сказал он после долгой паузы, – Мы знаем про вашу стычку с этими звероособями на Омере и, наверное, вам будет интересно узнать, что за всем этим стоит Кваон.

Маарв с Драамом, услышав это имя, переглянулись и помрачнели. Кваон был не просто членом вриинского совета, а серым кардиналом Вриина, родом из влиятельнейшего клана, чья семья на протяжении нескольких последних сотен лет владела крупными рудниками по всей системе. Кваон вкладывал астрономические средства на поиск и развитие новых земель, спонсировал крупнейшие экспедиции в самые дальние уголки известной вселенной в поисках незанятых и пригодных для обитания миров. Вполне возможно, что ограничься он своим вполне завидным положением крупнейшего магната, мало кто знал бы его имя, кроме узкого круга посвященных. Но Кваон хотел власти и предпринимал значительные усилия на продвижение себя и своих сподвижников в государственной иерархии Вриина. При этом все понимали, что достигнутым положением он никогда не ограничится, и будет стремиться на самый верх.