Лунное наследие. Первый рассвет

У каждого члена группы в комнате был собственный комод. На холодном каменном полу расстилали несколько меховых шкур. К одной из стен был пристроен камин за металлической решеткой. Местами висели подсвечники и картины. Собственно, комната не была чем‑то чрезмерно особенным, и в ней не было какого‑то домашнего уюта, но эльфы в нем и не нуждались. Что есть, то есть.

Не видно было только Асталиссы, единственной наследницы Первого Дома, гордой и кичливой эльфийки с белоснежными локонами, всегда уложенными в великолепную прическу. Она была главной соперницей Эри в боевых искусствах, ибо кичилась все‑таки неспроста. Возможно, и сейчас она была где‑нибудь на дополнительной тренировке, ведь, как и многие молодые эльфы, лелеяла мечту приблизиться к королевской семье.

Эри весело подбежала к Дандаиль и ловко запрыгнула на тот же подоконник.

– Что творишь?

– Не твоё дело… – безобидно пропела подруга, не отрываясь от бумаги.

Эри все равно беззастенчиво заглянула через плечо и увидела легкий карандашный набросок. Это был еще совсем не оформившийся портрет, проглядывались пока еще только смутные линии скул, черты лица и немного контур волос. Но Эри присвистнула:

– Неужели это то, о чем я думаю? Ты решила его нарисовать?!

Дан неопределённо дернула плечами:

– Ну да. А что тут такого? Нельзя упускать случая развить свои таланты.

Эри бросила еще один взгляд на карандашные линии в блокноте и перепрыгнула на другой конец подоконника, устроившись там поудобнее.

– Тебе виднее. Но я бы опасалась демонстрировать такое…

– Да ничего ты не понимаешь! – Дандаиль недовольно тряхнула головой, отчего ее длинный хвост закачался из стороны в сторону. – Меня, наоборот, только похвалят за такую преданность королевской семье.

Эри хмыкнула:

– Ага, семье. Будто она вся тебя интересует.

И сразу почувствовала вспыхнувший в теле подруги и тут же отделившийся от нее сгусток гневной энергии, яркой вспышкой распространившийся вокруг девушки. Эри неосознанно потянулась к нему, но вовремя удержала сознание, чтобы не впитывать эмоции подруги, а просто развеять их. Впрочем, в отличие от многих других Лунных эльфов, Эри не испытывала потребности в подпитке чужими эмоциями и совершенно не понимала одержимость некоторых забрать себе как можно больше.

– Ты с ума сошла, так психовать? – недовольно укорила она подругу. – Если во время демонстрации твоего творения у тебя будут такие же выкрутасы, то ты не похвалы отхватишь, а наказания!

Дандаиль виновато опустила голову.

– Ты права, я не сдержалась. Просто это же ты! В твоем присутствии я иногда позволяю себе вольности. Я тебе доверяю.

– Ну и зря, – Эри театрально закатила глаза, но через секунду широко улыбнулась. – Давай, признавайся, с чего вдруг на тебя напало такое лиричное настроение?

Дан смущенно улыбнулась и потеребила свой хвостик.

– Я сегодня снова видела его…

– Да ну?! Уже в третий раз!? – поразилась Эри. – И где? Он тебя видел? Вы разговаривали?

– Ну ты и спросишь тоже! О чем ему разговаривать с простой ученицей? – фыркнула подруга. – Я возвращалась из башни магов сегодня утром и возле самого дворца встретила выходящий на дежурство патруль. А принц его возглавлял… Ах, видела бы ты, как он прекрасно выглядит в седле на своём диком раконе! Он двигается так плавно, так изящно и непринужденно, будто всё вокруг ему нипочем. А приказы отдает так властно своим звучным голосом! Естественно, он меня даже не заметил. Но зато я получила возможность лишний раз полюбоваться им!

Эри с улыбкой наблюдала за мечтательным выражением лица подруги. На протяжении последних двадцати лет Дандаиль была беззаветно влюблена не в кого‑нибудь, а в самого старшего принца. Увидела его однажды случайно недалеко от тренировочной площадки – и пропала. С тех пор все самые заветные мечты Дан были связаны именно с этой королевской персоной. Другое дело, что претворить эти мечты в реальность было практически невозможно, личные отношения среди Лунных эльфов в принципе не одобрялись, браки чаще всего заключались по взаимовыгодной сделке между благородными Домами, а уж о том, чтобы простой ученице претендовать на внимание принца даже говорить было бессмысленно. И Эри, и Дандаиль это прекрасно понимали, но иногда позволяли себе предаться простым девичьим фантазиям. Впрочем, Дандаиль недавно забрал себе благородный Четвертый Дом, поэтому шанс у нее всё‑таки был, но зависело всё далеко не от ее решения. Эри сочувствовала подруге, но легкомысленно полагала, что рано или поздно это увлечение пройдет, как сезонная лихорадка. Самой ей было глубоко фиолетово на всю эту романтическую чепуху, подобная блажь Эри пока еще не коснулась и, она искренне надеялась, что и не коснется.

Дверь блока распахнулась и в комнату пружинящей походкой вошла Асталисса с двуручным мечом наперевес. Светлые волосы собраны в гладкий пучок, зеленые глаза сверкают врожденной гордостью, черный кожаный костюм идеально обтягивает молодое сильное тело. Увидев на подоконнике подруг, новоприбывшая сморщила нос и заявила:

– Опять бездельничаете, лентяйки. Лучше бы потренировались.

– Без тебя разберемся, – огрызнулась Эри, мгновенно ощетинившись.

– Да неужели? – тонкие брови Асталиссы взметнулись вверх. – А мне после сегодняшнего представления на поле показалось иначе. Понравилось получать пощечины у всех на виду?

Синие глаза Эри полыхнули огнем, зрачки моментально сузились, из горла раздалось еле слышное утробное рычание.

Асталисса моментально оценила состояние своей соперницы. Но не особо встревожилась.

– Ты хорошо подумала, Острозубка? – усмехнулась она. – Какое же последует наказание за нападение на представителя Первого Дома?

Дандаиль успокаивающе коснулась руки подруги:

– Успокойся, сама же меня сегодня ругала за излишний всплеск энергии. Это того не стоит.

Осознавать это было неприятно, но Эри пришлось признать, что они обе правы. Девушка резко спрыгнула с подоконника.

– Прости, Дан. Мне кажется, в этой комнате внезапно испортился воздух. Пойду проветрюсь.

И она стремительно выскочила из помещения.

 

Глава 3

«Кажется, всё тихо…» – Даньен осторожно пробрался через очередной поворот. Его фонарь не давал много толку в этих пещерах. Тьма здесь словно имела собственную волю и будто нарочно подавляла все вокруг.