Лакрон. Начало. Война

– Да еще бы! А вот помню, был раунд в рукопашную, стенка на стенку. А в команде противника был щупленький такой парнишка. Настолько худо      й, что аж смотреть больно. Но, когда я опять остался один н один, моим соперником был именно он. Как он выжил вообще, не говоря о том, как остался цел, я не знаю. Через несколько секунд боя я понял, что он очень шустрый и меткий. Он быстро уворачивался и наносил удары. Его тяжело было поймать! Но все же я поймал его за ногу и кинул об стену.

– Весело у тебя там! Парень то выжил хоть?

– Вроде да, но подняться без помощи не мог. А вот насчет веселья не соглашусь, это единичные случаи. В основном там очень жестоко и страшно, в большинстве случаев все заканчивается смертью. Я старался не убивать противников, но там как получалось. Всего я убил шестерых за четыре года.

– Тяжело укладывается в голове, что воин старается не убить. Но ты правильно делаешь, что пытаешься сохранить врагу жизнь. Конечно, то, что мы убиваем и причиняем боль, не окупиться ничем…

– То верно. Ну, самое время перекусить! – разбавил диалог Дэмиан.

– Нет, спасибо. Ты можешь есть, а я попозже. Мне много не надо, я стойкий к голоду. Мы сможем дойти, если будем как можно меньше расходовать припасов.

– Ты прав. Но, все‑таки, неудобно мне одному есть. Давай, присоединяйся

– Нет‑нет. Не стоит. Сейчас не такое положение, чтобы обращать внимание на неудобство.

– Порой доброе отношение важнее всяких там положений.

Но я настоял на своем. Дэмиан перекусил, и мы отправились дальше.

От этих путешествий уже тошнит. Топаешь и топаешь, топаешь и топаешь. Достало! Хочется того, кто придумал это правило, заставить обойти всю планету. Такие длинные дороги ужасно выматывают. Правда, по сути, мы и не должны никуда ходить, на то и придумали это правило. Так что жаловаться даже самому себе нет смысла, но ноги все равно подкашиваются. На этот раз мне повезло, я шел со спутником. Так хоть как‑то можно было отвлечься от ноющих колен и желудка: мы часто разговаривали. Я узнал, что Дэмиану двадцать пять лет. Не знаю, почему я раньше не поинтересовался. Дэмиан рассказывал анекдоты и смешные истории, легенды и сказания. А мне… нечего было рассказать позитивного или интересного. Одной из его легенд была легенда о Мече короля Аллара. «Да‑а, такой игрушкой я бы поиграл» – подумал я. Так прошли три дня. Но вот разговор как‑то дошел до моего вопроса:

– А как вы познакомились с Арнеттой?

– О‑о‑о, этот день я не забуду. Как‑то раз я прогуливался по ночному Мавиру, судьба занесла меня туда. На одной из улиц был узкий проход между домами. Оттуда я услышал женские крики и двинулся на них. Оказалось, к бедной девушке домогались двое отморозков. Этой девушкой и была Арнетта. Через пару секунд хулиганы уже, как могли, убегали. Так мы и познакомились. А дальше все как по маслу. Близкие отношения, любовь, свадьба, дети, – ответил он.

– Здорово, рад за вас. Ты, наверно, очень счастлив?

– А то… – сказал Дэмиан и на пару секунд замолчал. – Скучаю по ним…

– Мы их спасем, Дэмиан. Даю тебе слово. Ей, а что у тебя за кольцо? Ну, то, второе, необручальное?

– Да ладно, ты не знаешь? Это же способ связи. Нажимаешь на верхнюю плоскую поверхность и тем самым отвечаешь на звонок. Кольцо высвечивает голограмму собеседника и его звук. Также оно снимает и записывает тебя. Есть и другие способы связаться с человеком. У меня – это кольцо. Я пытался связаться с Арнеттой, но это бесполезно. Возможно, бруты погасили связь. Вот, смотри, ничего.

Но кольцо зашумело и выдало голограмму, нестабильную и постоянно прерывающуюся. Из нее доносились отрывистые звуки, перемешанные с шумом:

– Дэ…Ты слы…

Но связь немного наладилась, и мы увидели лицо Арнетты.

– Нас д‑держут в закрытом здании, заставляют вы…лнять грязную раб‑боту. Он‑ни говорили про како‑ое‑то публич‑чное выступление. Они хо‑т‑тят казнить нас у всех на гл…зах, – говорила она, но сигнал был все еще нестабилен, и мы еле понимали, что она произносила.

– Арнетта, где вы находитесь? Мы вас найдем! – спрашивал Дэмиан.

– П…Пппп, – прозвучало в ответ.

– П – наверное, это значит Парал, – сказал я Дэмиану.

– Ей, Арнетта, слышишь? – пытался добиться ответа Дэмиан.

Лицо Арнетты застряло в одном положении. Было видно, что она где‑то спряталась, чтобы связаться. Вдруг из голограммы с все тем же застывшим лицом донеслись пронзительные женские крики, а затем выстрелы из автомата. Связь оборвалась.

– Черт! Что это было? Кто‑то крикнул, а потом… потом выстрелы… А если это была Арнетта? – сказал Дэмиан дрожащим голосом.

– Уверен, с ней все в порядке, – ответил я.

– Надеюсь… Надо спешить, до Парала недолго, около дня ходьбы.

Дальше разговор клеился тяжелее, нежели до этого. Дэмиан выглядел озадаченным и растерянным, а при таком настроении говорить на отвлеченные темы не то чтобы не получалось, а просто не хотелось.

В итоге к вечеру четвертого дня мы добрались до города и приступили к поиску наводок. Несколько часов мы искали то здание с черной крышей и белым флагом. И вот нашли.

– Отдел СБП по борьбе с преступностью, – прочитал я. – Ну ничего себе! Ха‑ха.

– Вот это они устроились, конечно, – добавил Дэмиан. – Ты помнишь, что надо говорить?

– Да.

Мы зашли. Нас встретил суровый лысый охранник.

– Вам чего? – спросил он. Ему явно не понравилось наше вооружение.

Я подошел к нему и тихо сказал на ухо:

– У полого квадрата нет углов.

Он удивился и сомнительно осмотрел нас. На его лице читалась фраза: «Новенькие, что ли». Он кивнул головой в сторону двери и пропустил нас.

Мы вошли в комнату, напоминавшую обыкновенный офис, соответствующий правоохранительным органам: стол, полный бумаг, шкафы с неисчисляемыми папками и картина. На стене справа от нас действительно висела очень большая картина, на которой был изображен лесной пейзаж. Дэмиан нажал на ее угол, и стена раздвинулась. Нам открылась витая лестница вниз.

– Стремно, – сказал Дэмиан.

– О да. Поэтому мы туда и пойдем.

Мы оставили рюкзаки с запасами. Спускались недолго: справа от конца лестницы был пролет, открывающий вид на большое помещение с двумя рядами столов, стоящих параллельно двум стенам и размещающих на себе оружие и боеприпасы. В комнате было два человека. Мы уверенно вошли, и они тут же обратили на нас внимание. Намерения спокойно провести беседу у нас не было.

– Здрасьте, – сказал я.