Мёртвые не спят
– Не знаю. Не могла ведь я за один день накосячить.
Во всяком случае, надеюсь на это.
Следующим в расписании значилось занятие по тактике и стратегии. Его вела не Кади́га. Новый преподаватель ещё не появился, поэтому ученики ходили по аудитории, болтали, смеялись чему‑то. Многие уже перезнакомились. Общая масса будущих кураторов начала разбиваться на небольшие группки. Как обычно и бывает в любых коллективах.
Сара тоже, оказывается, успела завести немало знакомств. Пока мы сидели, ожидая начала нового занятия, к ней постоянно кто‑то подходил. Сперва пушистая Миюри, потом накачанный парень, потом красивая девушка с пышной чёрной шевелюрой… Здоровались, перекидывались ничего не значащими фразами, спрашивали, пойдёт ли она вечером на какую‑то вечеринку. Всё было легко, непринуждённо. Эх, завидую белой завистью. У меня никогда не получалось так быстро преодолеть барьер и начать общаться с людьми. С большинством одногруппников я даже не здоровалась, слишком стеснялась. А они и не спешили завязывать общение.
Дверь открылась и в аудиторию вошла девочка. Меньше всего я ожидала увидеть ребёнка в школе кураторов. Я быстро сообразила, что хоть она и выглядит на девять, ей вполне может быть за тысячу лет, и всё равно, есть в этом что‑то противоестественное, даже слегка жуткое. Интересно, кто эта девочка? Малышка тем временем уверенно прошла к месту перед голографической доской. Неужели она и есть наш преподаватель? Да нет. Или… Один раз сегодня я уже лопухнулась, не хочу повторять собственных ошибок. Я на всякий случай встала, вместе со мной поднялась ещё где‑то половина учеников, в том числе и Сара. Малышка некоторое время смотрела на нас, теребя рукой подол платья, а потом рассмеялась.
– Молодцы, догадались. А те, кто остался сидеть, либо слишком ленивые, либо несообразительные. Эти качества куратора не красят. В следующий раз думайте лучше. – Она улыбнулась. – А сейчас приветствую вас, будущие коллеги, на занятии по тактике и стратегии. Я ваш преподаватель.
Теперь уже и остальные ученики поднялись с мест; мы все поклонились. Не подвела‑таки интуиция! Сложно поверить, что этот ребёнок учит кураторов. Она выглядела по‑кукольному: фарфорово‑бледная кожа, чёрные волосы заплетены в косички с бантиками, белое платье, носочки и туфельки. Милота, да и только.
А наш преподаватель, тем временем, продолжала:
– Зовите меня профессор Мэ́днесс. Так все меня называют. На придуманные вами прозвища я буду обижаться и жестоко мстить, – она опять заливисто расхохоталась. Не знаю почему, но у меня от этого смеха по спине побежали мурашки. – Да садитесь, садитесь, уже можно. Начнём наше первое занятие. Сегодня мы выделим основные виды стратегий, которыми пользуются кураторы, так называемое СУИ – сокрушение, устрашение, измор. Итак…
Я включила планшет и приготовилась записывать.
Сегодня Деррил не встречал меня после занятий, так что я самостоятельно отправилась к тренировочному залу. Наставник ждал возле входа.
– Как прошёл день? – поинтересовался Деррил.
– Нормально. Слушай, я хотела спросить тебя кое о чём.
– Система, открыть вход. Приоритет наставнический, полный доступ. О чём же?
Мы вошли в зал, Деррил сел на маты у стены, всем видом выражая готовность слушать и отвечать на любые вопросы.
– Почему я здесь? Привратник сказал, что кто‑то хотел видеть меня в школе. Кто?
– Так и сказал? – Деррил почему‑то начал нервничать.
– Именно. Цитирую: тебя‑то она и хотела. Кто она?
Деррил почесал затылок, постучал пяткой по полу. На лице его застыло виноватое и растерянное выражение, больше подходящее нашкодившему пацану, а не серьёзному мужчине, наставнику кураторов. Интересно, это реакция на мой вопрос? Но что же в нём такого заковыристого? Деррил, казалось, никак не мог решиться произнести что‑то. Наконец, он глубоко вздохнул и относительно спокойно произнёс:
– Она – это Кади́га.
– Директриса? – удивилась я. – Директриса пожелала видеть меня здесь? Но… почему?
– Потому что… Хм, – Деррил замялся. Интересно, подбирает слова или придумывает на ходу? – Она сделала это, так как… Решила провести эксперимент. Да! Да, точно.
– Что за эксперимент? – прищурилась я. Как‑то подозрительно это всё звучало.
– Сможет ли юная землянка стать куратором. Раньше мы не брали в обучение людей моложе сорока лет. А вдруг зря? Вдруг гибкость мышления сможет как‑то компенсировать недостаток опыта и физической силы.
– Значит, я подопытная свинка? – не слишком‑то приятно это осознавать. – Но всё же, почему именно я? Там заявка была на моё имя, и фотография, и…
– В Раю есть информация на все души, в том числе и фото, – перебил меня Деррил. – Мы отправили заявку с примерным описанием души, которая нам нужна. Просили немедленно прислать нам первый же подходящий объект. Думаю, это привратник и имел в виду. Но речь, конечно же, шла не именно о тебе, просто ты попалась под руку. Так совпало.
– Ничего себе совпадение! – возмутилась я. – Меня притащили сюда, не спросив разрешения. А теперь выясняется, что это ещё и эксперимент. Надо мной ставят опыты!
– Не передёргивай, – поморщился Деррил. – Тебя в здании никто не запирает. Хочешь уйти из школы?
– Ну…
В первый день я, возможно, ответила бы «да». Но сейчас… Не знаю, имеет ли смысл. Куда мне идти? Домой ведь всё равно вернуться нельзя, только обратно в Рай. И что меня там ждёт? Абсолютно чужие люди и нелюди, никого из родных найти не удастся. А здесь у меня появились Деррил, Сара. Я уже немного привязалась к ним. Да и к месту начинаю привыкать.
– Нет. Не хочу.
– И чего тогда? Всё, хватит болтовню разводить, – Деррил хлопнул себя по коленям и встал. – Сегодня мы будем учиться основам владения оружием. Начнём с выбора. Думаю, тебе подойдёт что‑то небольшое, простое в использовании, но действенное. Например, пистолет.
Наставник снял с подставки оружие, немного повертел в руках.
– Да, макаров, идеальный вариант. Держи.
Уже? Не думала, что мы перейдём к этому на второй тренировке. Не рано ли? Тут хоть борьбу освоить бы для начала. Я гипнотизировала пистолет в руке Деррила, никак не решаясь взять его. Никогда не любила оружие, даже немного боялась. А сейчас от меня явно хотят, чтобы я стреляла в живых людей. И других существ. От одной мысли об этом становилось тошно. Ладно, забудем на секунду о моих личных принципах и убеждениях, как мне удастся освоить стрельбу с моим‑то «сбитым прицелом»? Я даже бумажкой в урну с десяти метров не попадаю. А тут… Но спорить, думаю, бесполезно.
Я вздохнула и взяла пистолет. Никогда раньше не держала оружия, и это оказалось так странно: ощущать его тяжесть, чувствовать гладкость металла. А рукоятка неожиданно удобно легла в ладонь.
