Лунное наследие. Первый рассвет

Темные эльфы с детства обучались военному делу. Убежать от таких стражей практически невозможно. Но даже если каким‑то чудом пленнику удалось бы прорваться за массивные каменные двери тесных камер, одолеть нескольких охранников и выбежать за пределы города, у него все равно не было шансов выбраться во внешний мир.

Во‑первых, пещеры представляли собой путаный лабиринт, чтобы выбраться из него, надо хорошо знать дорогу. А во‑вторых, ни одному живому существу, кроме самих темных эльфов, не дано что‑либо увидеть в этих пещерах. Их глаза имели особое строение, настроенное на тепловое излучение, а особо чувствительное обоняние и осязание помогали ориентироваться с помощью потоков воздуха и других обитающих здесь существ. Поэтому только Лунные эльфы могли свободно передвигаться в здешних лабиринтах.

Эри знала про существование Дриабблота, но никогда не подходила к нему близко. Движимая всё тем же любопытством, она подняла переднюю лапу и мягко передвинулась вперед.

Но не успела девушка сделать и десятка шагов, как стены задрожали и из‑под светящегося мха врассыпную бросились мелкие букашки. Эри кожей чувствовала пульсацию их бешено колотящихся испуганных сердец. А испугал их душераздирающий крик. Со стороны Дриабблота раздался ор такой невыносимой боли и ненависти, что холод ужаса пробирал до костей. В приступе паники девушка мгновенно припала к земле, прижав уши к голове и дрожа, а едва всё затихло – по пещерам стремительно летела серебряная молния.

 

Глава 2

 

– Идите за мной.

С этой короткой фразой сердце Беррхада Гролла подпрыгнуло и перевернулось в груди десять раз. Именно ради этого момента они пришли сюда. «Соберись, жалкое создание, какой пример ты подаёшь остальным?!» – сердито одернул себя бывалый дворф.

На время ожидания гостей разместили в просторной зале с оранжевыми шторами, обрамляющими огромное витражное стекло. Витраж изображал какого‑то воина, усмиряющего пещерного ракона. Но гораздо больше витражных стёкол дворфов впечатлил длинный овальный стол, вырубленный из черного обсидиана.

Архимастер Лианней куда‑то запропастился, но по его приказу в выделенные дворфам апартаменты тут же начали сновать туда‑сюда слуги, убирая лишнее и заставляя стол различными тарелками.

То ли Лунные эльфы хотели впечатлить прибывших гостей, то ли просто любили покушать, но стол был накрыт просто по‑королевски. На тонкой изящной посуде из чистого золота располагались самые разнообразные угощения. Здесь было и мясо пещерного медведя, запечённое с картофелем и зеленью, и соленая глубоководная рыба из подземных гротов, и сочный омлет из яиц раконов, имеющий зеленоватый оттенок, и местный деликатес – отваренные пещерные улитки (к которым дворфы, впрочем, отнеслись с некоторым подозрением), и всевозможные фрукты с овощами, выложенные пирамидками на огромных блюдах, и ароматные булочки из мягчайшего теста, пахнущие корицей, несколько видов вкуснейшего сыра… В плетёных корзинках возвышались горки овсяного печенья, хрупкие шоколадные фигурки животных, тягучие розочки пастилы и хрустящие вафли со сливочной начинкой. Из напитков в высоких тяжелых кувшинах предлагалось красное вино, яблочный сок, свежее молоко и горячий шоколад. Отдельно стояла широкая чаша с черпаком, наполненная жидким медом, сияющим янтарными отблесками.

– Каждый день свежие продукты привозят по тайным туннелям с поверхности, – пояснил удивленным дворфам молодой эльф‑лакей. – А наши искусные повара создают эти шедевры. Эй, ты побыстрее не можешь?! – последняя фраза относилась к молоденькой служанке – эльфийке, торопливо несущей на стол дымящийся пирог, распространяющий вокруг себя густой аромат ягод.

«Не слышал о торговле с Лунными эльфами в ближайших районах … – задумался Беррахд Гролл, наблюдая, как девчушка торопливо ставит пирог и убегает. – Где же они добывают это?»

Но голодным дворфам, по большему счету, было всё равно, откуда эта еда, если она есть, и особенно если она вкусная. Довольно заурчав, отряд расселся вокруг стола и принялся за трапезу.

Беррхад, перед тем как сесть за стол, подозрительно глянул на лакея, приставленного сопровождать его отряд. Молодой эльф, выпрямившись, стоял у стены, глядя вдаль бесстрастными глазами. «Будто ему дали приказ притвориться привидением. Мог бы и поприветливее, с гостями‑то!» – раздраженно подумал дворф.

В распахнутые двери вошла еще одна эльфийка, в элегантном изумрудном платье и с позолоченной лютней в руках. О чем‑то коротко переговорив с лакеем, девушка устроилась в углу залы, и вскоре помещение наполнила негромкая печальная мелодия.

Еда выглядела немного странной, но вполне приличной и даже аппетитной.

Беррхад перевел взгляд на своих спутников. Он знал их уже не одну сотню лет. Гилми Сторренбатч был самым молодым из них, но, тем не менее, достаточно опытным воином и умелым бойцом. Остальные – братья Раден и Вентор Аренхолды, Дастор Банстоуз, Артебальд Штонтейн и Шорт Галлозейн – имели за плечами добрых три‑четыре сотни лет сражений и ни разу не заставляли усомниться в себе или в своих умениях. Скорее всего, уж кто‑нибудь из них да заметил бы опасность, имейся здесь таковая. Легкомысленностью дворфы редко страдали.

– Они и в самом деле это едят? – с отвращением протянул Вентор, вертя в руках одну из вареных улиток. Брат шутливо толкнул его в бок:

– Да ладно тебе, не думаю, что эта козявка хуже, чем тыквенный суп нашей сестрицы!

Братья дружно расхохотались.

– А на это только гляньте! – привлек к себе внимание Гилми, поднимая за хвост копченого угря. – Никогда в жизни такое не видел! Оно вообще съедобно?

– А я как‑то едал такое на приеме у людского лорда, – сообщил невозмутимый Дастор, накладывая себе в тарелку побольше картошки. – На вкус как обычная рыба, только мясо жестче и костей меньше. Так что не бойся, малыш, и бери, что дают. Кто знает, когда тебе понадобятся силы…

– Малышом своего сына будешь звать! – огрызнулся Гилми. Как самый младший в отряде, он довольно болезненно реагировал на любые упоминания о своем возрасте.

Но Дастор лишь добродушно усмехнулся.

– Да ты и так ненамного старше его.

Гилми недовольно сморщился, но спорить не стал и опасливо положил угря себе на тарелку.

Некоторое время отряд молча наслаждался трапезой и мелодичными перезвонами лютни. Когда тарелки уже были пусты, а желудки полны, расслабившиеся и довольные дворфы развалились на высоких мягких креслах и принялись ждать. Лакей куда‑то незаметно испарился, и гостям ничего не оставалось делать, кроме как набраться терпения.

– Как вы думаете, какая она, их королева? – задумчиво произнес Артебальд Штонтейн. Артебальд был самым старшим в отряде, к тому же, давним другом их короля. Его уважали за мудрость и часто прислушивались к его советам.

– Может, похожа на ту эльфийку, которая нас встречала? – предположил Гилми.

Артебальд покачал головой: