Магическое образование
Не успела я опомниться, как Мельхикор снова оказался передо мной. Он наклонился к моему лицу, словно надеясь прочесть в нем ответ. Я видела прожилки в его изумрудных глазах, завитки волос на висках, плотно сжатые губы. Я ощущала едва заметный аромат его магии, похожий на запах скошенной травы…
Мне захотелось к нему прикоснуться. Провести рукой по волосам. Прижаться виском к колючей щеке.
Сердце перепуганным зайцем запрыгало в груди.
Чувствуя, как лицо заливает румянец, я опустила глаза. Откуда такие странные мысли? Лишь бы он не догадался, о чем я думаю!
– Ты не обычная ведьма, – тихо сказал Мельхикор и отступил.
– Но ты… вы же все равно научите меня, господин? – с трудом произнесла я.
Он поправил ворот камзола и обвел взглядом комнату. На секунду я испугалась, что он скажет «нет» и пошлет меня на съедение Дракону.
– Будто у меня есть выбор! – наконец буркнул он. – Завтра с утра продолжишь читать книгу, а после обеда будем практиковаться.
Он развернулся, чтобы уйти, но вдруг бросил через плечо:
– И помни свое место. Еще раз забудешься, и я лишу тебя возможности разговаривать.
И он скрылся в своей комнате, хлопнув дверью.
С того дня учеба стала налаживаться. Мельхикор был нетерпеливым и порой грубым, но словно в извинение за попытку меня убить проявлял чудеса выдержки, подробно объясняя мне самые простые вещи. Точнее то, что он считал простыми вещами.
Мне легче было проломить стену, чем заставить ее изменить цвет, и проще самой превратиться в червяка, чем перенести его с места на место. Я могла легко отразить боевые заклинания наставника, но сама не способна была сотворить даже огненного шара.
Мои чары зависели от настроения, сосредоточенности, погоды за окнами и Дракон знает чего еще!
Мельхикор хмурился, ругался сквозь зубы, закатывал глаза и постукивал пальцами по подлокотнику кресла. Но не отступал. Он мужественно направлял мои способности в общепринятое русло, и постепенно у него получалось.
К исходу весны я научилась вызывать магию по собственному желанию, накладывать элементарные заклинания и контролировать силу своих чар.
Помимо полезных заклинаний я узнала и другие основы магии. Мельхикор рассказал мне, что чем сложнее устроено животное и чем оно крупнее, тем труднее в него превратиться. Например, стать червяком ничего не стоит – даже мне это под силу. А вот в лягушку обратиться труднее. Сам Мельхикор умел становиться собакой, но ненадолго. Если переусердствовать с превращением, можно и умереть. Поэтому ни один маг не может стать другим человеком или драконом.
Еще одним из самых сложных разновидностей магии было врачевание. По утверждению Мельхикора, убить и то легче, чем излечить. Я мало поняла из его объяснений. Выходило, что для исцеления магию нужно направить особым образом. У меня ничего не получилось.
Зато уборку и прочие поручения я теперь могла выполнять взмахом руки. Я думала, что с такими успехами у меня появится больше личного времени. Но чем меньше у меня становилось работы, тем больше Мельхикор требовал в обучении. Занятия магией отнимали все силы.
Порой, когда мне бывало грустно, я вспоминала дом. Тогда я брала сапоги и принималась их начищать. Эта привычная монотонная работа помогала мне привести в порядок мысли и вернуть душевное спокойствие.
Я все еще боялась заблудиться в огромном замке, но вскоре освоилась в той его части, где были покои Мельхикора. Особенно мне полюбился коридор с картинами на стенах. Я могла часами разглядывать пейзажи и портреты, вышедшие из‑под кисти придворных художников. Меня до глубины души восхищало их мастерство. Однажды я даже подумала, что это тоже своего рода магия: с помощью красок перенести на холст живого человека!
Общение со слугами у меня не задалось. Многие рады были поболтать с ученицей Мельхикора, но я интересовала их скорее как невиданная зверушка, чем как живой человек. Не услышав сплетен о моем господине или утолив любопытство по части магии, они начинали меня сторониться. Единственным, с кем действительно можно было поговорить, оставался Давор.
С ним у меня сложились приятельские отношения. Встречались мы в основном на кухне и частенько задерживались там, чтобы обсудить общие проблемы. Он больше не делал мне гадостей, но и настоящим другом я не могла его назвать.
* * *
Миновала весна. Она успела побаловать нас теплыми дождями и бездонной голубизной неба, чириканьем воробьев и мелкими желтыми цветочками на газонах замкового двора. Лето вступило в права жарой и скорым праздником летнего Солнцестояния.
Я обожала этот праздник! Веселые гуляния на площади, праздничные венки и угощения, вечерние танцы до полночного захода солнца! Дракон обычно поздравлял горожан в полдень на площади. В народе говорили, что вечером в замке он устраивал собственный пир. Но пир мало меня интересовал. Я предпочла бы отмечать Солнцестояние так же, как в предыдущие годы, с родными и подругами.
Я собиралась с духом, чтобы попросить Мельхикора отпустить меня на площадь, хотя знала, что выходить в город магам не принято. Но я пока всего лишь ученица, а если надену плащ, меня и вовсе никто не узнает. И все же, прежде чем обратиться к наставнику, я решила разведать обстановку.
До праздника оставалась неделя, когда я за ужином спросила у всезнающего Давора:
– Скажи, а ученикам можно покидать замок в день летнего Солнцестояния?
Давор с наслаждением уплетал овощи, не замечая ничего вокруг.
– Покидать замок? – наконец, словно очнувшись, переспросил он и уставился на меня. – Ты что, сбежать решила?
Я рассеянно ковыряла в тарелке, соображая, что можно было сказать, а что не следовало бы.
– Нет, – наконец определилась я. – Хочу пойти на площадь, посмотреть на праздник.
«Увидеться с родителями», – мелькнуло в голове.
– А как же испытание?
– Испытание? – настала моя очередь делать недоуменное лицо.
– Ну да! У нас будет следующий этап! У тебя – первый, а у меня – третий!
Аппетит пропал окончательно.
– Этап чего?
– Обучения! Неужели Мельхикор тебе не говорил?
Давор подвинул к себе кружку, продолжая жевать, но потом взглянул на меня и соизволил объяснить:
– Дракон будет проводить испытание! Если пройдешь – учишься дальше.
– А если нет? – заволновалась я.
