Мой крылатый кошмар

– Спасибо, – тихо произнесла я, поравнявшись с Иргаром.

Юджиния осталась с Гарроу, не забыв наградить жениха недовольным взглядом и пообещав, что они поговорят обо всем позже. Девушке явно не понравилась реакция летуна на произошедшее. Но это меня не касалось. Как поругались, так и помирятся.

– Неужели ты умеешь быть благодарной, Торбург? – отозвался он, даже не посмотрев на меня.

– Вежливость никто не отменял, – ответила я и тут же задала вопрос, который мучил меня уже несколько минут: – Зачем ты это сделал?

– Сделал что?

«Еще подробно все ему расписывай, унижайся. Прекрасно ведь понял, о чем я, но все равно продолжает издеваться!»

Я даже слегка пожалела, что поблагодарила его.

– Вступился за меня, – терпеливо пояснила я. – С чего бы это?

– Хотел посмотреть на твое лицо. Было довольно забавно, – хмыкнул Иргар.

«Пошутил? Он умеет шутить?!»

Я застыла на мгновение и тут же бросилась его догонять.

– Подожди, я серьезно. Спасибо, конечно, но зачем? Раньше ты никогда так не поступал. Кроме того, в очереди поиздеваться надо мной стоял первым.

– Это было раньше.

– И что изменилось?

Иргар все‑таки ко мне повернулся, но при этом наградил таким взглядом, что я тут же устыдилась своих слов.

– Торбург, ты теперь моя напарница.

Как будто это что‑то объясняло.

– И что?

– А то, что этот месяц ты находишься под моей защитой. Поэтому издеваться над тобой могу только я. И то не сильно. Как‑никак я собираюсь остаться лучшим. И теперь, когда оказалось, что ты не так безнадежна, как все считали, это будет легче осуществить.

– Что осуществить?

– Мы опаздываем, поспеши, – буркнул он, ускоряя шаг. Ему‑то с длинными ногами это было совсем просто, а я с трудом успевала.

– Но…

– Позже, Торбург. Нас ждет чарующий мир зелий и профессор Мэдоу.

– Да я и не отказываюсь, – пробормотала я. – Но мне кое‑что интересно.

– А почему меня должно это волновать? Это ведь тебе интересно, а не мне, – невозмутимо заметил Иргар, не снижая скорости.

– Гарроу упоминал о каком‑то конкурсе или о чем‑то подобном. Говорил о пятерке лучших. И что вы с Оуином боретесь за лидерство.

– И?

– Что это за конкурс?

– Это не конкурс, а соревнование. Пятерка лучших выпускников после защиты диплома получит привилегии. А лучший сможет выбрать место службы. От этого зависит очень многое.

– Не слышала о таком.

– Ты не работала с выпускником, поэтому и не слышала.

– И что? Выходит, от нашей работы…

Я замолчала, не зная, как сформулировать.

– Зависит мое будущее, – закончил Иргар и тут же напомнил: – И я тебе об этом говорил.

– Но я не думала, что настолько буквально.

– Значит ошиблась. Я не шучу такими вещами.

– Ничего себе, какая ответственность, – пробормотала я.

– Мы справимся, – отозвался летун, открывая дверь, и даже пропустил меня вперед. – В любом случае, я бы не позволил тебе сломать мою жизнь.

– Как будто я этого хочу. Ты меня, конечно, жутко раздражаешь своей правильностью и аристократичными замашками, и я бы с радостью попортила тебе кровь, но ломать будущее не стала бы. Это перебор.

– Посмотрим. Пошли быстрей, нас ждет новое занятие. Ты готова блеснуть знаниями?

– Всегда готова! – тут же отрапортовала я.

Профессор Мэдоу, крупная дама невысокого роста, обладала огненно‑рыжими волосами, громким командным голосом и бешеным темпераментом. А еще она, в отличие от других преподавателей, не была азгаром, чем очень гордилась. Лично мне она нравилась. Шумная, искренняя и яркая женщина всегда говорила то, что думает, и не боялась выглядеть неловкой или смешной.

Хотя кое‑что ее все‑таки объединяло с другими преподавателями. Каждый из них считал, что его предмет самый важный, нужный, если не сказать, жизненно необходимый для выживания. Именно поэтому лекции следовало учить наизусть.

– Всем доброго утра! – громко поздоровалась профессор, входя в аудиторию, что располагалась на нижних этажах академии.

Она нисколько не изменилась за этот год: все такая же дородная, яркая и веселая. Надо было умудриться в черной профессорской мантии выглядеть весело, но у нее получилось благодаря ярко‑желтому в синюю крапинку шарфу и огромной сине‑зеленой броши в тон цветку в собранных на макушке рыжих кудрях.

– Доброе утро, – нестройным хором отозвались мы.

Мне снова пришлось сесть за первый стол, поэтому было немного непривычно видеть преподавателя так близко.

Мэдоу шумно пыталась отдышаться, быстро осматривая аудиторию.

– А где Гарроу и Хастигс?

Целительницы, которые работали в паре с вышеупомянутыми студентами, растерянно молчали.

– Скоро будут, – неожиданно подал голос Иргар, лениво откидываясь на стуле и закидывая ногу на ногу. – У них небольшие неприятности.

– Какие неприятности? К тому же в первый день занятий? – поинтересовалась Мэдоу. – И если они небольшие, то почему их нет на моем уроке?

– Небольшие, но неприятные. Связанные с… кактусами, – совершенно серьезно ответил летун.

Я с трудом сдержалась, чтобы не хихикнуть, но видимо, какой‑то звук все‑таки издала, потому что Mэдоу обратила внимание на меня.

– Торбург!

– Доброе утро, профессор, – произнесла я, поднимаясь со стула.

– Ты изменилась, – женщина придирчиво меня осмотрела. – Дриада?