Мёртвые не спят

Бутылка с виски начала казаться заманчивой. Интересно, мёртвые пьянеют? Я попыталась взять бутылку, но ничего не вышло. Просвечивающая рука не смогла коснуться стекла. Ну точно призрак, совсем как в фильме с Вупи Голдберг. Сесть тоже не получилось, поэтому я со вздохом опустилась прямо на пол.

Обычно люди находят утешение в том, что смерть не является концом, после неё тоже что‑то есть. Меня это не успокаивало. В любом случае всё кончено, остался лишь огромный список «никогда». Мне никогда не вернуться домой, никогда не пройтись по Измайловскому парку, никогда не подержать на руках моего кота Бублика… От накатившей жалости к себе стало совсем тоскливо. Горло сдавило, я судорожно хватала ртом воздух, стараясь успокоиться.

Наконец, дыхание более‑менее выровнялось. Нет, не буду думать о… о смерти. Так только хуже. Я попыталась вспомнить что‑то светлое. Лучшего друга, первую влюблённость, семью… маму. При этой мысли к горлу снова подступил плотный ком, из груди вырвался полу‑придушенный всхлип.

– Мам, – негромко позвала я.

Она нужна мне, нужна сейчас как никогда! В эту секунду я не чувствовала себя ни взрослой, ни самостоятельной, просто потерянным ребёнком, который очень хочет к маме. Вот если бы можно было хоть на мгновение прижаться к ней, вдохнуть знакомый запах. Но мамы нет рядом, и больше не будет. Никогда. Никто не обнимет меня, не пожалеет, не даст совет. Что же мне делать теперь, мёртвой, в чужом мире и совершенно одной? Я обхватила себя руками за плечи и завыла.

 

ГЛАВА 2. Новое тело и старые книги

 

Истерика наконец закончилась. Я сидела на полу, пялясь в пространство, моральных сил не хватало даже на то, чтобы пошевелиться. Всё казалось бессмысленным. Хотелось погрузиться в дрёму, сбежать от окружающей действительности, пускай ненадолго. Но мёртвые не спят. Только сейчас я в полной мере осознала суть сказанного Деррилом. Время сжалось в точку, потом расширилось до невиданных пределов и обрушилось на меня. Тысячи, тысячи лет, бесконечная череда мгновений, сменяющих одно другое, и все их я должна буду прочувствовать.

Вокруг что‑то происходило. Школа с вечно бодрствующими обитателями существовала по своим законам. Из соседних квартир доносились голоса, музыка, смех. Порой слышался топот, словно кто‑то пробегал по коридору, глухие звуки ударов, и пару раз, кажется, взрывы, как от петард. Но даже это не смогло заинтересовать меня настолько, чтобы я хотя бы сдвинулась с места.

Время текло медленно‑медленно, будто клейкая смола. На стене размеренно щёлкали стрелки часов. Тик‑так, тик‑так, тик, так… Можно зацепиться за этот звук, сосредоточиться на счёте. Так гораздо легче ждать, когда же настанет утро.

Десятки тиков спустя в комнате начало постепенно светлеть. Все звуки стихли. Не знаю, что делали остальные ученики, но слышно их не было. Наверное, готовятся к очередному дню.

Когда стрелки показали пять утра, запищал электронный датчик на входной двери. Видимо, это пришёл Деррил, вряд ли система пропустила бы в квартиру кого‑то ещё. И точно, из прихожей раздался басовитый голос:

– Как приятно это утро! Как невинно и светло́! Как же мило… что‑то там…

Послышались неспешные, твёрдые шаги, и Деррил появился в гостиной. Не знаю почему, но возвращение человека, с которым мы и знакомы‑то толком не были, подействовало на меня, как глоток свежего воздуха. Я даже постаралась улыбнуться ему, произнося:

– Доброе утро.

А вот изобразить радость в голосе не получилось, он прозвучал как‑то сухо, отстранённо.

– Доброе. Как настрой, боец?

Я только пожала плечами. Настрой был так себе, после одинокой бессонной ночи осталось чувство горечи и опустошённости. Сознание до сих пор не желало принять новую реальность, в душе оставалась надежда, что весь этот кошмар скоро закончится. От этого становилось ещё хуже.

Деррил приблизился, сел рядом со мной на корточки. Заглянул в глаза.

– Ты что, просидела на полу всю ночь?

Я кивнула. Некоторое время Деррил молча разглядывал меня, нахмурившись, что делало его и без того суровую внешность ещё более устрашающей. Наверное, он недоволен чем‑то или взволнован, а может, просто сосредоточен, не знаю, никогда не умела считывать человеческие эмоции. Потом наставник вздохнул, хлопнул себя по коленям и решительно встал.

– Поднимайся. У нас много дел. Для начала раздобудем тебе новое тело.

 

***

Кабинка лифта доставила нас на уровень под названием «Лаборатория‑3». Двери открылись в просторное помещение с белыми стенами, заставленное всякими научными штуками: досками, исписанными формулами, компьютерами, аппаратами для синтеза химических веществ. Остальное пространство занимали письменные столы. На одних возвышались горы книг и стопки чертежей, на других были аккуратно разложены какие‑то непонятные детали. Слышался равномерный электронный писк, под несколькими колбами горел огонь, разноцветные жидкости в них тихонько побулькивали. Но за всем этим никто не следил. В лаборатории, казалось, не было ни души.

Деррила, однако, это нисколько не смутило. Мы двинулись вперёд, пробираясь в лабиринте столов, что оказалось не так‑то просто, слишком уж узкие проходы оставили между ними. Я‑то просачивалась относительно легко, а вот крупному и мощному Деррилу приходилось двигаться боком, подняв руки повыше, чтобы случайно не смахнуть какой‑нибудь прибор. Один раз он всё‑таки ударился об угол столешницы, отчего пирамида из стеклянных сфер, стоящая на самом краю, опасно зашаталась. Сейчас всё грохнется! Я вскрикнула, машинально протягивая руки вперёд, но конструкция сама вдруг обрела равновесие.

– Ты чего? – Деррил обернулся на звук, увидел меня, застывшую с растопыренными руками, и выражение тревоги на его лице сменилось покровительственной улыбкой. – Не бойся, эти штуки точно не упадут. Их удерживает силовое поле. Смотри, – он снова толкнул пирамиду, сферы покачались и замерли в прежней позиции. – Неплохо, да? Одна из самых интересных разработок А́льба‑Ло́нга.

– А как они попали сюда? – я выпрямилась.

– На Лаха́т‑Тали́м? Так же, как и компьютеры в Эдем. Взаимообмен. Каждая душа приходит в Рай со своим «багажом», ведь пути развития миров уникальны. Где‑то процветает магия, где‑то технологии. Разные культуры, верования, даже мода. Встречаясь, они начинают проникать друг в друга. Мы делимся опытом, берём что‑то из чужих достижений, соединяем со своими… Вот, например.

Деррил взял со стола небольшой, примерно сантиметр на сантиметр, кубик из полупрозрачного синего пластика. Внутри виднелись проводки и микросхемы.

– Это разработка с Грат‑Бара́тии. Аккумулятор. Не суди по размерам, он способен прослужить сотни лет без дополнительной подзарядки. Буквально.

Я вспомнила недолгое пребывание в Раю, где было много компьютеров, но при этом не видно ни одного провода.

– То есть, если эту штуку каким‑то образом вмонтировать в ноутбук, он будет работать веками?