Лунное наследие. Первый рассвет

Даньен не был великим героем или непобедимым рыцарем. Он был всего лишь простым человеком, сыном кузнеца, которому позарез понадобилось попасть в Лунные пещеры. В народе, конечно, болтали что‑то о темных эльфах, беспощадно убивающих незваных гостей. Но самих этих эльфов никто не видел. Не то, чтобы Даньен верил в это… Мало ли какие байки народ рассказывает. Однако и не верить было бы глупостью. Осторожность никогда не бывает лишней. И эта осторожность трезвонила во все внутренние колокола: уходи отсюда! Но у молодого человека не было выбора. То, что ему нужно, можно было найти только в этом месте.

Его друзья были даже не в курсе, что Даньен сейчас здесь. Солнечным эльфам он сказал, что наведается в родную деревню, к матери, а в деревне соврал, что задержится у эльфов. Людям возразить было нечего, так как эльфов они побаивались, а эльфы, в общем‑то, никогда вопросов много не задавали. Так что Даньен спокойно собрал вещи и в одиночку пустился в путь.

Дойти до гор было самой простой частью его миссии. Гораздо сложнее оказалось найти вход в пещеры. Непривычный к карабканью по камням, Даньен сбился со счету, сколько раз он оступился, упал, ударился, содрал кожу или получил еще какие‑либо мелкие травмы. За несколько дней блуждания по горам парень осунулся, стер до дыр свои практически новые ботинки и покрылся толстым слоем пыли. Припасы тоже уже подходили к концу. К счастью, его жертвы не прошли напрасно. Где‑то на пятый день скитаний Даньен вышел к неприметному спуску под каменным отвесом. Спуск совершенно не выделялся ни с одной стороны и не казался ничем особенным. Даньен, возможно, и не приметил бы его, если бы, в очередной раз, уставший донельзя, не захотел передохнуть в тени навеса и совершенно неожиданно не обнаружил там вход в подземелье.

Сначала пещеры казались самыми обыкновенными – в тусклом полумраке проглядывались низкие каменистые своды, где‑то росли корявые плесневые грибы, под ногами шуршали камни и песок. Даньен сам не заметил, как постепенно своды расширились, воздух стал влажным, песок под ногами сменился сплошным камнем, и каждый шаг стал отдаваться гулким эхом. Тьма сгустилась настолько, что Даньен снял рюкзак и достал предусмотрительно припасённый фонарь. Впрочем, появившийся тусклый круг света диаметром в два метра, мало помогал ориентироваться. Стены казались абсолютно одинаковыми. Часа через два юноша понял, что заблудился.

Стоять на месте было глупо и бесполезно, поэтому Даньен упрямо шел вперед, хотя и понятия не имел, куда собственные ноги его выведут. Живое воображение услужливо рисовало картинки злобных чудовищ, кромсающих беззащитных людишек на части. Кожа давно стала гусиной то ли из‑за слишком бурного воображения, то ли от холода.

Внезапно нога неудачно наступила на какой‑то небольшой камень. Камень‑то небольшой, но его вполне хватило на то, чтобы неопытный человек потерял равновесие и неловко шлепнулся на землю, подняв облако пыли. Фонарь выскользнул из рук, стукнулся о каменистый пол и, в последний раз мигнув, погас. Эхо от падения еще долго гуляло в коридорах пещер.

Даньен выругался. Это было последней каплей. Остаться без припасов, без компаса, без света в неизвестном лабиринте, ожидая, что вот‑вот выскочат злобные эльфы и резко оборвут твое никчемное существование – это было совсем не то, на что молодой человек рассчитывал. «Говорил же мне Райенс не соваться… – раздраженно подумал он. – Эльфы наверняка справились бы и без моей самодеятельности… А если нет? К тому времени уже могло быть поздно! …Нет, я правильно сделал, что пошел! Вот только зря второй фонарь не захватил…»

Эхо стихло. Теперь вокруг не было ни звука, кроме дыхания самого Даньена. Надо было что‑то делать, куда‑то идти… Но куда? Лодыжка побаливала. Юноша устало закрыл глаза, прислонившись к каменной стене. Ситуация казалась совсем безнадежной. «Интересно, когда наверху меня хватятся… – пронеслись в голове тоскливые мысли. – Матушка наверняка уже тревожится, но пока она думает, что я у эльфов, вряд ли начнет меня искать. А вот эльфы, пожалуй, могут незаметно проникнуть в деревню и заметить моё отсутствие. Однако, в связи с нынешней суматохой им явно не до этого. Да и кому в здравом уме придет в голову, что я попёрся в Зачарованные пещеры?» Погрузившись в свои печальные мысли, Даньен не заметил, как задремал.

