Мой крылатый кошмар
– Ты сама напомнила про кактусы, – отозвался он, плотоядно осматривая меня, особенно грудь. – Я же не выдал тебя, Торбург.
– Насколько я знаю, с тобой разговаривал твой крылатый друг. Это с ним вы договаривались. Так что ни о каком долге не может быть и речи.
– Иргар разговаривал, да, – кивнул Зейн. А потом внезапно подался вперед и навис надо мной, опираясь ладонью о дверь как раз рядом с моей головой. – Ты сейчас была у него?
«Была…»
Перед мысленным взором моментально предстала обнаженная светлая кожа, капельки влаги и белая ткань на бедрах. Злые глаза‑льдинки и хриплый голос, от которого по телу пробежала дрожь: «Иви… лин!»
– Думаешь, я стану перед тобой отчитываться? – усмехнулась я, глядя парню прямо в серые глаза.
– Я не прошу отчета, Торбург. Лишь разговор, – еще шире улыбнулся он, убирая темно‑русую прядь со лба.
Взгляд, скользнув по моему лицу, застыл на губах и больше не двигался.
– Ты опять забыл поинтересоваться моим мнением. О том, чего я хочу.
– Слышала о слухах? – внезапно спросил он, продолжая гипнотизировать взглядом мои губы.
Вроде ничего особенного, да и не нравился мне Гарроу как парень и личность в принципе, а губы почему‑то начали покалывать и даже слегка пересохли.
– О каких слухах? – невинно уточнила я, продолжая настороженно за ним наблюдать.
Мы стояли слишком близко. И сбежать не получалось. Чтобы открыть дверь, следовало как‑то отодвинуть летуна, который все сильнее нависал надо мной, прожигая взглядом.
– О тебе и Айране.
Не сразу поняла, что он имеет в виду Иргара. Я ведь напарника по имени лишь пару раз называла, и то заставили.
– И какие же? – тут же напряглась я.
– О том, что ты в него влюбилась, – продолжил Зейн, не сводя с меня глаз.
– А тебе какая разница?
– Хочу тебе помочь, – отозвался летун.
Он поднял руку, словно хотел коснуться, но передумал. Снова дотронулся до пряди, которая падала на лоб и глаза. И хорошо. Я сейчас была не в том настроении, чтобы терпеть его прикосновения.
– Ты? – громко рассмеялась я. – Помочь? Мне?
Сама мысль об этом выглядела абсурдной.
– Не веришь?
– А с какой стати? Или ты забыл, как мы с тобой работали вместе в первый год? Как ты травил меня вместе со своим дружком?
– Но я же не знал…
– Не знал что?
Я дернулась вперед. Надоело чувствовать себя зажатой, беспомощной и беззащитной. Да, от двери пришлось отойти, но ничего. Главное было увеличить расстояние, оказаться как можно дальше от него.
– Что ты можешь… стать такой… интересной.
Гарроу оперся спиной о дверь и, скрестив руки на груди, принялся медленно меня разглядывать. И от этого пристального внимания создавалось впечатление, словно он не смотрел на меня, а раздевал. Меня аж передернуло. А в голове вдруг эхом зазвучали слова Иргара:
– Пусть ты уже не та тощая пигалица, какой была, и даже обзавелась формами, но меня это не трогает.
– Меня твои изменения не волнуют. Я их не вижу. Смотрю в твои глаза и замечаю всю ту же въедливую, непочтительную и дерзкую девчонку, которая решила, что может тягаться со мной.
Вот даже Зейн заметил, как я изменилась, и решил поухаживать, а Иргар нет. Для крылатика я все та же вредная девчонка, которая усложняет его жизнь. Снова и снова.
– То есть симпатичное личико – это все, что тебя интересует?
– Отчего же, не только личико. У тебя и фигура стала очень даже аппетитной.
Я с трудом сдержалась, чтобы не прикрыть грудь, уж очень вызывающим взглядом Зейн ее одарил.
– Чего тебе надо, Гарроу?
– Приходи сегодня вечером на крышу. Я покажу тебе наш замок на закате с высоты птичьего полета.
От одной только мысли о полете у меня внутри все сжалось.
– Спасибо, но не хочется.
Говорить летуну о том, что жутко боюсь высоты, точно не стану. Ну уж нет.
– Не отказывайся так сразу. Представь, какие перспективы откроются нашему союзу, – делая шаг ко мне, мягко произнес он.
– И какие же?
– Все сразу перестанут обсуждать твою неразделенную любовь к Айрану.
– Отлично. Зато они будут обсуждать то, что я влюбилась в тебя, – фыркнула я.
– И что? Я умею доставлять девушкам удовольствие. Поверь, тебе понравится. Сдается мне, тебя еще никто не целовал, Торбург, не так ли?
И снова Иргар! Почему воспоминания о нем не давали мне спокойно жить?
– Скажи мне, Торбург, там, в твоем мире цветов, целительских отваров и прочей ерунды, есть место реальности… Парень‑то у тебя хоть один был?… Так и знал, что ты ни с кем не встречалась.
– Что? Да я?.. Да у меня знаешь сколько?
– Осторожнее! Следи за своими словами, Торбург. Информация на будущее: никогда не говори о том, что у тебя было много парней, даже если это и так. Такое мало кому нравится.
– Ты же не думаешь, что я стану отвечать на этот вопрос? Что я вообще буду обсуждать с тобой свою личную жизнь, – едко парировала я. – Был ли у меня кто‑то или нет – тебя это не касается.
– Значит, у вас с Шайродом что‑то все‑таки было, – усмехнулся Зейн, по‑своему истолковав мои слова. – Я лучше его, поверь мне.
– С чего вдруг?
– Могу доказать. Хоть сейчас.
И сократил расстояние между нами до полуметра.
«Так, спокойно, Иви! Да, мы одни. Да, тут есть кровать, но паниковать не стоит! Гарроу – хищник и не стоит показывать ему свою слабость, иначе сожрет!»
– Только попробуй, – улыбнулась я, надеясь, что парень не почувствует панику, которая накрыла меня с головой. – Поверь мне, сделаешь еще шаг, и на подсолнухах и кактусах я не остановлюсь.
– Неужели?
– Да. Так что отойди. По‑хорошему.
