Лакрон. Начало. Война

– Жить будут, – сказал я торговцу. – Ну, спасибо, Татор, за помощь. Не забудем. Надеюсь, ты понимаешь, что то, что ты делаешь – не очень хорошо. Были бы на нашем месте другие, убили бы тебя наперекор обещаниям. Давай, Татор. Удачи тебе.

– Прощай, мужик, – добавил Дэмиан.

Татор посмотрел на скорчившихся мужчин, перевалившись через прилавок, и с растерянно‑испуганной улыбкой попрощался.

Эпизод

IV

Уже темнело. Солнце уходило за горизонт и уступало место Пларраксу, звезды одна за другой вытесняли багряное небо. Выйдя из оружейной, я шутливо сказал:

– Было бы у меня такое оружие, я бы тоже быстрее справился. И почему я его не взял?

Мы оба усмехнулись, но ненадолго. Дэмиан с серьезным голосом сказал:

– Нам нужно идти как можно быстрее, нет времени ночевать в отеле.

– Я‑то без проблем переночую на улице, не привыкать, – сказал я.

Дэмиан ничего не ответил.

– Где этот Парал? – спросил я.

– На юго‑западе отсюда, далеко. Километров четыреста где‑то, – ответил Дэмиан.

Это меня огорчило. Мне нужно было как можно быстрее добраться до границы, а теперь я вынужден повернуть в другую сторону. На секунду я пожалел, что связался с этим, но я не мог позволить себе бросить его в такой беде. Я обязан ему помочь, перед ним я в долгу. Я отсеял все сомнения и сказал:

– М‑да. Ну, что ж, тогда в путь!

Пока шли, вспомнили, что мы чуть не отправились в дорогу без припасов. Мы вернулись к тому месту, где бросили рюкзаки. Хвала небесам, они были на месте. В них была еда, вода, теплая одежда и еще немного денег. Всего Дэмиан насчитал тридцать два иана. Если покупать только дешевую еду и больше ничего, то нам должно хватить.

– Хоть рюкзаки и полные, этого мало, чтобы дойти до Парала. Придется растягивать, – сказал Дэмиан.

Мы отправились в путь. Уже почти полностью стемнело. Огромные поверхностные трещины Пларракса сияли сказочным светом, а звезды, раскинутые по всему небу, казались маленькими осколками стекла, отражающими пларраксовый свет. Приятно было идти под этим куполом, создающим спокойствие и ощущение безопасности.

Мы долго молчали. Никто не хотел начинать разговор, да и казалось, не о чем было говорить.

– И все же, может, расскажешь о себе? – спросил Дэмиан.

Я вздохнул и начал свой рассказ: «Мне было десять. Десять лет, когда я умер. Помню тот день, словно это было вчера. Мы с семьей обедали. Мама наливала мой любимый суп, отец шутил со старшим братом, а младшая сестренка мило болтала ножками, ожидая свою порцию. И тут резкий громкий звук. Это была первая бомба, которую запустили невранцы. Все переполошились, а я…А я убежал. Зачем? До сих пор не знаю. Да и толку не вышло с этого. Мама сразу начала искать и кликать меня. Но я засел за деревом, громко зарыдал в ужасе и от испуга не мог пошевелиться больше. Не знаю, успели ли они тогда в подвал спрятаться, знаю лишь, что от них в итоге не осталось и мокрого места. Часто мучал я себя вопросом: «Почему они напали именно за мой городок?». Лаксеры потом дали отпор сразу же, но ты итак все знаешь.

Меня тоже накрыло. Но вместо смерти я получил вторую жизнь. В очень странном месте я встретил, как он себя назвал, Духа Лакрона. Он даровал мне Энкалиор: вот эту штуку у меня в груди. Благодаря ей я частично обладаю такой внешностью: волосы белые, красивое телосложение. Она дает мне большие силы. Думаю, обо мне тебе уже рассказали. Так вот, он вогнал этот Энкалиор мне в грудь – ощущение, конечно, странное и крайне неприятное. Он сказал, что выбрал меня спасителем вселенной. Смешно звучит, да? Последними его словами были: «Восставший из пепла, огню не подвластен». Их я запомнил хорошо. Вот только что они означают, до сих пор не понял.

Очнувшись, я оказался на том же месте, где и умер. Вот только догадаться до этого было тяжело. Ничего не было, кроме обломков. Я начал осматривать город и был пойман невранцами. Так я и провел тринадцать лет в лаборатории. Как меня только не мучали. Но, когда Энкалиор начал действовать в полную силу, мне удалось сбежать. Так я и прошел тысячи километров с целью дойти до Лаксрима. И сейчас моей головы очень хочет верхушка Невраны, а люди жаждут принести ее. Кто знает, может, и ты хочешь. Вот поэтому и не говорил про себя. Никому сейчас нельзя верить, но тебе я верю. Я вижу, что ты хороший человек».

– Не бойся, я тебя не сдам, – сказал Дэмиан.

– Я ничего не боюсь. Пусть даже так, я всегда готов к удару в спину, – ответил я грубовато, но, на мой взгляд, необходимо.

– Сочувствую тебе. Нелегкая судьба.

Я ничего не ответил, с небольшой тоской посмотрел вниз, а затем в небо, усеянное мелкими блестками.

– Красиво, правда? – сказал я.

– О да, это точно.

Около минуты мы молчали и продолжали идти по пустой дороге. Вокруг одни поля, усыпанные снегом. Шел февраль, но в северной части планеты зима была суровой даже весной. Дэмиан дал мне теплую одежду, но мы оба все равно замерзли. Я, конечно, меньше.

– Расскажи тогда уж свою историю, твоя очередь. Знаю, что ты уже рассказывал немного, но все же, – сказал я.

Дэмиан согласился и начал свой рассказ: «Как я уже говорил, родился я в Кратоне. Там, в отличие от Витселла, знали о нападении, поэтому так быстро дали отпор. Но враг все равно успел насолить. Мы с отцом и матерью гуляли по улицам: любили мы вечером прогуляться. Обычай у нас был такой, что ли. И в этот день мы не сделали исключение. Так же, как и бруты, они ехали по улицам, кого расстреливали, кого сажали в машины и похищали. Кому какой жребий выпал, ты помнишь. Недавний эпизод напомнил мне ту ситуацию. Отца забрали в качестве раба на военный завод. Иногда он мне присылал письма, в которых говорил о тяжелых условиях, халатном отношении и высоких требованиях. Но он излагал это без всякой жалости и нытья. Тем временем я окончил военный интернат, куда меня направили, и должен был приступить к службе. Но отец отдал все последние деньги для того, чтобы я не служил в рядах невранской армии. Но… это все равно мало чего дало. По условиям, которые нам поставили, я обязан проживать на территории Невраны и в случае военных действий должен сражаться за них. Поэтому я всем сердцем не хочу, чтобы эта война получила какое‑либо продолжение. А затем я пошел сражаться на аренах…»

Через некоторое время, дабы избежать повторного молчания, Дэмиан стал рассказывать о своей гладиаторской жизни.

– Помню, однажды, остался я один на один с огромным мужиком. Здоровый, как шкаф! На стене сзади меня висели лишь цепи да топор. Я взял цепь. Увернувшись пару раз, намотал ее на него и повалил. Да так смешно тот упал, что чуть было, не засмеялся прямо у всех на глазах! Ха‑ха. По правилам, кто десять секунд пролежит, тот и проиграл. А этот как встанет то? Ха‑ха, так и пролежал, его еще минут десять пытались распутать, – рассказывал Дэмиан.

– Хах, и вправду, забавный случай, – отвечал я.