Проснулся он от странного ощущения. Будто что‑то холодное и влажное прикоснулось к его щеке. Вялой со сна рукой, не открывая глаз, парень попытался смахнуть раздражающий фактор с себя, но его рука утонула в чем‑то мягком.

Моментально взбодрившись, Даньен распахнул глаза и уставился в ярко‑синие глаза огромной волчицы. Она вытянула голову и с большим интересом принюхивалась. Перепуганного парня словно парализовало, и он так и остался сидеть с вытянутой рукой. Волчица была красива. Пожалуй, Даньен смог бы это признать, если бы не был так испуган. Гладкая серебристо‑белая шерсть блестела, излучая магическое сияние, аккуратные уши настороженно торчали, сильные ноги твердо стояли на земле, готовые в любую минуту сорваться с места. Но самым удивительным в ней был совершенно человеческий осмысленный взгляд.

Страх никуда не делся, но уже не парализовывал. Вспомнив, что деревенские охотники рекомендовали не делать резких движений при встрече со зверем, Даньен медленно отвел руку в сторону.

– Кто ты? – шепотом спросил он.

Волчица дернула ушами. Даньен бы не удивился, даже если бы она ответила. Но. вдруг её глаза метнулись в сторону, а верхняя губа поползла вверх, обнажая большие белые клыки.

Даньен решил, что пропал. Шансов одолеть волка в этом месте у него точно не было. Да и защищаться нечем. Единственный нож лежал в рюкзаке, но прежде чем Даньен успел бы его достать, волчица бы уже неплохо перекусила. Но у зверя оказались другие планы.

Она снова повернула голову к человеку. А потом осторожно взяла зубами за рукав и потянула за собой. Даньен встал. Лодыжка еще болела, но ходьба представлялась возможной. Волчица отбежала немного подальше, остановилась и коротко тявкнула.

– Я понял, понял! – успокаивающе сказал Даньен. По всему было видно, что зверь куда‑то его зовет. Парень решил, что идти за необычным волком все же лучше, чем сидеть одному в темноте в ожидании темных эльфов, поэтому послушно пошел следом. Волчица торопилась. Она постоянно оглядывалась назад, ныряла в какие‑то повороты, беспокойно останавливалась и принюхивалась. Но серебристое свечение шерсти не давало потерять ее из виду. Через какое‑то время Даньен увидел свет – самый обычный, дневной, солнечный свет! Даньен даже не подозревал, что когда‑нибудь будет так рад видеть его. Это был выход. Юноша присел рядом с остановившейся волчицей, уже совершенно не опасаясь, и благодарно сказал:

– Спасибо тебе, добрая душа. Уж не знаю, зачем ты это сделала, но ты спасла меня. Я у тебя в долгу.

С этими словами он ласково потрепал зверя за загривок и ушел, с твердым намерением вскоре вернуться.

 

Те, кому когда‑нибудь удавалось побывать в Барроузе, навсегда оставались впечатлены его внушительными стенами. Дворфы создавали строения на века и чрезвычайно гордились своими мастерами.

Основная часть города была под землей, но и на поверхности располагалось немало построек. Дворфы активно поддерживали торговые отношения с другими народами. Поэтому и от Нанзара, королевства людей, и от лесов Солнечных эльфов, и даже от морского порта были проложены хорошие дороги до самой крепости Барроуза в горах. Возможно, добираться до дворфов было далековато, зато комфортно. Несмотря на то, что Барроуз находился за горным перевалом, к нему постоянно съезжались вереницы торговцев, дипломатов, да и простых путешественников. Это был популярный город.